Падение Евы (СИ)
Мистер Хард — управляющий, любезно предоставил мне принтер, на котором я напечатала свою статью. За месяц отрешенности я поняла, всё сделанное и совершенное Алексом ужасно, но я приняла факт того, что он пытался всё исправить. Но, к сожалению, было уже поздно. Механизм был уже запущен.
В каждую строчку вложила часть себя. Я надеялась, что у Алекса проснётся совесть, переступит через себя и поможет брату найти меня. Он один знал об этом месте. Однажды, когда мы лежали на кровати перед сном мы заговорили о мечтах. Точнее я говорила, а он слушал. Я рассказала ему, что нашла это место два года назад, когда впервые убежала от Адама. Тогда я пообещала себе, что вернусь сюда. И я вернулась.
Люди едут сюда, чтобы сбежать от суеты и шума. Я каждый вечер сидела на причале и наблюдала, как садится солнце, а остальной день проводила за книгами. Я просто нашла свое умиротворение, которое так было нужно мне.
Каждый день я думала о том, как там моя «семья», Адам… Но так и не решалась даже написать (в этой глуши даже был интернет).
И снова, как и последние тридцать дней пришла на пирс, чтобы проводить солнце на покой и встретить луну. Я вглядывалась в безмятежный горизонт и дремучие просторы леса. Ветер создавал легкую рябь по прозрачной глади озера, а я сидела и наслаждалась оглушающей тишиной.
Ветер обдул меня, а я на секунду почувствовала присутствие позади. Обернувшись, увидела фигуру Адама возле дерева. На секунду мне показалось, что я брежу, но потом, когда он сделал шаг не поверила своим глазам. Я шагнула назад от неожиданности, а он шел ко мне. Это было словно сном, который видела на протяжении двух недель. Сон, в котором я видела, что он нашёл меня.
— Ты нашел меня, — прошептала я, когда он прижал меня к себе. Я утопала в нём настолько сильно, что на секунду подумала, что мы в воде, а меня покачивают волны. Это было безумно приятно.
— Всегда, Ева, — тихо сказал Адам, а моё сердце начало биться сильней.
Я так скучала, так ждала, когда он найдет меня. Если он нашел меня это значило лишь одно… Алекс очнулся.
— Очухался, значит, — с издевкой сказала я, а Адам глухо усмехнулся.
— Очнулся и нехило стукнулся головой. Нёс такую чушь, — рассмеялся Адам, а я, приложив ухо к его груди, слушала, как бьется его сердце.
— Ещё скажи, что он сделал это чтобы искупить грехи?
— Вот именно, — усмехнулся Адам, а я расплылась в улыбке.
Я запрокинула голову к небу, а он довольно улыбнулся мне. Оставив крепкий поцелуй на моих губах, я почувствовала себя словно в вакууме. В ушах гул, а в горле стук. Дикая нехватка воздуха, которая сжала моё сердце. И только через несколько секунд поняла, что я плачу. А он, не прерывая поцелуя, вытер мои слезы пальцами.
— Я больше никогда не отпущу тебя, — прохрипел Адам, оторвавшись от моих губ.
— Кажется, я уже это слышала, — хмыкнула я, а он, улыбаясь, цокнул языком.
— На этот раз я серьезно, буду бороться за тебя с твоими демонами. Я сделаю всё то, что хотел столько лет. Ты не уйдешь отсюда пока не скажешь «да», — прошептал Адам у моих губ так тихо, что мне показалось, что он хочет разделить этот момент только между нами, чтобы никто не слышал его слов даже деревья вокруг. Я расплылась в улыбке и посмотрела в его зеленые глаза, в которых отражался закат солнца.
— О каком «да» идет речь?
— О том самом, Ева. Хватит уже упрямиться, убегать, решать проблемы одной. Теперь, Ева, — он оставил поцелуй на моих губах, который вызвал дрожь в моём теле, — это моя обязанность.
— И как ты хочешь преподнести это своим родителям? Как ты собираешься сказать им, что ты хочешь жениться на бывшей своего брата? — усмехнувшись, сказала я, а он лишь отмахнулся.
— Я встретил тебя первой, но им же знать не обязательно. Ты моя Ева и всегда ей была, — он провел пальцем по моей щеке и коротко улыбнулся, — Я чувствую то же самое, Ева. Чувствую себя целым, когда ты рядом. Покой, умиротворение. Только ты, навсегда.
Моя нижняя губа предательски дрогнула от его сентиментальности, а он лишь провел по ней большим пальцем и оставил горячий поцелуй. Адам отпрянул от моих губ и развернул меня к себе спиной. Он положил подбородок мне на плечо и обвил руками словно плющ, согревая меня своим теплом.
— Я люблю тебя Ева, — прошептал он мне на ухо и оставил поцелуй на шее.
— Сильно, Адам, очень сильно, — положив свои ладони на его, я откинула голову ему на плечо и посмотрела, как солнце утопает в горизонте.
Глава 33. Прекрасный день
Ева. Спустя два месяца
Свадьба — это подвиг, на него идут самые отчаянные и безнадежно влюбленные.
Ответственный, прекрасный, до ужаса волнующий день, который я запомню на всю свою жизнь. День нашей свадьбы.
Я стояла у зеркала, а моя мать помогала прицепить длинную ажурную белоснежную фату, которая вводила меня в ещё больший ступор. С помощью Адама, я вернулась в семью и поняла, что они хоть и не родные, но они моя семья. Единственные, любимые, родные.
Поправив белоснежное свадебное «русалочье» платье, я пыталась унять дрожь в руках. Каждый изгиб моего тела, которое так любил Адам было обтянуто белыми узорами и кружевами. Узкий корсет и юбка, обтягивающая стан до колен, а дальше расширяющаяся, напоминала русалку, вернее, ее хвост, который расплывался на полу, словно пучина. Постучав идеально белым каблуком, почувствовала ладонь матери на своей талии.
— Не волнуйся, всё будет замечательно, — подбодрила меня мать, сдерживая слезы. — Моя девочка, — погладив меня по открытой спине, прошептала мама.
— Мам, ну хватит, — обняла я её, а она обмахнула своё лицо с улыбкой на лице.
— Ты такая красивая, господи.
*******
Когда пришло время для церемонии, я уже стояла перед закрытыми дверями и открыто нервничала.
— Не волнуйся, я с тобой, — раздался голос отца позади меня.
— Пап! — обняла я его, а он коротко поцеловал меня в щеку. — Не отпускай меня пока мы не дойдём.
— Никогда, дочка, — он подставил локоть, и нежная музыка зазвучала за дверями.
— О, боже мой, я вся дрожу, — прошептала я, а внутренности тряслись от страха, что все будут на меня смотреть. Чертова дюжина людей.
Двери распахнулись, и я увидела тридцать человек, которые стояли и смотрели только на меня. Я бегала глазами и не решалась даже шагу ступить.
— Божечки, — пробормотала я, а отец обхватил мою ладонь, которая висела у него на локте.
Я увидела всех. Всю семью Барнсов в сборе. Даже Алекс, который был в первых рядах. Он был неважен, он отошел на второй план. Родители Адама тепло мне улыбались, а наши матери переглядывались и заливали всё слезами.
— Тут скоро потоп будет, — пробормотала я, а отец усмехнулся.
Я видела Джона с сестрой Клэр, с которой мы успели уже познакомиться. Безумный профессор по юриспруденции. Она классная, стала одной из подружек невесты. Они с Сэм были как близняшки: две блондинки с голубыми глазами и в голубых платьях цвета морской волны. Но Аманда отличалась от них своими коричневыми локонами, но даже цвет платья не испортил её красоты.
Но мой взгляд остановился только на одном человеке. Именно он дал мне сил сделать первый шаг. Адам стоял в жгуче черном смокинге с бабочкой и белой рубашке. Он даже не удосужился побриться, а оставался с легкой щетиной, которую я так любила.
Мы шли медленно, а отец похлопывал меня по ладони. Глаза Адама заблестели, когда начала подходить ближе. Я увидела, как он облизнул губы, как довольный кот, который натрескался сметаны. Он нервничал не меньше меня, но, не сводя взгляда, вел меня к алтарю.
Отец остановился у Адама и коротко на меня посмотрел, казалось, что даже у него глаза были на мокром месте. Я посмотрела на мать, брата и отец отпустил мою ледяную ладонь, передавая её в горячую Адама.
Когда он обвил мою ладонь, я почувствовала спокойствие, которое он всегда мне давал. Тяжело выдохнув, встала напротив Адама. Его губы изогнулись в мальчишеской улыбке, и я догадывалась, о чем он думает. Думает о том, как будет снимать платье с меня сегодня ночью.