Падение Евы (СИ)

Как он произносит моё имя это просто мрак. Убийственно и нежно. Нельзя себя так вести с девушкой брата. Это блин не нормально.
— Моя помощница свяжется с тобой и всё расскажет. Что взять, что надеть, — резкая тишина, — Шутка. Просто приезжай, но Моника с тобой свяжется, чтобы сообщить адрес и время.
— Но ведь, ты же вчера говорил, что в час, — нахмурив брови, сказала я.
— Я солгал, частично, — усмехнулся Адам, а я уже была готова послать всё к черту. — Хотел понять, чего ждать от тебя. Конкуренция бешеная, Ева. Не подведи меня, ты мой фаворит.
— Постой! Ты же сказал, что ты будешь проводить собеседование, — крикнула я в трубку.
— Увы, не могу. Дел по горло, но ты можешь зайти после собеседования. Я уделю тебе пять минут, — практически мурлыкал в трубку Адам.
— Прекращай флиртовать со мной, Адам, — нахмурив брови, сказала я серьезно.
— Я жду тебя, Ева, — казалось, что он готов отыметь меня через телефон. Твою мать, этот голос это мрак.
Как я собралась работать с ним? Ну, я же не буду с ним круглый сутки? Я не хочу потерять Алекса из-за непонятных отношений с его братом. Братом, который явно горит желанием только переспать со мной. Снова.
Буквально минут через двадцать со мной созвонилась девушка, голос приятный, а тон деловой. Сразу видно, что помощница начальника.
Мы обсудили с ней должность, где я училась и прочее, она всё записала и сказала приезжать через три часа и продиктовала адрес. Мать долбила на вторую линию, а я всё скидывала её звонок.
Когда она пожелала мне удачи, я начала волноваться о том, что не смогу. А почему не смогу? Я смогу! Я утру нос всем им!
Я начала быстро собираться. Душ, макияж, прическа, брюки. Я не собиралась опять надевать платья, нет. Или джинсы или брюки, всё! Точка. Или-или. Никто больше не нацепит на меня юбку или облегающие вещи (сверху).
Я достала из шкафа черные брюки стрейч и велюровую блузку с расклешенными рукавами. Никаких декольте и вырезов, сплошная свободная блузка, которая закрывала меня сверху полностью. На ноги обула черные лодочки. Я покрутила завитый локон, и подумала над тем, чем всё это закончится. Работа работой, а он это отдельная история. Я просто самоубийца.
******
Когда я подъехала к нужному зданию, посмотрела на высоту здания, а солнце ослепило глаза. Я пошла вовнутрь, а поджилки тряслись от страха. Когда я стала такой трусихой? Не понимаю. Подойдя к ресепшену, я назвала своё имя и мне выдали карточку «посетителя». Сообщили, на какой этаж поднимать, а я лишь кивала девушке за стойкой. Нацепила бейджик на шею, и пошла к лифтам. Поднявшись на двадцатый этаж, я словно перенеслась в свой маленький рай. Все кабинеты и перегородки были из стекла, никакой анонимности или уединенности. Вдалеке я увидела конференц-зал, в котором уже была целая делегация, которая обсуждала то, что висело на стендах. Черт, обалденно. Два смежных этажа и просто обалденная атмосфера.
— Мисс? — окликнула меня девушка с пучком на голове за стойкой.
Я быстро подошла к девушке и широко ей улыбнулась.
— Здравствуйте, меня зовут Ева Петерсон. Я на собеседование, — я покрутила головой, как маленькая девочка, которую первый раз привели в парк аттракционов. Это была моя мечта с детства работать в таком месте.
— Вы последняя, проходите в конференц-зал, — она указала мне на другое помещение, не то где шла оживленная беседа, а там где шесть человек сидели во главе стола. Да-да, человек. Мужчины даже были.
Я вошла в стеклянную коробку и возглавляющий мужчина за столом, улыбнулся мне и указал на стул. Я села на ближайший стул и сняв сумочку с плеча, устроилась поудобнее.
— Так, теперь все в сборе. Можно начинать. Всем добрый день дамы и господа. Сегодня у нас собеседование не только на должность «Х». Я задам вам пару наводящих вопросов, на которые вы дадите мне ответ по очереди. Некоторые вопросы могут быть не уместные и странные. Самые оригинальные и интересные ответы будут зачтены. Могу вас уверить, что никто отсюда не уйдёт без работы. Помощники нужны в любой отдел, который связан с журналистикой. Интервьюеры нынче в меньшинстве и секретари. Могу сказать сразу, главный редактор требует от каждого своего сотрудника преданность, трудолюбие и честность. А так, как Мистер Барнс помимо главного редактора ещё и управляющий директор и один из инвесторов, то он требует максимум к своему детищу.
 
Все коротко кивали, одна я сидела в полном шоке. Как это директор и редактор? Я думала он просто дяденька, которого я буду видеть раз в неделю, а он правит не только балом, но и телегой. Отлично, блин. Мне всё меньше нравилась эта затея.
— И так, меня зовут Джон Уилсон, я начальник отдела редакторов и частично заместитель главного босса. С начальниками других отделов вы познакомитесь позже. Первый вопрос: Как сказать мужу, что ребёнок не от него?
Я выпучила глаза на этот вопрос, а все остальные задумались. Что? А зачем говорить мужу о том, что ребёнок не его? Если муж не подозревает, то зачем трогать эту страницу?
Все отвечали не однозначные ответы. Типа «подготовить почву», «подделать тест ДНК», «рассказать напрямую или косвенно». Что вы все несете? Когда взял Джона упал на меня, я облокотилась на стол, нагибаясь вперед.
— А зачем говорить мужу то, что ему знать не обязательно? О моральных принципах нужно было думать раньше. Если муж не задаёт вопросов, то и смысла нет говорить. А если жует совесть, то это уже другой вопрос, — спокойно ответила я, а лицо Джона озарила улыбка.
— Хорошо. Второй вопрос: Моя жена не может признать, что спит с моим братом. Как вывести её на чистую воду? — без запинки спросил Джон, а я сглотнула слюну.
Подстава.
Все снова начали, что-то мычать, из разряда устроить слежку или отследить обоих. Что вы блин несете ребята?
— А спросит никак у брата? Когда ты знаешь брата всю жизнь, то можно только по лицу понять ответ. Врет или нет, — я снова вызвала улыбку на лице Джона, а я была хмурнее тучи.
— Отлично, — сказал Джон, — Третий вопрос: кем вы видите себя через десять лет?
Снова словно отточенные ответы. Всем хотелось одного: занять пост повыше. Я понятия не имела, что хочу. Решила ляпнуть первое, что придет в голову.
— Я стану женой Барнса, — все резко затихли, а я наконец-то расцвела. Улыбка озарила моё лицо. — Шутка. Я займу кресло главного редактора этого журнала.
Мистер Уилсон удивлённо выгнул бровь, а я поиграла бровями, вызывая улыбку на его лице. Я сама не верила в свой успех, а вот он, кажется, верил.
— На этом всё, — развёл руками мужчина с русыми волосами и треугольным лицом. Его гладко выбритое лицо, кажется, аж сверкало от чистоты и порядка.
Я встала со стула, когда услышала голос мистера Уилсона.
— Мисс, будущий редактор останьтесь, пожалуйста, — усмехнулся мужчина, а я, сгорая от стыда, улыбнулась ему.
Возле него задержался мужчина, а остальные стали ждать в коридоре. Мужчина улыбался мне, я бы даже сказала, что он моего возраста. Легкая небритость покрывала его лицо, а карие глаза метались между мной и Джоном.
— Ваши ответы понравились мне больше всего. Поэтому ты, — он повернул голову к парню, — идешь в развлекательную, новостную колонку. А ты, — он повернул голову ко мне, — поздравляю. Ты новая «Женщина Х». Только давай Барнсу не будем говорить о третьем вопросе? — рассмеялся мужчина, а я была даже не против.
— Что дальше? — ляпнула я, удивляя всех своим напором.
— Я покажу вам, где будут ваши рабочие места, и с завтрашнего дня можете приступать. И ещё, — он оглядел футболку и рваные джинсы парня, — никаких диких нарядов. Свободный стиль приветствуется, но без фанатизма.
Мы оба закивали, а потом нас конвоем повели по этажу. Мой кабинет был большой и светлый, жалюзи, висевшие на стеклянной перегородке, радовали, что хоть иногда я могу почувствовать себя наедине с собой. Мне дали личного помощника (честно говоря, я была в шоке). Она поможет мне влиться в этот дурдом и планировать мои встречи. Какие встречи и с кем, мне пока не объяснили, но я думаю, что общее собрание, когда происходит процесс создания номера.