Позывной "Князь" 4 (СИ)

И сразу же понял — магия не сработала.
  
Глава 2
 
— Доброе утро, Вероника Андреевна, — хрипло произнес я. — Вы сегодня так обворожительны были вечером, что я решил навестить вас.
В голове лихорадочно метались мысли, лицо было придурковато-влюбленным, но сердце билось ровно. Я не знаю, как я оказался у нее в постели и почему магия не сработала, но отчего-то мне казалось, что эти два вопроса как-то связаны.
— Это неприлично! — снова зашипела она, натягивая на себя простынь, отчего ткань только сильнее открывала ее ноги. — Немедленно убирайтесь, а то я закричу.
Я решил подхватить с пола халат, чтобы одеться и встать. Чтобы не смущать своим голым телом даму, мне пришлось вывернуться и лечь лицом на простыни. Напротив меня оказалось платье, в котором я видел Рокотову днем ранее.
И вдруг от темной ткани, я почувствовал очень знакомый аромат. Также пахло от моей подушки, когда ложился спать. Сладко, нежно и дурманяще.
«Вероника!» — мысленно выдохнул я, и сердце в груди забилось сильнее.
С трудом уняв нахлынувшие эмоции, я посмотрел на Рокотову и холодно сказал:
— Я уйду сразу же, как услышу от вас честный ответ. Чем вы меня опоили? Что это было за зелье?
Рокотова испуганно дернулась, как от удара. Я ждал осуждающего взгляда, но она вдруг опустила глаза.
— Я… я… — начинала она говорить и тут же замолкала.
— Вероника Андреевна! — сурово сказал я и повторил свой вопрос. — Что это было за зелье?
— Я лишь хотела, чтобы вы перестали со мной так обращаться! То смотрите мимо, то ищите какую-то тайну. Я чувствую ваше недоверие, и вы грубы со мной!
— А после зелья я должен был… влюбиться в вас? — с нескрываемым раздражением ответил я.
— Не прямо, чтобы влюбиться, стать теплее…
— Если вы мне раньше были хоть как-то симпатичны, то сейчас даже и этого не осталось. Я искренне надеюсь, что вы немедленно соберете вещи и исчезнете из моей жизни.
Я резко поднялся, уже не стесняясь наготы, подхватил халат и надел его. Внутри меня разрывало на части: ненависть и одновременно желание схватить ее и не выпускать из постели несколько часов. Мерзкое зелье!
— Но Владимир! — она заломила руки, стараясь смотреть мне в глаза, но я заметил, как она покраснела. — Прошу вас!
— Во-первых, ваше высочество, во-вторых, вы за сегодня израсходовали весь запас моего доверия. С матушкой я поговорю сам.
— Вы не понимаете!
— Да, я действительно не понимаю, почему я все еще здесь стою и слушаю вас, — раздражение глухо стучало в груди, смешиваясь с острым желанием.
Еще и магия не работает! Что со мной происходит⁈
— Хотя у меня есть еще вопрос про действие зелья, — я возвышался над Рокотовой и не сводил с нее глаз. — Кроме воздействия на эмоции, что оно еще может?
— Только это! Поверьте! — ее глаза наполнились слезами. — Вла… ваше высочество, дайте хотя бы несколько дней, пока я не найду новое жилье.
Я снова попытался воспользоваться магией, но, как и в тот раз ничего не получилось. И тут мне в голову пришла интересная мысль.
— Вероника Андреевна, а вы маг?
Она испуганно приоткрыла рот, а ее глаза широко распахнулись.
— Как… как вы узнали?
— Жду вас через полчаса часа в кабинете для весьма серьезного разговора, — сказал я, проигнорировав ее вопрос.
И вышел из ее спальни.
Ее слова лишь подтвердили мои подозрения. Ведь магия не работала в ее присутствии, еще и зелье. К этому прибавилась еще и воспоминание о словах Мишина про его родственницу. Она же могла рассеивать заклинания.
Возможно, у Рокотовой был такой же талант. С одной стороны, крайне неприятно иметь под боком антимага, а с другой — Вероника Андреевна ценный источник информации.
Что же теперь с ней делать?
Вернувшись к себе, я долго смотрел на неубранную кровать. Организм недвусмысленно намекал, что утро с красивой женщиной, едва прикрытой тонкой ночнушкой, так просто не отпустит.
Я с силой дернул шнурок вызова служанки, и через несколько минут прибежала Ангелина. Увидев меня в одном халате, она подмигнула мне, но я остановил ее и велел перестелить кровать. Не хотелось еще раз вдохнуть сладкий запах зелья.
  
Служанка управилась меньше чем за десять минут. Едва пахнущие дурманом простыни и наволочки упали на пол, я дал себе волю и прижал к себе Ангелину и, наконец, выкинул Рокотову из головы.
А уже через четверть часа стоял в кабинете. Холодный и собранный. Хотя и весьма довольный.
— Можно? — Рокотова скромно постучалась в приоткрытую дверь кабинета.
— Входите, — я сидел за столом и сурово смотрел на нее.
— Вы хотели что-то узнать? — она опустилась на край кресла и напряженно смотрела на меня.
— Как я понимаю, способность у вас специфическая. И это обстоятельство меня не радует.
— Простите, ваше высочество, что не сказала раньше, — она начала комкать в руках юбку. — Об этом не принято говорить.
— Когда вы приехали в наш дом, вы знали, что я маг?
— Еще нет. Я чувствовала остатки магии на ваших родных, вот мне и стало интересно.
— И что вы намерены были делать, узнав, кто я?
— Ваше высочество! Ничего опасного! Клянусь вам! — ее глаза оставались сухими. — Я бы никогда не навредила вам. Считайте это женское любопытство.
— Откуда вы так много знаете про магов?
— Я очень давно изучаю магию. Все началось с гибели моих родителей. Наш дом поджег огневик, и только благодаря моей способности, мне удалось спастись. Огонь просто не дошел до моей комнаты. Правда, в бумагах написали иное, чтобы уберечь меня от лишних вопросов. Виновника нашли и казнили. А я так и не успокоилась. Даже у тетки не получилось остановить меня. Я жаждала знать все. Мы ездили из города в город, чтобы собрать по крупицам историю магов. Настоящую! Которую еще не успели переправить люди.
— Но сейчас вы ушли из-под опеки тетки и решили остаться здесь. Почему?
— Ради вас, — тихо сказала она. — Я думала, что вы сможете полюбить меня и мне не придется искать дальше.
— Но как любовь связана с историей магов?
— Не совсем связаны, конечно. Скорее, вы мне сильно понравились. И, как я узнала, сейчас в городе постоянно что-то происходит, и вы находитесь в центре магического конфликта. Я готова помогать вам! — с жаром закончила она. — У меня очень много сведений, которые вам могут пригодиться.
— Но как мне вам теперь доверять?
— Хотите, я дам вам клятву? — упавшим голосом сказала она.
— Как же вы сможете дать клятву, если вы антимаг? — сквозь холодную маску пробились первые эмоции.
— Это другое. Сила она все равно же есть, — пожала она плечами.
— Я должен быть уверен, что подобного рода ситуаций более не повториться.
— Понимаю.
Она опустила голову, и по ее щеке скользнула слезинка.
— Возьмите себя в руки, Вероника Андреевна, — угрюмо сказал я. — Это хотя бы ваше настоящее имя?
— Да.
— А вы помните свое детство? — вдруг спросил я.
— Детство? — она непонимающе посмотрела на меня. — Плохо. Урывками. То ли на пожаре я наглоталась дыма, то ли память так решила меня защитить.
«Тоже попаданка, как и я? Интересно.»
— Хорошо. Тогда давайте текст клятвы и поскорее закончим с этим.
Она протянула меня раскрытую ладонь и сказала:
— Я, Рокотова Вероника Андреевна, клянусь не замышлять против Владимира Ивановича Эгермана дурного… — она глянула на меня и вздохнула, — а также быть с ним честной, насколько это возможно.
В воздухе над ее рукой появился едва заметный символ, такой же, что я видел, когда мы со Сливовым обменивались клятвами.
Я тоже протянул руку.
— Я, Эгерман Владимир Иванович, принимаю клятву Рокотовой Вероники Андреевны.
Появился второй символ, они переплелись друг с другом и тут же растаяли.
— Клятва принята, — упавшим голосом произнесла Рокотова и посмотрела на меня. — Я могу идти?
Мне показалось, что она явно ожидала от меня другой фразы.