Бегущая во сне (СИ)

— По-моему, не все мастера такого мнения…
— О чем вы, милочка?
— Я слышала, что жители южной части Феерии вынуждены голодать и бегут оттуда. А некоторые мэры заняты удовлетворением только собственных потребностей, совсем не заботясь о подданных.
— Откуда у вас такая информация? Быть такого не может! Быть мастером-мэром — большая честь! Великий Мастер Алистер строго за этим следит. Если кто-то из жителей пожалуется ему на правление своего мастера, то нерадивому правителю не сносить головы! Но ни один феериец не жаловался Великому Мастеру, сколько себя помню!
— Правда?
— Конечно!
Амала широко улыбнулась, оголив белоснежные зубы. Таша с недоверием смотрела на недалекую дамочку, которая ей казалось уж слишком приторно миленькой. Видя, как живется жителям Феерии, ей слабо верилось в слова Амалы, хотя побывать в Северной части страны она и не успела.
40. Собрание мастеров 
В зал вошел Алистер, и все притихли. Оркестр тоже смолк. Правитель Феерии выглядел не менее элегантно и нарядно, чем его гости. Из-под черного пиджака выглядывала черная атласная рубашка. Брюки сидели на нем безупречно, а лаковые туфли вычурно блестели.
Таша невольно засмотрелась на разодетого франта. Все это время она видела его небрежно одетым в какие-то кожаные жилетки, простые свободные брюки и льняные рубахи… А сейчас он выглядел очень стильно.
— Приветствую вас, мастера великой и прекрасной Феерии! Братья и сёстры! Мы все искали удовольствия от жизни. И мы получили его. Здесь, в Феерии. Мы вольны творить в этой стране, не ограничивая себя. Это и есть абсолютное счастье. Счастье, которое мы делим на всех и не забываем делиться с нашими подданными! Иначе этот мир был слишком скучен. Мы обрели здесь смысл и дарим его другим. Да здравствует Феерия!
— Да здравствует Алистер! Да здравствует Феерия! — раздались стройные громкие возгласы присутствующих.
Таша с любопытством разглядывала всех гостей, которые с единым рвением ровным хором голосов поддерживали своего предводителя, устремив взгляды только на него. Все-таки Алистер был невероятно харизматичной и притягательной личностью, раз сумел объединить столь разношерстную компанию единой целью. Таша и сама невольно поймала себя на мысли, что хочет смотреть на него и слушать не отрываясь. Тем временем Алистер продолжал свою речь.
— Сегодня мы собрались в этом зале, чтобы обсудить наши успехи. После чего сможем приступить к неформальной части нашего вечера. Итак. Перейдем к делу. Маршалы четырех провинций! Прошу сделать свои доклады! Да будут они честны и точны!
Вперед вышли четыре мастера: две женщины и двое мужчин, среди которых Таша уже была знакома с Эгоном и Амалой. Она и начала первой свой отчет.
— Жители Северной провинции за последний год значительно преумножили свои блага. Для поддержания равновесия, я подняла налоги в казну. Взамен возвела для своих подданных ледяной дворец с катком, решив проблему с наскучившими развлечениями и умеренным климатом. Жалоб на государственный строй и меня, как правителя, не поступало. Что касается проблем провинции, это нехватка предметов роскоши, таких как драгоценные украшения…
Дальше Таша не слушала. Ее внимание привлекла еще одна знакомая фигура. В углу комнаты неприметно стояла Яра в длинном шелковом платье нежно-лилового цвета. Волосы ее были собраны в пучок и украшены диадемой, поблескивавшей в ярком свете. Темно-сливовая помада делала ее лицо строже. Она не улыбалась и выглядела очень спокойной. В ее наряде не было ничего особенного, но выглядела она так благородно и изящно, что просто невозможно было смотреть куда-то еще, кроме нее. Тонкие пальцы сжимали в руках шнурок от бархатной сумочки, которую уже видела Таша. Там хранилась ее колода карт. Похоже, она никогда не расставалась с ними. Хотя странно было бы представить, как она могла бы воспользоваться ими на подобном мероприятии. Не на фуршетном же столе гаданиями заниматься?
Яра словно почувствовала пристальный взгляд Таши и тоже посмотрела на нее. Они встретились глазами. Таша, как загипнотизированная, все равно не могла перестать смотреть на Яру. Та кивнула ей в знак приветствия и слегка улыбнулась краешком губ. Таша ответила тем же. Ей хотелось подойти к ней, но она стояла далеко и пробиваться сквозь толпу было как-то неудобно.
 
Тем временем Амалу сменил с докладом Эгон. Уж его Таше было интересно послушать. Эгон вышел вперед, прочистил горло и начал свой рассказ. Говорил он медленно и уверенно, глядя то на Алситера, то в зал. Таша разглядывала его вычурный фрак и все никак не могла отделаться от ощущения, что все равно видит перед собой его голое вспотевшее мускулистое тело.
— В Восточной провинции процветают виноделие и овощеводство. Жители моих городов по-прежнему лидируют в этих отраслях, снабжая всю страну лучшим вином. Население исправно платит налоги. При этом в моей провинции они не повышались уже несколько лет. В этом нет необходимости.
«Хм.. Ну еще бы! Осталось только налоги беднягам повысить…», — возмутилась Таша, но у себя в мыслях.
— Жалоб от моих подданных не поступает. Они счастливы и всем довольны. Восточная провинция процветает…
«Вот лжец! Уж что процветает, так это разврат и вакханалии в его резиденции…» — снова молча прокомментировала слова Эгона Таша, глядя на него с презрением.
После Эгона к докладу приступил мастер Западной провинции, у которого тоже все было прекрасно в регионе, если не считать бесчинств новоприбывших мастеров, которые разгромили столичную площадь «необычными осадками», как он выразился. На этих словах Таша чуть не прыснула от смеха…
«Это же про меня! Ну извините… За свои бесчинства я полностью рассчиталась, получив плетью по спине», — подумала Таша и заметила, что на нее смотрит Алистер. Она не смогла сдержать улыбку и пожала плечами. Он понял ее жест и тоже слегка улыбнулся, быстро отведя взгляд. Таше почему-то стало приятно.
Последним выступил мастер Южной провинции, которым, на удивление, оказалась пожилая женщина по имени Изабелла. Таша вспомнила, как быстро Эгон раскусил ее тогда у себя в кабинете, наврав про несуществующего мастера Одэлина. Изабелла выглядела аристократично и утонченно, как придворные дамы высшего света 19 века, только без белого многоэтажного парика на голове.
«Подумать только! Божий одуван! А до чего народ свой довела! Ну-ну… Интересно послушать ее оправдания», — подумала Таша.
Но оправдываться Изабелла, похоже, и не собиралась. Она, как и ее предшественники, рассказывала, как хорошо живется ее подданным, что они не знают, куда девать денарии и что пора бы повысить налог, но она великодушно этого не делает, давая возможность народу «побаловаться роскошью».
«Вот мерзавка! Это же надо так врать!».
Лицо Таши наполнилось гневом. Она искала в толпе Алистера, пытаясь понять его реакцию. Но на его лице не промелькнула даже тень сомнения. Он молча рассматривал присутствующих, без особого интереса слушая, что говорит Изабелла.
— … Что касается проблем моей провинции, то я бы выделила отсутствие технологического прогресса. Но я понимаю, что это проблема всей страны в целом. После подлого и постыдного предательства гнусного Леонарда, мы до сих пор нуждаемся в новом творце-инженере, — растягивая фразы, монотонно говорила доморощенная аристократка.
— Ну что ж. Я благодарю вас, мои помощники, за то, что с достоинством несете свою миссию. Талантливый инженер нового времени нам действительно нужен. Отслеживайте новичков и немедленно доставляйте ко мне во дворец. Яра сообщила мне, что новый мастер с выдающимися способностями скоро придет в столицу. Благодарю вас, мои советники, за хорошую работу во благо Феерии. Мне тоже не поступило за год ни единой жалобы от феерийцев на кого-либо из вас! Так держать!
 
Толпа ликующе зааплодировала Алистеру.
«Что? Никто не жаловался? Так, может, они просто боятся розг садистки Фелиции? Хотя и среди этих напыщенных морд, по-моему, хватает извращенцев, способных уничтожить любого жалобщика. Как он это не понимает? — с ужасом думала Таша. — Он действительно верит им! И считает, что в его прекрасной Феерии все прекрасно!»