Река судьбы

— Он не может жениться… — Она осеклась и, схватившись за живот, согнулась пополам, а слова, прозвучавшие следом, были сказаны уже шепотом: — На своей дочери.
Через мгновение миссис Рэдклифф выбежала из каюты. Озадаченная Лиззи подумала, что она наверняка что-то не так услышала. Джо Каллаган был отцом Франчески?! Реджина Рэдклифф что, сошла с ума?
— Какая странная женщина! — произнесла Лиззи вслух. — Она даже не заплатила мне! — Лиззи уже давно поняла, что люди из высшего общества могли вести себя самым неожиданным образом. Она повернулась, чтобы задуть свечу, и тут ее внимание привлекло что-то поблескивающее на полу. Нагнувшись, чтобы поднять вещицу, женщина обнаружила, что это браслет. Она решила, что, должно быть, это браслет Реджины.
— Красивый! — сказала Лиззи вслух. Она надела его на запястье и покрутила рукой, с восхищением любуясь яркими камнями, которыми была отделана золотая оправа. — Наверняка у миссис Рэдклифф такого добра хватает. Она и не заметит пропажи одного маленького браслета, а он, конечно, лучше нескольких долларов. — Улыбнувшись, Лиззи засобиралась обратно в город.
Реджина нашла Сайласа в его кабинете в «Бридж-отеле». На секунду она задержалась в дверях, наблюдая, как он просматривает какие-то бумаги, и в крайнем недоумении покачала головой. У них была короткая и глупая связь, о которой Реджина потом жалела всю свою жизнь, а сейчас она не могла поверить, что такой омерзительный человек, как Сайлас, мог породить такую красавицу, как Франческа. Ей всегда казалось, что его дочь должна быть похожа на него, и в связи с этим ей легче было не думать о ней. Но Франческа так много переняла от нее…
Восемнадцать лет назад, когда Сайлас впервые появился в их городе, она нашла его очаровательным молодым человеком, но думая об этом миллионы мучительных раз, она приходила к выводу, что тогда ее привлекла в нем его энергетика и амбиции. Она чувствовала себя безнадежно одиноко, когда Фредерик месяцами не бывал дома, а Сайлас так пылко и настойчиво ее добивался, что Реджина поддалась на его уговоры. Тогда он ей казался решительно красивым мужчиной, но по истечении времени его амбиции перевоплотились в жестокость, а порочное естество вылезло наружу, превратив его в отвратительного типа, каким он был сегодня.
Почувствовав, что за ним следят, Сайлас оторвал глаза от бумаг. Обычно он получал удовольствие от встреч с Реджиной, намеренно не желая признавать тот факт, что с годами она стала ненавидеть его, и чем дальше, тем сильнее и сильнее.
— Добрый день, Реджина, — сказал он, но сегодня его голос не прозвучал так же тепло, как обычно. Он едва ли заметил, что она выглядит бледной и взволнованной.
Реджина была слишком поглощена своими мыслями, чтобы обращать внимание на его благодушный настрой.
— Я была в городе… и решила заглянуть к тебе. Надеюсь, Сайлас, ты не возражаешь?
— Конечно нет. Ты же знаешь, ты всегда здесь желанный гость. — Он не стал уточнять, что она заходила к нему только тогда, когда ей было что-то от него нужно, а так как она сама была очень изобретательной женщиной, это редко когда происходило. — Тебя что-нибудь беспокоит? У тебя какие-то проблемы в делах?
— Нет. Я лишь немного расстроена… На самом деле меня беспокоит Монти…
Внимательнее к ней присмотревшись, Сайлас подумал, что никогда не видел Реджину в таком ужасном состоянии. Он решил, что у нее, наверное, случилась какая-то беда.
— А что с Монти?
— Он встречается с девушкой — дочерью хозяина колесного парохода… — Реджина заметила, как сузились серые глаза Сайласа при одном только намеке на Франческу.
— Ты этим недовольна? — спросил Сайлас, надеясь на положительный ответ. Если Монти выйдет из игры, а он выйдет, раз Реджина не одобряла его выбора, то Сайласу намного легче будет добиваться ее.
— Конечно. Разве тебя бы обрадовало, если бы твой собственный отпрыск встречался с девушкой, которая ниже его по положению?
Сайлас ничего не ответил. Когда дело касалось женщин, смазливое личико, гордая осанка и привлекательная фигура затмевали вопрос происхождения и общественного статуса, но он не ожидал, что мать, переживающая из-за будущей невесты сына, придет спрашивать совета к нему.
 
— Дело не только в том, что эта Франческа… не пара Монти. У меня есть все основания полагать, что она замешана в интрижке с другим мужчиной, — сказала Реджина и внимательно посмотрела на Сайласа.
Он был явно огорошен. Реджина заметила, что он побелел как полотно, а на лбу проступили капельки пота.
— Собственно, именно поэтому я к тебе и пришла, — добавила Реджина. — Я хотела спросить, знаешь ли ты что-нибудь об этом человеке.
— Кто… он? — Сайлас едва сдерживался, чтобы от злости не закричать.
— Нейл Мэйсон. Кажется, он временно работает на борту «Мэрилу». Я с ним, конечно, лично не знакома, но говорят, что он ни одной юбки мимо себя не пропускает. Монти разговаривал с ним, и у него сложилось впечатление, что он влюблен во Франческу. Я велела ему не переживать, но она гостила у нас на прошлых выходных, и мне показалось, что она состоит в близких отношениях с этим мужчиной.
Сайлас от изумления открыл рот, и его пухлое лицо побагровело. Он не мог поверить, что Франческа могла признаться в таких интимных вещах.
— Что… она сказала?
— Она не столько сказала, сколько подразумевала. Нужно быть женщиной, чтобы понять. Я уверена, она играет с Монти, как с дурачком. Она, определенно, маленькая хитренькая авантюристка. Насколько я понимаю, Нейл Мэйсон вполне может быть с ней. Такая, как она, конечно, не пара человеку из высшего общества. К сожалению, Монти влюблен в нее без ума. Я признаю, эта девушка хорошенькая… в общепринятом смысле, но он достоин гораздо лучшего. Если Монти будет продолжать за ней ухаживать, он испортит себе репутацию и скоро над ним за его спиной будет смеяться весь город. Какое уважение можно испытывать к человеку, которым помыкает смазливая мордашка, а тем более с подмоченной репутацией? Уверена, Сайлас, ты со мной согласен. Может, ты смог бы поговорить с моим сыном и вразумить его?
Сайлас потерял дар речи. Он не имел ни малейшего представления о том, что Нейл Мэйсон интересуется Франческой, и сейчас ругал себя на чем свет стоит. Что же касается близких отношений с Нейлом, то тут Реджина перегнула палку. В этом он был уверен.
— Джо Каллаган никогда бы не позволил Нейлу Мэйсону скомпрометировать свою дочь… да еще прямо у него под носом.
Реджина не могла не согласиться. Джо Каллаган действительно человек с характером, и она была уверена, что он охранял честь Франчески, но также знала, что при большом желании любовники всегда найдут возможность встречаться.
— Когда мужчина хочет женщину, он может быть очень находчивым, — сказала она.
Как только Реджина произнесла эти слова, она поняла, что напомнила Сайласу, насколько отчаянным он был сам восемнадцать лет назад, и залилась румянцем. Сайлас и правда вспомнил, каким был настойчивым и изобретательным, когда добивался ее расположения, и решил, что чем быстрее договорится с Джо о женитьбе на Франческе, тем лучше. Это означало, что он собирался загнать Каллагана в угол.
— Я… поговорю с Монти, — рассеянно пообещал Сайлас, желая только одного — чтобы Реджина ушла.
Реджина же почувствовала моральное удовлетворение оттого, что достигла поставленной цели.
— Спасибо, Сайлас. Монти послушается тебя, ведь он тебя уважает. — В последнем она не была уверена, но знала, что Сайлас Хепберн был очень тщеславным человеком, поэтому лишний раз потешить его самолюбие могло ей быть только на руку.
Уже подойдя к двери, Реджина снова обернулась. Как ей хотелось закричать ему: «Это твоя дочь!» Но чувство самосохранения одержало над ней верх.
Сайлас сидел за столом, опершись локтями о стол и придерживая голову руками. Реджина догадывалась, о чем тот сейчас думал. Она надеялась, что он поговорит с Монти да и сам изменит свое отношение к Франческе, и они оба прекратят добиваться ее расположения.