Пышка для бизнесмена (СИ)

- Вам плохо, Ксения?
- Не закрывайте лицо, пожалуйста, а то фото не получатся…
Внезапно, раздался просто рык. По-другому его было и не назвать.
- Разошлись все! – Прогремел мужской голос таким властным тоном, что ему просто невозможно было не подчиниться.
Журналисты и правда чуть отступили, а я немного отодвинула руки от лица. Рядом возникла могучая фигура Павла. Он просто отодвигал людей, гневно на них смотря, пробираясь ко мне.
  
Ему, конечно же, тоже летели разнообразные вопросы в спину, но Паша молчал, сжимая зубы, и смотря только на меня. Словно боялся, что я могу вот-вот сбежать, а он не уследит.
У него почему-то была разбита бровь. Он что, дрался? А в одной из рук у него был просто гигантский букет из красных роз.
Добравшись до меня, он взял меня за плечи, и посмотрел в глаза.
- Ты как? Тебе кто-то что-то сделал? Это всё ложь, Ксюш. Я сейчас разгоню всех, и мы поговорим. – А потом, на радость толпе, вдруг нагнулся и поцеловал меня. Вот так, прямо на виду у всех.
Ну а я… Растаяла. В очередной раз пала жертвой своих чувств. Не могла я перед ним устоять, вот хоть ты тресни! Всё моё тело просто кричало мне о том, как ему нравился Паша, и даже душа будто бы стремилась к нему навстречу.
Вокруг раздались восторженные вздохи, и послышались звуки вспышек фотокамер. Кажется, новости завтра будут похлеще сегодняшних.
Паша очень нехотя от меня отсоединился, и тяжело вздохнув, задвинул меня себе за спину.
Благо, она у него была могучая, так что даже я могла спрятаться. А то за некоторыми встанешь, как медведь за тоненькой березкой.
- Значит так. – Начал Паша, и голоса стихли. Все потянули руки с микрофонами к нему. – Все издания, которые опубликовали сегодня информацию обо мне и моей девушке, получат в течение двух суток судебные иски с обвинением в клевете. И я собираюсь идти в этом вопросе до конца.
У меня от его «девушка» мурашки по коже побежали. Получается, мы всё-таки встречаемся? Теперь вот так официально, прямо на всю страну?
- Так в чем же клевета? Что именно не правда? – Спросил вдруг, похоже, самый смелый из журналистов.
- Никто никогда не загадывал мне желания, чтобы я соблазнил Ксюшу. Мы познакомились случайным образом, и я влюбился. Пригласил понравившуюся мне девушку на свидание, а вы раздули из этого фарс какой-то! Ещё и смеете её оскорблять! Да вы ногтя её каждый даже не стоите! Она красивей любой и любого из вас. Понятно вам это? А все эти навязанные обществом стереотипы можете запихнуть себе знаете, куда?
- Подождите, Павел, Ксения и правда очень милая и симпатичная девушка. Вопрос же в другом. У вас же была невеста, и все об этом знали…
- Официального заявления не было. Так что никто ничего знать не мог. Девушка, о которой шла речь, просто моя хорошая знакомая, которая иногда сопровождала меня на мероприятиях. Невестой, и, даже моей девушкой, она никогда не была.
- Значит, вы заявляете, что у вас с Ксенией всё серьезно?
- Более чем. Мы официально встречаемся. И, если кто-то ещё раз напишет про неё что-то плохое, знайте, я подключу все свои связи, чтобы это исправить. И мало человеку не покажется.
Я стояла, прижавшись к спине Паши, и испытывала такой спектр чувств… Меня ни разу никто так не защищал.
А ещё, я услышала главное.
Он влюбился. Я была его девушкой. И теперь мы официально встречаемся…
  
24 глава
 
24 глава
Паша под вспышками фотокамер, которые всё не прекращались, завёл меня обратно в бизнес-центр. Часть журналистов попытались пойти за нами, но Паша быстро среагировал, крикнув охране:
- Чего встали? Это ваша работа не пускать внутрь посторонних. Я сейчас позвоню вашему начальнику, и попрошу озадачиться профпригодностью службы безопасности.
Если честно, то даже мне сразу же захотелось что-то делать, лишь бы не попадать по немилостивый взгляд мужчины. Такой властью и уверенностью от него веяло. Это производило впечатление.
Надо же. А со мной он был таким простым и добрым. Я бы и не подумала, что он так может.
Наконец, убедившись, что ни один журналист не проник внутрь, он развернулся ко мне, и протянул букет.
- Ксюша, я не знаю, какие мне даже подобрать слова, чтобы ты мне поверила, и простила. Ситуация вышла из-под моего контроля, и это, безусловно, меня не красит, но я обещаю, что со всем разберусь. И хочу, чтобы ты знала, что всё, что написали… Не верь ни единому слову. Ты такая, что у меня дыхание захватывает каждый раз, как я смотрю на тебя. Я обычно очень осторожно впускаю людей в свой ближний круг, но, как только узнал тебя получше, сразу понял, что пропал. Это тебе.
Паша протянул мне букет цветов, который всё ещё держал, а я чуть не уронила его, когда приняла, таким он был тяжелым. Как он его одной рукой всё это время удерживал?
- Подбирать слова нет необходимости. Мне вполне достаточно того, что я услышала. Я тебе верю. – Я чуть взволнованно улыбнулась.
Да, возможно, кто-то бы сказал мне сейчас, что я дура, что вот так поверила Паше. Но я вдруг поняла, что даже если это какой-то грандиознейший обман века, неожиданно образовавшийся вокруг моей самой обычной персоны, то хочу, чтобы он продолжился.
Чтобы существовала эта вселенная, где такой прекрасный мужчина действительно мог влюбиться в такую, как я. И чтобы он считал меня красивой. И чтоб у него захватывало дыхание. И собирался подавать в суд на каждого, что говорил про меня что-то плохое.
Паша, услышав мои слова, улыбнулся так ярко, словно у него гора с плеч упала.
Он быстро сократил расстояние между нами, и впился в мои губы, попутно как-то сумев забрать букет, и отложить его на скамью рядом.
Мой мир, замерший этим утром, словно заледеневший от человеческой несправедливости, вдруг снова начал вращаться. Появились краски, вкусы, звуки, и всё стало до невозможного ярким. Каким и должно быть.
- Где твой офис? – Спросил с затуманенным взглядом Паша, оторвавшись от меня на секунду.
- А? – Переспросила я, потому что поцелуи мужчины выбивали у меня почву под ногами, и я тяжело соображала, растворившись в моменте.
- На каком этаже офис твой? Я договорюсь с начальником, что ты сегодня не придешь на работу. Не переживай, я умею быть убедительным. Просто не думаю, что готов отпустить тебя сейчас.
- Не надо никого отпрашивать. Я и так взяла на сегодня отгул. Не могла оставаться там. Все смотрели с такой жалостью, интересом, злорадством, после того как прочитали новости.
- Почему твой начальник не пресек это? – Тут же снова напрягся Паша.
- Потому что сам примкнул к другой стороне. Он мне ещё в первый день, как увидел тебя, дал понять, что такие мужчины, как ты, на таких как я внимание не обращают.
- Это тот самый начальник, в которого ты влюблена была? – Прищурился Паша, и что-то мне не нравился его взгляд.
- Ну да… - Растеряно и чуть смущенно подтвердила я, не понимая, к чему он клонит. Может, думает, что тот мне всё ещё нравится? – Но это в прошлом, правда. То, что ты сказал… я тоже всё это чувствую. Ты мне тоже нравишься. – Я залилась румянцем после своего признания.
Паша решительно посмотрел на меня, а потом вдруг взял за руку.
- Пошли.
- Куда? – Выпучила я глаза, посеменив за ним. А он тем временем вёл меня к лифтам, а не на выход, как я подумала.
- Какой этаж офиса? – Спросил он, как только мы оказались в лифте.
Меня начало потряхивать. Увидев, как вёл себя Паша, защищая меня, на секунду вдруг показалось, что мы ехали дружно бить моего начальника, за то, что посмел сказать мне что-то не то.
  
Но всё оказалось ещё интереснее и неожиданнее.
Как только мы с Пашей показались вдвоем в нашем офисе, который был в формате опен спейса, где все столы стояли в едином большом помещении, и отделялись лишь небольшими перегородками, все взгляды тут же обратились к нам.
- Добрый день, Павел Александрович. – Тут же подскочил к нам Антон Никитич, мой начальник. Даже ведь по имени назвал Пашу! Запомнил. – Приятно познакомиться. Я Антон Никитич, начальник Ксюши. Если она доставила вам какие-то неудобства, то приношу свои извинения…