Ее высочество в бегах (СИ)

Эльф встал и передал кружку с кофе Миле.
- Большое спасибо за напиток и за беседу. Был рад знакомству.
- Взаимно. Если решите вернуться и угостить меня коктейлем, я тут. - Женщина допила кофе в несколько глотков и вновь обратилась к жене: - А что насчет тира? Мне кажется, оружие - это очень сексуально.
- Только в чужих руках, дорогая моя. Оставим подобные развлечения мужчинам. Наша задача - быть настолько красивыми, чтобы им хотелось нас защищать.
***
Ступени старой деревянной лестницы, ведущей на второй этаж клуба, поскрипывали под ногой. В последний раз Рэй поднимался по ним больше года назад. Телефонный звонок руководителя оперативной группы разбудил его в пять с четвертью утра, и он, потревожив дремавших в ногах кошек, снял трубку после четвертого звонка. Фраза «с детективом Кантер приключилось несчастье, доктор Лок, приезжайте как можно скорее» повисла в воздухе как пары ядовитого реактива, которые рано или поздно проникнут в легкие, потому что вы не сможете задерживать дыхание слишком долго. Элли попала в аварию? Случился пожар? В нее стреляли пулями из храмового серебра? Руководитель оперативной группы был обращенным и не позволил бы себе сказать «приключилось несчастье» о чем-то незначительном. «Рэй, - позвал собеседник. - Одевайся и приезжай немедленно. У нас беда».
В последующие месяцы эльф прокручивал в голове эту короткую фразу так часто, что от телефонного звонка его начинало тошнить. Те же чувства он испытывал, восстанавливая в памяти визит в «Королеву ночи»: парковка забита служебными машинами, желтые полицейские ленты, толпа коллег в главном зале клуба. Капитан Ральф Фостер, начальник отдела по борьбе с наркотиками, жил в пятнадцати минутах езды от Ночного квартала. Он даже не успел переодеться: накинул плащ поверх домашней одежды. Вид у капитана Фостера был ошарашенный. Рэй стоял посреди этой суматохи как ребенок, потерявшийся на городской ярмарке, и пытался понять, что происходит. Он оглядывался в поисках знакомых лиц - и увидел Тони. Отвлекшись от заполнения документов, детектив Блейк поднял глаза. Этот взгляд Рэй не забудет даже в том случае, если Великая Тьма дарует ему пару тысяч лет жизни.
Ботинок скользнул по потертому ковру последней ступеньки, и эльф выругался себе под нос, чудом удержавшись на ногах. Зачем думать об этом сейчас? Элли мертва - и ничего не изменится, как бы он себя ни изводил. У него больше нет ни углового кабинета, ни собственной лаборатории, ни тщеславных планов. Он больше не врач, не криминалист и не полицейский. Рано или поздно ему придется выйти из темного угла, где он прятался все эти месяцы, и научиться жить заново. Он встретил женщину, к которой впервые за долгое время испытывает что-то, помимо отстраненного интереса. Говорить о глубоких чувствах и нежной привязанности рановато, но разве это не повод уцепиться за соломинку и начать подниматься со дна? Он узнает, что на самом деле случилось в клубе в ту ночь, и поставит точку в этой истории. А потом наберет номер бывшего шефа, руководителя отдела криминалистической экспертизы, и скажет, что хочет вернуться. Прежнее место он не получит, но время многое расставляет по местам.
Охранник, читавший «Треверберг Таймс», приветственно кивнул Рэю, открыл дверь из красного дерева и посторонился, пропуская гостя.
Хозяйка «Королевы ночи» не любила яркого света, и эльф на пару мгновений прикрыл глаза, позволяя им привыкнуть к темноте. В небольшой комнате пахло кофе и дорогим табаком. Старинные часы на стене едва слышно тикали, отмеряя секунды. Свечи в ветвистом серебряном канделябре освещали низкий кофейный столик с разбросанными вокруг него подушками. На одной из них сидела женщина с длинными седыми волосами, одетая в строгий деловой костюм. Она пила виски со льдом и держала в пальцах тонкий мундштук из черного дерева. Кольца сигаретного дыма поднимались к потолку и медленно растворялись в безветренном воздухе.
- Доброе утро, Рэймонд. - Она взглянула на изящные наручные часики с россыпью бриллиантов. - Ах да. Почти полдень.
 
Рэй подошел к женщине и поцеловал ей руку.
- Ты похудел, - заметила она, жестом предлагая гостю садиться.
- А ты похорошела.
- И не упускаешь возможности польстить даме. Все как в старые времена.
- Что бы там ни было, я рад тебя видеть, Мэрилин.
Хозяйка закашлялась и сделала глоток виски.
- Я успела отвыкнуть от этого имени.
- Не обращаться же к тебе «мадам Кали». Звучит так, будто ты владеешь борделем, а не ночным клубом.
- Хочешь выпить, Рэймонд? У меня есть отличное вино. И скотч. Когда-то ты любил скотч на скалах.
- Я больше не пью.
В темно-карих глазах женщины промелькнула грустная усмешка.
- И не куришь, конечно же. Ни никотина, ни алкоголя. Самый здоровый способ справиться с утратой. - Она помолчала. - До смерти Харольда я не притрагивалась к виски, а к сигаретам - тем более. Сегодня выкуриваю по две пачки в день и виски пью чаще, чем воду. И как, Рэймонд? Тебе стало легче?
- Не сказал бы.
- Вот и мне. - Мэрилин сделала очередную затяжку. - Полагаю, ты пришел поговорить об Элли. Задать вопросы вроде «в чем суть истории с эльфийской кровью». Да?
- Я ищу светлую эльфийку. Принцессу. В последний раз ее видели в твоем клубе в ночь убийства Джозефа Стэнфорда.
- В сопровождении юного вампира-музыканта, который собирает здесь толпы поклонников, - кивнула хозяйка. - Да, они были здесь в ту ночь, но успели уйти до того, как полиция закрыла клуб и начала допрашивать свидетелей. По крайней мере, утром я их не видела.
Рэй опустился на подушки напротив женщины и оглядел комнату. С момента его прошлого визита сюда ничего не изменилось: старинная мебель, пушистый ковер, тяжелые бархатные занавески. Взгляд эльфа остановился на портрете над письменным столом. Светловолосый юноша с ясными серыми глазами, в лице которого угадывались черты Мэрилин, стоял на ступенях одного из городских особняков, опираясь на сложенный зонт как на трость.
- Краска потрескалась, - заговорила женщина. - Нужно отдать реставратору, но я не хочу расставаться с ним даже на минуту. Боюсь, что мастер испортит картину. Единственное, что осталось от Харольда. Помимо воспоминаний, конечно. Элли любила этот портрет. Много раз предлагала мне свою помощь. Говорила, что знает отличного реставратора, была готова заплатить за работу. А я упрямилась. Она так скучала по нему, Рэймонд. Надеюсь, сейчас они вместе. И счастливы.
- Прости… что?
Мэрилин стряхнула с сигареты пепел и медленно подняла глаза на собеседника.
- Ты не знаешь, - улыбнулась она. - Она ничего тебе не рассказывала, верно, Рэймонд? И правильно. Она, в отличие от меня, понимала, как важно оставлять прошлое в прошлом, но так и не решилась порвать все нити. Это ее и сгубило.
- Погоди-ка, - остановил ее Рэй. - Я знаю, что твой сын был хорошим другом Элли. Знаю, что она долго винила себя в том, что с ним произошло. Знаю… - он запнулся. - О боги. Это не то, о чем я думаю, да, Мэрилин? Пожалуйста, скажи, что это не то, о чем я думаю.
Вампирша погладила гостя по руке.
- Она любила тебя, Рэймонд. Ты даже при большом желании не смог бы дать ей то, что может дать обращенный, но она этого и не ждала. В современном мире роли меняются, а понятия искажаются. Еще пару веков назад вампирши искали покровителей и защитников. Сегодня они все чаще выбирают мужчин, которые нуждаются в поддержке. Элли потеряла Харольда, ты расстался с женой. Великая Тьма поступила мудро, сведя вас вместе. Харольд был добрым и милым, но от него Элли не получала и сотой доли того, что давал ей ты. Она пыталась защитить его как могла. Но есть уроки, которые мы должны выучить сами. Иногда они оказываются горькими, как в случае Харольда.
Рэй молчал, пытаясь осмыслить услышанное.
- Финал этой истории мог быть намного трагичнее, - добавила Мэрилин. - К счастью, она нашла в себе силы продолжать жить. Она могла бы обозлиться на всех мужчин, оставить работу в полиции, уехать на другой конец света, поселиться в клане, посещать ужины и балы, превратившись в глупенькую вампиршу, одну из тысяч. Но она сделала свой выбор и продолжила бороться. Она боролась как львица. Эта ее черта меня восхищала. Она сражалась даже тогда, когда остальные опускали руки.