Бабочка в стекле (СИ)
‒ Анна Александровна... Мне нужно поговорить с вами, ‒ дрожащим от волнения голосом сказал Андрей Валентинович.
‒ Андрей, случилось что-то? Тебе хуже стало?
‒ Нет, нет, что вы! Со здоровьем относительно нормально.
‒ Я приеду и поговорим, хорошо? ‒ второпях сказала Анна.
Уже в квартире до неё, наконец, дозвонилась Кристина:
‒ Анечка, ну наконец-то!
‒ Кристин, все нормально, я только домой вошла... Мне собираться нужно, сегодня объявили совещание в офисе.
‒ Какое ещё собрание? Почему так рано? Нюся, там все в порядке? Что-то я волнуюсь.
‒ Только не пугай меня и не расстраивай, я так счастлива! ‒ Анна улыбнулась, снимая в коридоре шубу.
‒ Рассказывай, он запудрил тебе мозги? Ему удалось? Я прошу, нет ‒ я требую подробностей! И как он, хорош? ‒ Кристина не унималась.
‒ Даже слишком... Сказал, что любит… Я хочу верить ему, Крис.
‒ Что он сказал тебе, Анют? Какие его планы?
‒ Сказал, что хочет быть со мной... Но что он вложил в это понятие, я не знаю.
‒ Анечка, я счастлива за тебя! Неужели теперь все будет хорошо? Ты учти, что я от тебя не отстану, ты все мне расскажешь.
‒ Ладно, Крис. Я пошла собираться в офис. Пока, перезвоню вечером! Прошу, навести сегодня мою маму, она, по-моему, заскучала, хорошо?
Душ был давно включён. Анна встала под горячие струи и смыла дорогой парфюм Бориса, а заодно и его поцелуи, вкус его губ... Любимый, нежный! Близкий...
Она была так счастлива, что состояние её души невольно отражалось во внешнем облике, в её блестящих, почти синих глазах, розовых зардевшихся щеках. Анна надела голубой нарядный брючный костюм и темно-синие замшевые ботильоны на высоком каблуке, украсив пиджак платиновой бабочкой ‒ подарком Бориса.
Анну в офисе ждали. Насчёт организации собрания Анюта по телефону проинструктировала секретаршу Марию. За весь день Берта сама ни разу не позвонила Анне, хотя она всегда предупреждала о визите. Аня сочла ее поступок странным и невежливым.
Андрей Валентинович прибежал через несколько минут с черновиком отчёта по своим направлениям, восточному и азиатскому, которые возобновили Колосовские за последние месяцы не без участия Анны. Андрюша был единственным человеком в языковом центре Анны Рауде, способным переводить документы с восточных языков, – с остальным Аня справлялась сама.
Борис за это время не написал ей, и Анну это насторожило, но отнеслась она с пониманием, всё-таки, мужчина находился с родителями, дочерью и сестрой.
Михаил Колосовский жил за городом, в уютном, небольшом особняке. Ехать до него было довольно далеко, и Борис, прилетая в город по делам, там не останавливался, предпочитал либо свою холостяцкую квартиру, либо отели, чем очень обижал родителей. Для деловых встреч, да и личных, как выяснилось, больше подходили отели. У дочери он тоже не ночевал: она была уже взрослой, и Борису не хотелось вторгаться в её жизненный уклад. Несмотря на это, Алину он очень любил и стремился общаться при любой удобной возможности.
Позвонил Михаил Александрович. Анна с облегчением вздохнула, так как её напрягал тот факт, что Колосовские общаются с ней через помощников:
‒ Анна Александровна, добрый день! Извините, что мы форсируем события с советом директоров, просто ждать сделку ещё месяц не представляется возможным, мы участвуем в тендере, нужно согласие всех акционеров. ‒ Приветливо объяснил он.
‒ Добрый, Михаил Александрович. Я так и предположила. Ничего страшного, мы готовимся, с отчётом я успею, ‒ проговорила Анна, удивившись решению Михаила принять участие в госзаказе.
‒ Аня, я хочу, нет ‒ я настаиваю, чтобы всей документацией по тендеру занималась ты! Согласна?
‒ Да, мне не привыкать, Михаил Александрович, вы же знаете, ‒ пошутила она.
Анюта сосредоточенно работала над последней папкой договоров, когда в кабинет вошла Маша с корзинкой прекрасных цветов.
‒ Анна Александровна, вам курьер принёс букет. И тут записка! ‒ Маша сгорала от любопытства. Анна поблагодарила её и скорее выпроводила из кабинета. Сердце затрепетало, словно бабочка, в руках появилась дрожь... Она развернула маленькую открытку, написанную почерком Бориса: «Спасибо за волшебную ночь, моя страстная восточная незнакомка», ‒ своим романтичным порывом Боря выбил её окончательно из рабочей атмосферы.
Игнат торопливо шагал по коридору, держа в руках запрос из ЗАГСа. Черт бы побрал этого Савицкого! Столько времени потеряли на ожидание информации из Новосибирска!
Лисицына набирала текст на ноутбуке, устало помешивая сахар в чашке. Она была настолько сосредоточена, что на Фёдорова даже не взглянула.
‒ Валентина Васильевна, он поменял фамилию! Мне сразу показалось странным, что данные об Андрее Валентиновиче Савицком двухлетней давности! Будто дальше он и не существовал!
‒ Игнат, а почему сразу не сказал?
‒ Я ждал подтверждения своих подозрений. Мне нужно все по протоколу делать, вы же сами Орлова знаете?
‒ Знаю! Вот именно, что знаю! Я тебе ещё в октябре говорила, чтобы запрос сделал в управление ЗАГСа. Но ты решил поступить по совету Орлова. Можешь, как Семенихин, расследовать это дело ещё год, согласен? ‒ гневно возразила Валентина. Она оторвалась от ноутбука и жестом попросила распечатанный листок. ‒ Та-а-а-к... Долженко Андрей Валентинович...
‒ Я подал запросы уже везде... ‒ виновато ответил Игнат.
‒ Как в прошлый раз подал? С месячным сроком исполнения запроса? ‒ улыбнулась Лисицына.
‒ Нет, теперь с двухнедельным, ‒ он оценил её издевку.
К совету директоров было все готово.
Анна еще осенью взяла в аренду весь этаж, так что теперь её офис стал уютным и обжитым, с просторной террасой и выходом на центральную улицу: как помещение для конференций, он подходил идеально.
Руководство прибывало. Михаила обрадовала встреча с Анной. Он хитро улыбнулся и слегка обнял её. Анна такого жеста никогда не замечала от него и растерялась.
Берта приехала с недовольным лицом. Анна не обратила на это внимания и вежливо поздоровалась. Бориса не было. Михаил сказал, что он придёт попозже и можно начинать. Теперь Анна вообще ничего не понимала: в ней одновременно уживались тревога, страх и душевный покой.
Собрание начал Михаил:
‒ Уважаемые коллеги, наш холдинг должен получить согласие на участие в очень выгодном тендере, поэтому совет директоров я собрал на месяц раньше установленного графика. Прошу прощения за это. Кстати, предложил участие в тендере наш дорогой партнёр Отто, пользуясь своими связями в Москве. Ознакомьтесь, пожалуйста! ‒ он раздал членам совета директоров копии уставных документов.
Анна пыталась сосредоточиться на бумагах, но мысли упорно возвращались к Борису и тревоге о нём.
Акционеры подписывали согласие, шурша листами. Она поставила подпись, попросив копию для более тщательной оценки: к этой заявке она обязательно вернётся позже.
Вторым важным пунктом собрания был отчёт Андрея Долженко: заявка от Сингапура на проектирование, заявка от Турции на полную проектно-сметную документацию жилого комплекса и разработку проекта. Все благодаря Отто и юристу Насте с её связями в посольстве.
Отношения с ним у Анны были более чем напряжёнными, если не сказать полностью испортившимися. Отто не упускал возможности поддержать Анну после покушения на Бориса, выпытывая у неё каждый раз об их истинных отношениях. Он, как и многие окружающие Анну люди, видимо, не понимал глубины её переживаний и горя. Ведь они с Борисом были только коллеги! Он высказывал ей претензии, обвиняя в нечестности и коварстве, доводя Анну до слез и заставляя оправдываться. Но через некоторое время его напор ослаб, и он, наконец, оставил её в покое.
Настало время представить отчёт Анне по западному сектору, которым руководил Борислав. Она подошла к проектору, чтобы начать, но Михаил Александрович остановил её, попросив о перерыве.