Отвоёванный шанс (СИ)
— Кхм… — произнёс Маор.
— Ну, ещё была коллекция всяких там приборов интересных: что-то я сам соорудил, что-то подарили. Особенно ценным экземпляром был собственноручно собранный лазер… Правда, я им почти не пользовался — он был достаточно сильный и при неосторожном обращении мог запросто ослепить. Естественно, с такими талантами родители сразу отправили меня в особую школу с технологическим уклоном. Там я учился, учился, и как-то так получилось, что увлёкся шпионской аппаратурой… Интересная тема. Потому что она должна быть не только точной, но и компактной, и хорошо замаскированной вдобавок. Собственно, в конечном итоге так я и попал на «Пурпурную Звезду». Правда, далеко не всегда у меня по жизни всё гладко шло, была пара историй… Очень интересных…
— Ну вот, собственно, ты про себя рассказал, — вклинился Маор, попытавшись отобрать хейрос.
— Стой! Я же ещё только начал! — Дуб возмущённо отстранился, комичным жестом прижав бутылку к себе.
— Тебя очень интересно слушать, — вмешался Тромонт. — Но ты можешь рассказывать до утра…
— А мы хотим из первых уст узнать о том, как вы завод разбомбили.
— Успеем. Нам тут жить неопределённо долгое время.
— Ну ладно… — Дуб сдался и отдал бутылку Маору. — Слово командира — закон.
Маор вздохнул, разглядывая ёмкость из красивого нежно-голубого стекла, которая ещё была заполнена алкоголем на две трети. Потом не спеша, с наслаждением, глотнул.
— Маор Таркун, средний капитан. Стрелок и помощник бортинженера. Жизнь у меня, можно сказать, была выдающаяся. Ми родители — учёные-биологи, а жили мы на отдалённой планете. Летать до неё было трудно и дорого. Поэтому к нам летали только раз в полгода или реже, и жили мы там почти дикарями. К тому же, папа начитался книг Асмия Валтара… Короче — годам к пятнадцати я уже умел ориентироваться на местности, охотиться, искать пищу и материалы для различных приспособ, знал местные лекарственные растения и ещё разные интересные вещи. Иногда целыми месяцами жил на деревьях. Раз пять падал с большой высоты, дважды меня чуть не съели… К счастью, я остался жив. И при этом ещё успевал и учиться. Это было самое счастливое время в моей жизни.
— Обалдеть…
— Потом всё кончилось. Когда мне было 19, рядом произошёл взрыв сверхновой, и нас эвакуировали. Потом, через год, выяснилось, что экосистема планеты выжила, хотя и пострадала. А тогда было очень страшно… Так я впервые попал в крупный город. Поначалу вокруг всё было непонятно. Огромные строения, куча новых сложностей, масса чужих трур-ни вокруг. Сначала мне было дико всё это, я очень скучал по лесу, со мной часто происходили всякие неприятности из-за незнания простых вещей… Но я умел быстро учиться и приспосабливаться. И вскоре оказалось, что жить в городе крайне просто: не нужно бороться за выживание, еда, вода и прочие блага всегда под рукой. У меня освободилась масса свободного времени, которое я начал тратить на изучение нового мира. Нашёл друзей, начал заниматься боевыми искусствами… Конечно, про свою прежнюю жизнь не забыл. Пару раз мы с отцом летали в разные места, даже снова побывали на моей родине. Потом — как-то получилось, что я увлёкся звездолётами. Поступил в военно-космическую академию. Все думали, что провалюсь, но нет. Закончил с отличием. Потом прошёл несколько квалификаций. Хотел устроиться на обычную работу, но мне сделали предложение, от которого я не мог отказаться. Так я попал на «Пурпурную звезду». Вот…
— Очень интересная история, — заметила Оса.
— Да… Поэтому, Мора, не надо меня убивать, я быть может, вам ещё пригожусь, — сказал Маор, протягивая ей бутылку. Так получилось, что она сидела следующей, хотя и на порядочной дистанции.
Глава 14
Девушка пронзила его ледяным взглядом, но бутылку приняла и, закрыв глаза, аккуратно сделала глоток.
— Мора Искара, младший пилот-истребитель второго ранга, второй заместитель командира звена… — она ненадолго замешкалась. — Родилась на планете Аркта в семье военных. С детства мечтала летать. После окончания школы поступила в Арктскую военно-космическую академию. Там познакомилась с некоторыми нынешними сослуживцами… После окончания мы все по распределению попали в эскадрилью 1-116-152. Служба у нас была не очень затейливая: просто сидели на базе. Время от времени нас дёргали на учения. Я собиралась отслужить стандартные 5 лет, уйти в запас и уехать домой, но…
Мора вздохнула.
— Я никогда не забуду это утро. Обычно мы с мамой каждый выходной связывались по видеосвязи и немного говорили. И вот… Я ей делаю звонок — она не отвечает. Я ещё раз звоню. И ещё. Начинаю волноваться. Вдруг включается боевая сирена, а потом — сообщение по голосовой связи о том, что монийцы начали войну, вторгнувшись в систему E-23 и уничтожив сторожевую станцию вместе со всеми, кто на ней находился… Все бегают в панике, а я сижу и двинуться не могу, потому что понимаю, что всё, мамы с папой больше нет, но не могу в это поверить, потому что это слишком ужасно…
— Мора, остановись, — прервал её Врон. — Тебе сейчас станет плохо.
— С тех пор мне всегда плохо… — произнесла она срывающимся голосом и закрыла лицо руками. — А меня никто не понимает. Никто не терял так сразу всех…
— Мора… — вдруг сказал Маор. — Я тоже потерял семью на войне.
— Что?!
Все семеро трурнийцев в замешательстве уставились на Маора. В то, что совсем недавно он мог такое пережить, поверить было достаточно трудно.
— Как? — спросила Мора, подняв на него мокрые от слёз глаза.
— Ты слышала о планете Луторра? Там мы базировались полтора года. Там я познакомился с девушкой, которая мне понравилась, туда же переехали мои родители, чтобы мы могли иногда встречаться между вылетами… Потом федералы узнали, где находится эта база, и захотели уничтожить её. Саму базу, спрятанную в коре планеты под горным хребтом, так и не нашли, но прорвавшиеся штурмкоры сожгли всё вокруг ракетами распада, в том числе — и город. В тот день погибло 14 миллионов гражданских.
— Но… Как ты не сошёл с ума от горя? Это же невозможно пережить в здравом уме.
— Я очень долго боролся с пустотой. Жрал транквилизаторы пачками, жил одной войной… Постоянно молился. Возможно, именно это спасло меня от окончательного сумасшествия. А потом у меня вдруг появилось ощущение, что кто-то меня незримо поддерживает. Не знаю, как это описать или объяснить… Это можно только почувствовать. И тогда я начал возвращаться к жизни.
— Везёт. Я до сих пор чувствую только пустоту
— Думаю, об этом стоит поговорить потом.
— И… Прости меня за то, что я была такой…
— Я ждал худшего. Передай бутылку. Кто там следующий?
— Я, — сказал Тилон, протянув руку.
Когда напиток перешёл к нему, он сделал большой глоток и начал свою историю.
— Ну… Я, короче, ничего примечательного собой не представляю. Меня зовут Тилон Патнар, и я просто сын водителя. До того, как попал в училище — был порядочным раздолбаем, любил заниматься ерундой — ну, там, смотреть фильмы с приятелями, распивать спиртное на улице, иногда даже драться, и, конечно, во всякие игры играть… В училище потом меня заставили стать другим. Но это не точно. По крайней мере, в игры я играл до самого последнего времени. «Большая Война», «Тайны тёмного рыцаря», «Красная смерть»…
— Да… Похоже, мы уже никогда в них не поиграем… — с грустью заметила Ора.
— Мне тоже грустно… Я за Серую Бестию в «Красной смерти» так и не успел кампанию пройти… Ах, да. Ещё мне немного рукопашный бой нравится. В общем, мы все им занимались. Ну, как бы, что ещё сказать? Не знаю… Я закончил, — с этими словами он передал бутылку девушке с ярко-рыжим оперением. Она аккуратно глотнула.
— Меня вы уже знаете. Я Асинта Файр, младший пилот-истребитель первого ранга. Для своих — просто Ася. Мне повезло с семьёй: папа, сколько себя помню, был большим начальником в промышленной компании «А-11 Радий», которая занималась добычей радиоактивных ресурсов в системе А-11. Любила мармелад и умных трур-ни, а ещё читать хорошие книги и смотреть хорошие фильмы… А когда мне было 16, я на военном параде увидела выступление пилотов — и всё, влюбилась… Папа сначала не понимал меня, но потом решил, что это будет неплохо. В любом случае, лучше, чем всякой ерундой заниматься. Так вот как бы и попала в училище, а там познакомилась с остальными. Вот… Что потом было — вы и так знаете. Твоя очередь, Ора!