Отвоёванный шанс (СИ)

— Легко сказать!
— Крылья обломать очень легко.
— Пожалуй, надо отсюда к берегу выбираться, — сказал Врон, скептически глядя на принесённый урожай. — У моря должна быть полоса открытого пространства, где за едой не придётся лазить на деревья.
— Молох знает, сколько нам туда идти, — пробубнил недовольно Тилон.
— Увы, других вариантов у нас с вами сейчас нет.
— Кстати, как насчёт того, чтобы дворец исследовать? Мы же собирались вроде.
— Так. Сначала поесть! — заявила Ася. — Мы тут готовили-готовили, а они даже не понюхали!
  
Глава 39
 
После обеда пришельцы разделились на две неравные группы. Тромонт, Лайта, Врон, Дуб, Маор, Тауран и Мора полезли внутрь старого сооружения, а остальные четверо остались во дворе.
Дворец, некогда великий и прекрасный, ныне представлял собой жалкое зрелище. Живые организмы и износ сделали своё дело. Стены потрескались, обросли лианами и местами обрушились, уронив за собой потолки и образовав кучи обломков. Пол был покрыт слоем грунта, заросшего травой, и каменными обломками.
Исследователи передвигались очень медленно и осторожно. Строение получило очень сильные повреждения, и даже небольшое вмешательство могло вызвать нешуточный обвал.
По мере обхода разрушенного здания трурнийцы всё более убеждались в том, что по этому месту прошлась война. Хорошо сохранившиеся участки строения перемежались с провалами, проломами и полностью разрушенными местами, что явно свидетельствовало о том, что замок подвергся жестокой осаде.
Потом начали находиться и вещественные улики. Врон увидел в земле что-то красноватое, опустился и раскопал предмет. Это оказались остатки шлема. Когда-то он блестел, но теперь превратился в ржавчину и рассыпался буквально на глазах. Потом Дуб нашёл большой наконечник, застрявший в стене — вероятно, это была большая стрела, пущенная из штурмового копьемёта. Лайта нашла остатки щита.
Закончив осмотр внешних помещений, они вошли во внутреннюю галерею. Она была огромна — метров 20 в ширину и в два раза больше длиной. Оценить точно высоту сводов не представлялось возможным, так как потолок давно обвалился. Пол был завален обломками крыши, покрылся слоем земли и порос травой. В двух местах он обвалился куда-то вниз, образовав широкие и глубокие ямы с неровным дном. Однако, несмотря на полную разруху, местами на стенах сохранились остатки фрески, которая раньше была украшением этого дворца.
Общая сохранность рисунков была ужасной, поэтому точно понять, что на них было изображено, не представлялось возможным. Но по сохранившимся фрагментам можно было догадаться, что это была какая-то большая битва. Причём не между обычными инсектоидами.
Бойцы на фресках делились на две фракции. Первые были похожи на шхрсумчхов, облачённых в сияющую белую броню и использующих оружие, состоящее из синеватого планени. Вторые были тёмные, уродливые и отвратительные, с различными видоизменениями тела. У одного — длинный пылающий язык с острием на конце; у другого — восемь лап, причём передние две пары превратились в зазубренные клинки, пылающие тёмно-красным огнём; у третьего на спине был изображён огромный гнилой горб с множеством дырок, из которых вылетал рой каких-то тварей с большими жалами… От этой картинки некоторых даже передёрнуло.
Очевидно, данное изображение отражало какое-то событие из мифов и легенд, так как нарисованные воины явно были не от мира сего. К сожалению, ничего более конкретного выяснить по фрескам не удалось: рисунки сохранились очень плохо, и надписей никаких не осталось.
Пробираясь ближе к одному из наиболее хорошо сохранившихся изображений мимо провала в полу, Тромонт заметил, что внизу, среди камней и травы, блеснуло что-то металлически-красноватое.
— Интересно… — пробормотал он, аккуратно спрыгнул вниз, нагнулся и раздвинул траву, чтобы рассмотреть лучше. Это был кончик клинка из странного красноватого металла, который торчал из земли и камней под углом, отражая падающий сверху свет.
Тромонт аккуратно взялся за лезвие и попытался его расшатать, но ничего не получилось: оружие очень крепко сидело в земле. Вдобавок, он чуть не порезался.
 
— Что там? — поинтересовался Маор, заглядывая вниз.
— Я какой-то странный клинок нашёл, не то меч, не то кинжал — непонятно.
Трурнийцы очень заинтересовались этим странным оружием и попробовали его извлечь. Это было непросто: под тонким слоем земли оказался завал из камней и булыжников, и некоторые из них удалось сдвинуть только с большим трудом. Тем не менее, спустя несколько минут из-под слоя земли и камней показалось хорошо сохранившееся лезвие большого меча. Неизвестно, что добавляли в металл и как его обрабатывали, но оружие сохранилось почти идеально.
— Похоже, нам повезло найти что-то очень ценное, — заметил Врон. — Простым смертным такие мечи, скорее всего, были недоступны.
— Нам тут вообще несказанно везёт… А ну, — сказал Дуб и дёрнул.
Меч освободился из вековых оков земли, но вместе с ним на поверхность показалось нечто страшное: на его рукояти, крепко вцепившись в неё, болтались останки трёхпалой лапы в изящной кольчужной перчатке.
— Ох, Учитель, — произнёс Дуб, в замешательстве глядя на то, что извлёк из-под земли.
Врон протянул руку и попытался отделить кисть от рукояти. Это удалось не сразу — сгнившие пальцы, пролежавшие в земле несколько веков, никак не хотели отпускать оружие. В конце концов, в перчатке что-то хрустнуло, и мёртвая рука разжалась, отпуская меч.
— Врон, прошу тебя, положи это на место, — сказал с волнением Тромонт.
— Мёртвые сраму не имут, — ответил он, но, тем не менее, осторожно положил кусочки останков в перчатке обратно в ямку.
— В большинстве случаев да, — согласился Дуб. — Но это не точно.
— Может быть, мы не будем тут рыться? Мне не нравится, что мы тревожим мертвецов.
— Пожалуй, ты права…
Они аккуратно закопали яму, после чего выбрались из провала и все вместе стали разглядывать таинственную находку.
Это было великолепное оружие. Красноватая сталь остро переливалась в лучах солнца. В набалдашнике находились два рубина, которые как будто светились изнутри, а крестовина имела вид восьмиконечной звезды. В её центре было выгравировано изображение какого-то создания, которое своим видом напоминало осьминога с руками и ногами вместо щупалец.
— А почему он такой небольшой?
— В смысле?
— В прямом. Полководцы у инсектоидов были огромного роста, и оружие тоже им под стать, а этот меч — обычного размера.
— Видимо, это оружие принадлежало обычному шхрсумчху, только очень высокого ранга.
— Всё равно как-то не очень понятно…
Обсуждая необычную находку, пришельцы ещё некоторое время бродили по руинам дворца. Но ничего ценного им найти больше не удалось, и они направились назад. Выкопанный меч решили забрать с собой: просто взять и бросить тут столь ценное оружие было как-то не очень.
Передохнув с десяток минут, трурнийцы ещё немного потренировались. Потом приготовили ужин, состоящий из фруктов и вкусных жареных червей. Когда наступил вечер, они ещё чуть-чуть посидели у костра и легли спать в одной из немногих сохранившихся пристроек.
  
Глава 40
 
Следующий день с самого утра выдался солнечный и жаркий. Небо над руинами дворца было девственно-чистое, если не считать нескольких небесных медуз, паривших на огромной высоте над лесом.
Перекусив оставшимися червями и плодами, путешественники двинулись дальше по тому маршруту, который, по их мнению, вёл к большой башне.
 
Снова потянулся бесконечный лес, однообразный в своём разнообразии. Тромонт обратил внимание на то, что встречи с новыми необычными формами жизни — а это происходило постоянно — уже не так удивляют, а, скорее утомляют.
— Попадая во влажный тропический лес, радуешься два раза, — изрёк Маор, перебирая ногами. — Первый раз — от восхищения, когда в него входишь…