Река судьбы

Реджина сделала вид, что ее испугал этот вопрос, словно констебль вышел на след.
— Каким способом?
Констебль Уоткинс неловко заерзал на стуле. Реджина прекрасно понимала, о чем он думает.
— Вы думаете, он мог…
— Нанять кого-нибудь, кто заложил бы взрывчатку на борт «Леди Офелии»? — закончила за него фразу Реджина.
— Да. Вы думаете, это возможно?
— Фредерик был мягким и добрым человеком, как и Монти, констебль, но если его довести до отчаяния, он становился жестоким, и он любил своего сына больше собственной жизни. Ему тоже очень нравилась Франческа. Он надеялся, что они с Монти поженятся. — Реджина грустно улыбнулась. — Фредерик ради сына отрезал бы себе правую руку, так что, хотя мне это и больно признавать, но я должна сказать «да». Он вполне мог сделать что-нибудь такое.
Монти в это время находился в гостиной, у гроба отца. Он слышал все, что говорила мать, и ее слова ножом впивались в его сердце.
— Я люблю тебя, папа, — прошептал он. — Я знаю, что в какой-то момент запутался, и очень об этом сожалею, но я не могу и не хочу, чтобы добрая память о тебе была осквернена.
Он повернулся и направился в библиотеку.
— Хватит, мама! — бросил он с порога. — Я не могу позволить тебе очернить доброе имя моего отца. Его тело лежит в соседней комнате, а ты обвиняешь его в том, что сделал я. Это неправильно.
— Монти, не глупи… — начала Реджина.
Констебль Уоткинс тоже встал.
— Что сделали вы? — обратился он к Монти. — Вы берете на себя ответственность за взрыв на борту «Леди Офелии»?
— Конечно нет. Он не знает, что говорит, — вспыхнула Реджина. — Ради всего святого, Монти, не делай этого. Ты этим ничего не добьешься.
— Можете предъявить мне обвинение в убийстве Нейла Мэйсона, — сказал Монти. — Я подложил полено со взрывчаткой в штабель дров, которые он погрузил на свой пароход.
— Я не могу обвинять вас в убийстве Нейла Мэйсона, мистер Рэдклифф, потому что он жив. Его не было на борту «Леди Офелии», когда прогремел взрыв.
Монти сделал удивленные глаза.
— Нейл не погиб?
— Нет, сэр.
У Монти от неожиданности подкосились колени, а Реджина с тяжелым вздохом опустилась в кресло.
— Тогда кто был на борту «Офелии»? — спросила она.
— Мы пока не знаем, миссис Рэдклифф. Но я советую вам обратиться к адвокату.
  
Глава 31
 
Было примерно около полудня, когда Франческа и Лиззи вышли из магазина тканей с охапкой пакетов. Джо хотел, чтобы Лиззи купила себе новые платья, и, кроме того, думал, что ей и дочери не помешает немного развлечься.
Когда они спускались по Главной улице, останавливаясь то тут, то там и глазея на витрины, внимание Франчески привлекли два человека, которые слезли с лошадей перед полицейским участком. Один из них был констебль, а другой, в наручниках, кого-то ей напоминал. Когда они подошли ближе, Франческа узнала Монти. На долю секунды их взгляды встретились, но этого хватило, чтобы Франческа увидела, каким подавленным он был.
— Тот человек в наручниках был Монти, — сказала Франческа Лиззи. Она была абсолютно сбита с толку. — Что он такого сделал, что его арестовали?
— Думаешь, это все как-то связано с тем, что произошло с «Офелией»? — спросила Лиззи.
— Конечно нет, — запротестовала Франческа. Сама эта идея казалась просто невероятной, и все же на душе было неспокойно. — Послушай, Лиззи, я должна выяснить, за что его арестовали. Пожалуйста, скажи папе, что мне нужно было отлучиться по делам, только не говори, по каким. Если Нейл проснется, скажи ему, что я скоро буду.
— А ты куда, Франческа?
— Я пойду в полицейский участок. Если там ничего не узнаю, съезжу в Дерби-Даунз поговорить с Реджиной. Я хочу лично выразить ей соболезнования в связи со смертью Фредерика и заодно узнать, за что арестовали Монти.
В полицейском участке Франческа толком ничего не узнала, потому что Монти как раз давал показания полицейскому магистрату, поэтому она прямиком отправилась в конюшню Рэдклиффов и спросила Генри, может ли она взять экипаж. Скоро она уже была на пути в Дерби-Даунз. Когда Франческа приехала, Реджина сидела на веранде и смотрела на реку. Она выглядела ужасно, но это было неудивительно.
 
— Мне очень жаль, что так случилось с Фредериком, — проговорила Франческа, поднимаясь по ступенькам.
— Спасибо, — взволнованно прошептала Реджина. — Я рада, что Нейл жив, — добавила она.
Франческа не ожидала, что Реджина в курсе дел.
— Откуда вы узнали?
Реджина пришла в замешательство.
— Мне рассказал констебль.
— Констебль?
— Да. — Реджина опустила глаза на руки, скрещенные на коленях. — Монти арестовали, — призналась она дрожащим голосом.
Ужасное подозрение закралось в сердце Франчески.
— За что?
Реджина посмотрела на нее так, словно не могла подобрать правильные слова. Франческа отметила, сколько боли было в ее глазах, и у нее защемило сердце. Она знала, что именно Реджина скажет ей, еще до того, как та открыла рот.
— Он признался, что заложил взрывчатку в дрова, которые Нейл погрузил на «Леди Офелию».
Несмотря на то что Франческа ожидала услышать именно эти слова, они все равно прозвучали как гром среди ясного неба.
— Я не верю, что Монти хотел убить Нейла, — прошептала она испуганно.
— Я абсолютно уверена, что он раскаивается в содеянном. Он так обрадовался, когда узнал, что Нейла не было на борту «Офелии», — заметила Реджина.
— Тогда в чем его обвиняют?
— Умышленная порча имущества и покушение на жизнь Нейла…
— Хотя он не убил Нейла, он убил другого человека, — спокойно возразила Франческа.
— Я знаю. Как только выяснится, кто стоял за штурвалом… — Реджина закрыла лицо носовым платком и зарыдала.
На обратном пути из Дерби-Даунз Франческа решила, что снова попытается встретиться с Монти. Она должна поговорить с ним, чтобы разобраться в своих чувствах. Когда она добралась до полицейского участка, ей сказали, что он в камере предварительного следствия на заднем дворе. Она умоляла, чтобы ей позволили увидеться с ним хотя бы на несколько минут, но констебль Уоткинс был непреклонен. Он опасался, как бы молодая женщина не попыталась отомстить Монти за то, что он намеревался убить ее мужа.
— Вы не вооружены, а, миссис Мэйсон?
Франческа опешила.
— Нет конечно. — Она сняла пальто и предложила ему обыскать ее сумочку, но он не стал этого делать. — Я просто хочу спросить у него, зачем он сделал то, что сделал, констебль, вот и все, — объяснила Франческа.
Констебль Уоткинс прекрасно ее понимал. На ее месте он чувствовал бы то же самое. Услышав шаги по мощеной дорожке, Монти поднял голову.
— Что ты тут делаешь? — спросил он. Франческа даже испугалась, с какой враждебностью он ее встретил, но, присмотревшись к нему внимательнее, она поняла, что он просто пытается не выдавать своего волнения. Он, очевидно, был смущен и испуган тем, что она пришла говорить с ним.
— Я только что приехала из Дерби-Даунз, где разговаривала с твоей мамой, и она сказала мне, что ты сознался в попытке убить Нейла, — сказала Франческа.
Монти уронил голову на грудь.
— Зачем, Монти? Как ты мог додуматься до такого отчаянного поступка?! — Молодая женщина была расстроена, что все так случилось. Если бы он знал правду, они бы любили друг друга, как брат и сестра.
— Мое единственное оправдание, Франческа, — это моя любовь к тебе. Я обезумел от ревности, когда ты вышла замуж за Нейла Мэйсона.
— Я ведь говорила тебе, что у нас нет будущего. Убийство Нейла ничего бы не изменило.
— Изменило бы.
— Нет, Монти.
— Я знаю, если бы ты дала мне шанс…
— Прекрати, Монти! Между нами ничего не может быть и никогда не будет. Никогда! Ничего из случившегося не произошло бы, если бы ты знал, кто я такая на самом деле.
— Кто ты такая? Что ты имеешь в виду, Франческа?
Франческа глубоко вздохнула.
— Я… я твоя сестра, — призналась она.