Тяжелое сердцебиение (ЛП)

Толпа взрывается в коллективном смехе, как только становится ясно, что командир корабля превращает формальное объявление в шутку. Особенно когда все пассажиры, сидящие слева, начинают вытягивать шею, чтобы взглянуть на правую сторону.
— Добро пожаловать во Франкфурт! Я рад, что вы выбрали авиакомпанию «Воздушный Берлин», и мы будем рады снова видеть вас на борту, — заканчивает очаровательный шутник в тот момент, когда шасси касаются взлетной полосы. — На данный момент температура наружного воздуха восемь с половиной градусов по Цельсию при относительной влажности примерно пятьдесят девять процентов. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, пока самолет полностью не остановится, и мы сможем опустить ваш багаж. Я желаю вам чудесного вечера накануне Дня Святого Валентина.
Я ни в коем случае не хочу вспоминать о настоящей причине своего плохого настроения, но должна отдать должное Купидону, который, похоже, заранее поражает наших пилотов прямо в сердце. В конце концов, таким образом он обеспечивает хорошее настроение и вызывает улыбку на лицах многих людей. Так здорово видеть предвкушение завтрашнего дня и преобладание влюбленного настроения!
Кроме того, из-за такого большого количества магии в воздухе, я по-прежнему предаюсь своей тайной надежде. Что Скай заберет меня. Это было бы так романтично и прекрасно, но в то же время и абсолютно скептично.
Пока другие ищут свой багаж, я проверяю прическу в зеркальном экране своего смартфона, используя пальцы как расческу, и отправляю в Фейсбук сообщение «Я здесь!» сразу, как только нахожу сеть.
В окружающей меня суете начинаю собираться, запихиваю свои вещи в сумку, неловко беру куртку в руки и проталкиваюсь даже немного раньше других. Все двигается слишком медленно для меня.
Самые внимательные пассажиры замечают нашего пилота, крепко обнимающего черноволосую красотку. Отличный способ, кстати, чтобы закрыться от холодного ветра.
Я стала свидетелем того, как все больше людей достают коробки в форме сердец в красной оберточной бумаге из своих сумок и вооруженные этим начинают штурмовать холл.
Это так мило, что я удивлена, как мой мозг при виде этой картины не зацикливается на мелодии «Любовь в воздухе». В ситуации, как эта, музыкальное сопровождение в моей голове заставляет меня глупо улыбаться, как сейчас. Я бы ни за какие деньги мира не хотела бы отказаться от того, что служит моим развлечением почти все время.
Я забираю последнюю сумку, отправляю смс маме и на нетвердых ногах иду ближе к выходу, мое сердцебиение прерывается. Среди толпы я ищу белокурого мальчика, но не вижу никого, на ком мог бы остановиться мой взгляд.
Находясь на грани отчаяния, я замечаю, что кто-то стучит по моему плечу. Застываю как статуя, несколько раз глубоко вдыхаю, чтобы отделаться от этого чувства, и медленно разворачиваюсь.
Во-первых, я поднимаю свое лицо и слышу, как «Вау!» вылетает из моих губ. Одновременно с этим я краснею и понимаю, что уронила свою сумку.
В первое мгновение я вижу только одно: зеленый! Яркие, живые и бесподобно насыщенные зеленые глаза. Сразу после этого черный. Доминирующие, акцентирующие внимание, чувственно подчеркнутые черные волосы.
«Вау!» — это слово будет еще не раз произноситься.
Парень настолько яркий, с красивым и выразительным лицом, что навсегда увековечен в сетчатке моих глаз.
У него большие глаза, черные ресницы и шелковистые черные волосы, кроме того, впечатляющий рост. А еще он очень стильно одет. Его образ состоит из более темных тонов, где присутствует чувственность и неповторимость, причем даже здесь есть акцент в виде зеленого кулона, который висит на кожаном шнурке у него на груди.
Он воплощает в себе каждого темного героя романа, которого я себе когда-либо представляю.
Вот он: непревзойденный Стефан или Деймон Сальваторе. Тело Джейкоба Блэка. Неотразимо опасный символ Лестата из фильма «Король проклятых», небесный архангел Гавриил и современный Робин Гуд. Сумасшедшая, но не совсем идеальная смесь, которая от этого становится еще более захватывающей…
 
В это время он тоже рассматривает меня. Пока непонятно, нравится ему то, что он видит перед собой или нет, но уголок его губ приподнимается вверх. Я бы не стала называть это улыбкой, скорее дерзкая беззаботность. Тем не менее, считаю это потрясающим.
Молчание между нами затягивается, и я чувствую, что должна что-то сказать. Жаль только, что мой разум не способен выдать нечто остроумное. Это является причиной моей глупой фразы «Кто ты?» и последующего анализа его появления. Для того, чтобы быть Давидом, этот мальчик должен быть немного старше. Для обычного прохожего, который ошибся, он слишком долго стоит передо мной. Мне остается только одно — предположить, что передо мной Скай. Однако… его волосы темные, взгляд слишком опасный, он высокий, и его торс не такой крепкий, как я представляю себе.
Теперь я стою здесь и борюсь с желанием сделать шаг ближе и исследовать его элегантно растрепанные кудри в стиле эмо. Все только потому, что Скай имеет исключительно горячую внешность ангела, но этот парень совсем не ангел. Скорее очень горячий демон.
Кивок головой отвечает на мой немой вопрос, Скай ли он, и одновременно разрушает его неподвижность.
— Меня зовут Люк! — я слышу его тихие слова и попадаю под очарование этого голоса.
Слышала я когда-нибудь что-то более мелодичное из уст людей?
Нет!
Такое я бы запомнила.
— Люк? — повторяю я.
— Ты глуховата или что? — спрашивает он и качает головой, чтобы убрать волосы, упавшие на лоб. С этими словами исчезает даже намек на улыбку. То, что остается, напоминает мне смесь отчаяния и разочарования, которым, я, конечно, не могу найти никакого объяснения.
— Напротив, — отвечаю я. — Я только…
— … ждала кого-то другого? — заканчивает он, делая акцент на слове другого.
— Теперь ты должна будешь довольствоваться мной! У Давида есть дела поважнее.
— Эмм…
— Эмм?
— А ты…
— … Раздражен от такого количества проницательности!
«Ох, Райс. Что ты сейчас делаешь?»
— Можем ли мы отправиться, пожалуйста? Хотя, без пожалуйста. Можем ехать?
Его раздраженный тон не ускользает от меня. К моему горлу подкатывает комок, в первый раз в своей жизни я нахожусь в таком замешательстве, что просто киваю и иду за ним.
Снаружи меня и мои три сумки, две из которых лежат на тележке, ожидает несколько тротуаров и много раздраженных путешественников, которые оказываются нетерпеливыми.
Люк даже не оборачивается, чтобы посмотреть на меня. Мне даже кажется, что он шепотом произносит ругательства.
Большая тележка грохается напротив моей голени, потому что я ее наполовину поворачиваю, а потом начинаю тащить, заставив меня с шипением присесть на корточки.
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо! — ругаюсь я тихо и прикусываю губу.
— Ах, так ты еще и неуклюжая! — пренебрежительно замечает Люк, подхватывая меня под руку и беря чемодан, как только я встаю на ноги.
Это все происходит так быстро, что я не могу определить, должен ли быть его жест так же противен, как и тон.
Так запутанно! Потому что я, как правило, не неуклюжая. Больше всего мне хочется крикнуть ему вслед, что он ни в коем случае не может позволить себе отмахиваться от моего маленького телосложения. Я тоже могу по-другому!
— Подожди, пожалуйста! — умоляю я и ловлю себя на мысли, что думаю так же быстро, как и бегу. — Мой вопрос ранее не подразумевает твое имя. То, что ты Люк, я уже поняла, и это попало в нужное место, — говорю я, касаясь пальцами своего лба. — Я бы хотела знать, кто ты, и почему именно ты меня забираешь. Также мне очень интересно, почему мы так спешим, и куда ты хочешь меня отвезти?
— Похоже, твои языковые навыки заработали? — спрашивает он с энтузиазмом и улыбается. Я совершаю роковую ошибку, смотря на его губы слишком долго, отчего снова впадаю в транс.
Улыбка Люка просто феноменальна! Особенно после того, как он улыбается все шире и шире. Это сигнализирует мне о том, что его забавляет влияние на меня. Но это не так. Наоборот, я готова рассказать какой-нибудь глупый анекдот, только чтобы услышать его смех.