Отвоёванный шанс (СИ)

— Какой дом?
— Ближайший.
— Бляха…
— А оно ориентировалось на зрение, на слух или на обоняние?
— Кто его знает…
— Тихо, не шумите! Наверняка нас сейчас очень хорошо слышно.
— Всё равно нас уже нашли.
— В любом случае, не шумите. Вдруг сейчас к нам кто-нибудь крадётся?
— Может, попробовать осторожно вылезти и посмотреть, кто там или что там?
— Не думаю, что это хорошая идея…
Наступила тишина. Некоторое время путешественники прислушивались, но ничего не было слышно, кроме каких-то местных сверчков, выводивших скрипучие рулады.
— Может, стоит удвоить число постовых? — спросил Тауран.
— Нет смысла. Пусть, как обычно Маора кто-нибудь сменит на вторую половину ночи и всё.
После этого им ещё долго не удавалось заснуть: то и дело где-то недалеко раздавались шорохи, производимые местными обитателями, от чего путники каждый раз слегка вздрагивали и прислушивались. Но тень, которая их напугала, так и не решилась заглянуть к ним в гости.
  
Глава 48
 
Утром трурнийцы исследовали соседний дом и окрестности, но не нашли ничего интересного: существо, которое видел Маор, не оставило за собой никаких следов. После этого они быстро собрались и с первыми лучами солнца ушли дальше на север, обойдя цитадель по одной из кружных улиц.
День с утра обещал быть безоблачным, и вообще, вся атмосфера вокруг была весьма жизнерадостная. Только Врона очень сильно не хватало…
Дорога вскоре снова вышла на берег реки и вилась вдоль неё над береговым косогором. С обеих сторон её обрамлял высоченный лес. Неторопливый поток воды вилял между холмами и пару раз терялся, но потом справа снова появлялся откос, под которым переливалась его блестящая ровная поверхность.
Ручейки, местами впадавшие в русло, образовывали каскады и небольшие водопадики, производя приятный мелодичный звон. Иногда в глубине леса путешественники замечали очертания каких-то животных, а один раз их дорогу пересекла небольшая стая яркой шестиногой живности.
Через километр река сделала очередной небольшой поворот, и глазам путешественников сквозь придорожные заросли предстало небольшое древнее селение. Лес почти полностью забрал его себе, однако местами среди кустов виднелись каменные стены и проплешины-проулки. Осталось даже что-то типа лестницы, опускающейся вниз, к воде. Одновременно с этим до их носа дошёл какой-то еле ощутимый знакомый запах.
— Костёр, — сказал Маор, хорошо принюхавшись.
Этот лёгкий аромат огня и горящей древесины заставил трурнийцев встревожиться. Встречаться с теми, кто жёг этот костёр, им не очень хотелось.
— И что прикажете делать? — спросил Тауран. — Назад возвращаться?
— Запах очень слабый, — заметила Мора. — Костёр, или пожар, где-то далеко от нас, может, даже в километре.
— Если костёр небольшой, то запах уже с двухсот может еле чувствоваться, — тихо сказал Маор, принюхиваясь и всматриваясь в развалины, торчащие на берегу.
— Полагаю, нужно организовать разведывательную вылазку…
— Или сделать крюк по лесу.
— Ну, уж нет! Как мы Асю там протащим? Сама она столько не пройдёт ещё.
— Значит, мы с Маором и Хорлаком идём в разведку, а вы отходите в лес и сидите там, пока мы не вернёмся, — поставил точку Тромонт. — Тауран, на время моего отсутствия ты главный.
Трое разведчиков отошли в лес и стали медленно продвигаться вдоль дороги, используя густые заросли как прикрытие.
Тихо, как тени, они подкрались к крайним развалинам и, спрятавшись за ними, некоторое время вслушивались и всматривались в глубину посёлка. Но никаких подозрительных звуков оттуда не доносилось, только запах дыма стал сильнее и теперь уже хорошо ощущался.
Убедившись, что всё тихо и вроде никого нет, они аккуратно двинулись вперёд, стараясь как можно меньше появляться на открытых местах.
В центре разрушенного временем селения, около остатков колодца, медленно дотлевали остатки костра. Растительность вокруг была примята, и явно виднелись те места, где неизвестные спали. По количеству примятых «лежанок» было видно, что тут ночевало не менее 10 экземпляров, и это были не длыки: характерного для них неприятного запаха тут совсем не чувствовалось. Cудя по всему, неизвестные попутчики покинули это место 3–4 часа назад.
 
Внимательно осмотрев и обшарив всё вокруг, трурнийцы обнаружили на стенках колодца несколько странных подсохших капель и пятен тёмно-зелёного цвета. Это явно были не экскременты местных животных, но что тогда? Чья-то кровь? Сложно сказать.
Таким образом, пока что путь вперёд был свободен. Те, кто тут стоял, наверняка уйдут гораздо дальше, так что сегодня можно двигаться спокойно. Но впредь придётся быть гораздо внимательнее и осторожнее.
Миновав развалины деревни, путники направились дальше по заброшенной дороге вдоль обрыва. Река, по берегу которой пролегал их путь, некоторое время шла прямо, а потом поворачивала направо, постепенно стачивая высокие холмы.
На этом повороте берег просматривался далеко вперёд, и путешественники, дойдя до его середины, узрели впереди нечто интересное. Лес там почему-то был какой-то чахлый и низкий, и среди деревьев были хорошо видны нагромождения огромных валунов. Такие же валуны кучей лежали и под берегом, в русле реки.
Сначала казалось, что это какие-то природные образования, но когда путники внимательно присмотрелись, то с удивлением поняли, что перед ними остатки какого-то очень древнего сооружения. Судя по виду руин, это сооружение было старше и больше всего, что путешественникам доводилось видеть прежде.
Дорога вскоре резко повернула налево, явно в обход руин. Вперёд пути не было, но трурнийцы, посовещавшись, решили туда пробраться: с большой вероятностью, именно в этих развалинах можно было найти укрытие. До наступления темноты оставалось примерно два часа, да и погода начинала портиться, а им ещё нужно было успеть насобирать еды…
Спустя несколько минут лесная чаща расступилась, и глазам пришельцев открылась огромная площадь, вымощенная плоскими плитами длиной и шириной в 4–5 метров. Они были притёрты друг к другу с такой точностью, что стыков между ними почти не было видно, а весь грунт благодаря лёгкому наклону скатывался с них вниз вместе с дождевой водой. Местами, видимо — в результате землетрясений, эта аккуратная картина нарушилась. В некоторых проломах и разломах даже росли деревья, хотя и очень хилые. Всё обозримое пространство вокруг было завалено огромными валунами различной формы, в основном — более-менее прямоугольной.
За площадью громоздились руины, окружённые высокими завалами из обломков. Они тоже начали зарастать хилыми деревьями. Центральное место в композиции занимали развалины надвратного крыла, вздымавшиеся на высоту 30–40 метров. В них находилась арка-проход двадцатиметровой высоты и примерно 12 м шириной.
По всей видимости, когда-то тут был шхрсумчхский дворец, похожий по планировке на другие подобные сооружения, только ещё больше и массивнее. Об его истинных размерах оставалось только догадываться: сооружение превратилось в чудовищную груду обломков, которые понемногу захватывались джунглями. Но размеры валунов, раскиданных вокруг, говорили сами за себя.
В этих древних гигантских руинах явно ощущалось что-то тёмное, угрожающее. Особенно явственно это чувствовал Тромонт, и ему это не нравилось. Но место для ночлега нужно было найти, несмотря ни на что.
По мере продвижения вперёд обнаруживалось всё больше свидетельств того, что это сооружение было разрушено каким-то неестественным путём. Оно не просто развалилась от времени. Что-то взорвало его изнутри, разметав обломки по всей округе.
 
Чем ближе путники подходили к руинам, тем чаще им приходилось обходить гигантские разбитые валуны и перебираться через кучи обломков поменьше, а потом и вовсе начались многометровые завалы. Почти все камни, лежащие вокруг, были сильно искрошены и побиты, а некоторые — заметно обожжены или даже оплавлены. Это могло значить только одно: древняя гигантская цитадель была уничтожена неизвестным оружием невероятной разрушительной мощи, возможно даже — термоядерным зарядом. Чтобы добраться до центрального входа, пришельцам пришлось приложить немало усилий.