Ее высочество в бегах (СИ)
- Слушаю, - сказал Кит в трубку, оглянувшись на Эрну. Если жена полицейского хочет сохранить подобие здоровых нервов, то рано или поздно избавляется от привычки открывать глаза посреди ночи и гадать: куда на этот раз поедет ее неугомонный муж, и вернется ли он живым? Не то чтобы Эрна слишком переживала по поводу целостности его шкуры - темного эльфа убить в разы сложнее, чем обычного человека, хотя в Треверберге может случиться всякое - но нервы берегла. На свой лад. Она делала вид, что ночные телефонные звонки ее не беспокоят, и мастерски притворялась спящей. Как сейчас. Даже дыхание не сбилось - такое же медленное и глубокое, как минуту назад. - Я успел уснуть, Зак. Ты теряешь хватку. Еще пара таких ошибок - и высплюсь, а ты себе этого не простишь.
- Я тоже успел уснуть, - откликнулся напарник. - И даже поверил в то, что открою глаза в семь утра, заподозрив шефа во внезапном решении меня уволить. Но обошлось. Угадай?
- Дыра в Ночном квартале, которую мы до сих пор не изучили от и до?
- Не угадал, - насмешливо протянул Зак. - Убийство возле «Даров Афродиты».
Кит спустил ноги с кровати и поморщился - пол был ледяным. Артур, верный своим привычкам, оттащил коврик к противоположной стене. Голова сеттера лежала на вытянутых лапах, а глаза преданно следили за хозяином. Самое невинное существо в двух мирах. Как вы могли подумать, что оно способно красть что бы то ни было, еду или прикроватные коврики?
- Я что-то пропустил, и меня перевели в убойный отдел?
- Убойный отдел уже там околачивается. Мне звонил Тони. Говорит, один из свидетелей опознал женщину. И мы этого свидетеля знаем. Короче, дело по нашей части. Одевайся. Буду через двадцать минут.
***
Для Ночного квартала убийства были делом привычным. Да и тамошняя публика после полуночи и нескольких стаканов виски, порции веселящих таблеток и дорожки кокаина вряд ли отличила бы собственную маму от Мэрилин Монро - и уж точно не устроила бы истерику, обнаружив на мостовой бездыханное тело. Преступления, совершенные в спальных районах, освещались в новостях лишь в том случае, когда речь шла о тайных пассиях звезд или несовершеннолетних. Квартал ресторанов полицейские по умолчанию считали местом спокойным. Да, за воротник тут закладывать любили, иногда устраивали поножовщину, воровали дорогие машины, а однажды на памяти Кита попытались придушить знаменитого шеф-повара (ничего примечательного - ревнивая жена). Криминальные авторитеты на этих улицах разборки не устраивали, потому что территорию давным-давно поделили. И вот - приехали.
- Детектив Закари Уоткинс, отдел по борьбе с наркотиками. - Зак показал рыжеволосой стажерке, стоявшей возле ленты с надписью «Место преступления: не пересекать», свой значок. - А детектив Кит Вагнер. Мы одним глазком посмотрим, что тут у вас за веселье.
Тони наблюдал за работой криминалистов, вдохновенно ползавших по мостовой в поисках вещественных доказательств. Впрочем, с таким же успехом он мог присесть на корточки или ползать вместе с полицейскими - Кит заметил бы его мгновенно. Детективу Энтони Блейку не нужно было слишком стараться для того, чтобы выделиться из толпы. Природа одарила его двухметровым ростом и пышными светлыми кудрями, а любовь к ежедневным занятиям в тренажерном зале помогла обзавестись телом профессионального гладиатора. Так его в убойном отделе и прозвали. Тони был не против.
- Сэр, - пискнула стажерка. - Детектив Уоткинс и детектив Вагнер из отдела по борьбе с наркотиками.
- Пропусти бедолаг, Ширли. Я и так вытащил их из кровати посреди ночи. Еще не хватало, чтобы они топтались тут в ожидании официального приглашения.
Зак приподнял ленту, пропустил Кита и устремился следом за напарником к лежавшему на мостовой телу. Криминалисты вяло поприветствовали новоприбывших и вернулись к щеточкам, растворам и липким лентам для сбора улик.
- Занимательная история, - сверкнул улыбкой детектив Блейк. Руки коллегам на месте преступления он не пожимал, считая это плохой приметой, и остался в медицинских перчатках. Кое-кто обижался, но Кит не имел ничего против. Рукопожатие у Тони было чересчур дружеским: пальцы могли ныть несколько часов. - С чего начнем?
- С начала, - подбодрил детектив Вагнер, оглядывая тело. - Ого. Кажется, я ее знаю…
- Блант, Моника Оливия, - с довольным видом потер руки Тони. - Двадцать пять лет. Работала официанткой в клубе «Королева ночи». Не замужем, постоянного партнера нет, детей нет. Родилась в Треверберге, жила в Треверберге - рядом с клубом, есть там отель, хозяева которого иногда подписывают с постояльцами договора на долгосрочный съем.
Кит бросил на напарника полный отчаяния взгляд.
- «Королева ночи»? - озвучил невысказанный вопрос Зак. - Да, Тони? Или я до сих пор не проснулся?
- Именно это я и сказал, - подтвердил детектив Блейк. - Знаю, ребята. Входит в пятерку самых любимых мест сотрудников отдела по борьбе с наркотиками. Вы же не думали, что я буду звонить вам ради ерунды? Идем дальше? История только началась.
- Валяй, - мрачно кивнул Кит.
Тони достал из кармана джинсов блокнот и перевернул несколько страниц.
- В пятнадцать стащила машину матери и укатила с приятелем в Ночной квартал. Оба напились как свиньи, на обратном пути свернули на улицу с односторонним движением и попали в аварию. У нее - пара царапин, у приятеля - сотрясение мозга, водительских прав - ни у одного. Мамаша тоже оторванная. Родила от случайного мужика, танцевала в клубах. Моника трижды убегала из дома, но ее находили: то в каком-нибудь притоне, то на квартире у музыкантов-неудачников. Когда ей исполнилось восемнадцать, мамаша познакомилась с богатеем, и они укатили из города в неизвестном направлении. Оставила дочке дом, полученный в наследство от ее матери, и кучу долгов. Моника продала дом, оплатила долги и попыталась наладить самостоятельную жизнь, но гены брали свое. Даже в университет поступила, откуда ее выгнали за пропуски и пьянство.
- Привлекалась? - спросил детектив Вагнер, заранее зная ответ.
- Хранение, употребление, - сверившись с записями, кивнул Тони. - Три месяца в колонии, выпустили за хорошее поведение, полгода общественных работ.
- Распространение не забудь, - подал голос Зак. - Пять лет назад я расследовал дело, она проходила как подозреваемая. На суде оправдали за недостатком доказательств. Ты еще у нас не работал, Кит.
- Да, проституток по Ночному кварталу отлавливал в отделе нравов, - откликнулся наблюдавший за работой криминалистов детектив Вагнер. - Что толкала?
Напарник потер лоб, восстанавливая в памяти детали дела пятилетней давности.
- Кокаин вроде. Позже уточню. Девица уже тогда в «Королеве ночи» работала. Там шагу ступить нельзя, не наткнувшись на распространителя. Хранят все, а употреблять - святое дело. «Траву» курят как табак. Ну что, Блейк? Подбираемся к самому интересному?
- А самое интересное заключается в том, что мисс Блант, Моника Оливия уехала из Треверберга несколько дней назад. Села за руль своей старой «тойоты» и смоталась из города. Сказала таможеннику, что едет путешествовать.
- И что? - поторопил Кит.
- И все! - с торжествующим видом объявил Тони. - А сегодня ночью леди нашли здесь с дырой во лбу. Угадайте, как она вернулась в город?
- На шикарном красном «ламборгини», - услышал детектив Вагнер знакомый голос. - Не обижайся, Блейк, но рассказчик из тебя никудышный. Если хочешь написать захватывающие мемуары, начинай тренироваться прямо сейчас.
Зак, обернувшийся первым, испустил радостный вопль.
- Рэй! А я-то думал, что ты улетел в далекую страну. Поселился на необитаемом побережье, кормишь стаю кошек и занимаешься серфингом. Треверберг держит крепко, да?
- Да. А подписка о невыезде, которую я дал детективу Блейку десять минут назад, держит меня еще крепче.
- Не бурчал бы ты, Лок, - вздохнул Тони, подмахивая принесенные рыжеволосой стажеркой документы. - Я двадцать раз повторил: это вынужденная мера. Дня через три будешь свободен и отправишься на все четыре стороны.