Тяжелое сердцебиение (ЛП)

Один взгляд на её окно с опущенными жалюзи приносит ясность, что парень, в отличие от меня, профи в части соблазнения. Причина в том, что я не хочу просто затащить женщину в кровать.
Как и всегда, но это полное дерьмо!
Рок! Мне нужен рок! Причем по полной программе.
Вероятно, я должен просто уйти?
Сегодня наконец-то назревает лучшая вечеринка года, и я как всегда приглашен!
Мой телефон крутится в такт музыке между указательным и большим пальцами, в то время как я стою у окна и взвешиваю преимущества гулянки. Однако, когда он вибрирует в моей руке, и я читаю сообщение, что все в «Clique am Main» (прим.: клуб во Франкфурте) и празднуют там, мне не остается ничего другого, как принять это за знак судьбы.
Быстро набираю ответ, небрежно бросаю телефон на кровать, где уже целые залежи одежды. И сразу же отправляюсь в душ.
Тупая ошибка! Очень тупая ошибка!
Душ как приглашение, чтобы погрузиться в мысли, которые сейчас крутятся на полном ходу! Я буквально ненавижу тот момент, в который решил стать умным парнем. Потому что тупым парням значительно легче управлять чувствами и просто следовать своим инстинктам. И поэтому поводу можно сказать только одно — хитрость от них не защищает!
«Убирайся из моей души, Прайс!» — прошу я. — «Просто исчезни!»
Тем не менее, она здесь! Как никогда теплая и сладкая.
Смогу ли я когда-нибудь забыть вкус её губ? И почему на вкус она другая? Это просто ещё одна девчонка.
Нет! Моё быстро бьющееся сердце и чувство необходимости сделать её абсолютно счастливой доказывают, что это утверждение является ложью. Она никогда не была просто девчонкой. Не для меня. Её образ мыслей уникален, отношение к жизни достойно подражания, а упорство, с которым она идёт к своим целям, беспримерно. В довершении всего она маленький, невинный, русый ангел, с небольшим чувственным ртом для поцелуев, сладким курносым носиком и небесно-голубыми глазами, которые напоминают мне о весеннем утре.
Почему она не оказалась другой, не такой, как я её представлял?
И почему даже сейчас я думаю о ней?
«Просто не делай этого!» — предлагаю я себе и смотрюсь в зеркало. В ответ на меня смотрит незнакомец. Тот, кто слишком мало спит, слишком много размышляет и который уже зарос щетиной от любовной тоски.
— Я понятия не имею, кто ты, чувак! — говорю я ему. — Но сейчас тебе пора побриться.
***
Все вечеринки однообразны, даже в выборе музыки, поэтому сегодняшняя уже бесит меня. А я пришел сюда всего час назад.
Дерьмо случается, сказал бы я! И Скай очевидно заслуживает многого.
Нее… Я не позволю себе испортить этот день. Немного пива мне не повредит, к тому же оно наверняка в нескольких шагах!
— Эй, где здесь можно раздобыть пива? — спрашиваю я одного мимо проходящего и уже шатающегося посетителя вечеринки.
Его дрожащий палец описывает круг, я благодарю его за приблизительное направление и иду в обратном. Я знаю, что у нас во Франкфурте, не важно пьян ты или нет, считают, что чужие всегда показывают противоположное правильному направление.
На самом деле, я присоединяюсь к нескольким девушкам, которые организовали небольшой временный стенд со словами «я возьму столько, сколько могу получить», и передо мной ставят три бутылки. Вместе с двумя приклеенными улыбками, конечно же. Да, да! Моё влияние на женский род действительно удивительно! И чем я отвратительнее, тем милее они будут. С одним исключением, о котором я вообще не хочу сейчас думать.
Что может быть лучше, чем одинокая пьяная вечеринка недалеко от Майна? (прим.: река) Правильно! Одинокая пьяная вечеринка над Майном! Итак, поехали. Самый красивый мост города ждет меня.
Я приезжаю сюда и понимаю, что не единственный, у кого возникает такая идея. Повсюду парочки. Одни целуются, другие гуляют, взявшись за руки, но я замечаю одинокую девушку, видимо её партнер сгинул в реке. По крайней мере, она производит такое впечатление, потому что как завороженная смотрит вниз.
 
Интересно и достойно наблюдения, поэтому я встаю рядом с ней и опираюсь на перила.
Мой мозг говорит, что я должен смотреть в сторону, но инстинктивная контролирующая часть замечает, что у неё не только хорошо сложенная фигура, не костлявая и не пухлая, а скорее мягко изогнутая, такой же цвет волос, как у моей обожаемой и недостижимой Прайс, а также действительно аппетитная попка.
Возникает вопрос: чего мужчина хочет больше?
Ответ мозга: Прайс.
Ответ инстинктов: Ничего!
Ну, хорошо, тогда поехали. Скай уже несколько месяцев не приводит девушек домой.
В ход идет первая бутылка, затем быстро открываются две другие, а я пододвигаюсь к даме вечера и хлопаю её по плечу. Но она не сдвигается с места. Я слышу только хныканье.
Плач или икота?
— Ты помогла своему другу перебраться через перила, или ищешь там что-то другое?
— Свою гордость! — отвечает она, не оборачиваясь. И то, как она говорит, заставляет меня слегка опьянеть.
«Ух! Легкая игра для меня!»
— Хэй, сладкая. Всё в порядке? — спрашиваю я более дружелюбным тоном и пытаюсь развернуть её к себе.
— Ничего не в… в порядке, — мямлит она. — Вс…сё дерьмово!
И вот он — тот момент, когда я могу оставить попытки её развернуть, потому что в моей голове раздаётся чертовски заразное «Та-да-да». Я знаю этот голос, а также эту попку. Тем не менее, хватаю её за плечи и разворачиваю девушку ко мне. Зрелище заставляет мою кровь стынуть в жилах.
Моя девочка, моя милая малышка Прайс со слезами на глазах!
Дерьмо!
При этом она меня не видит. По крайней мере в её глазах нет никакого узнавания.
— Что ты делаешь здесь одна?
— Я тут… стою и…
— Ты что, напилась? — угадываю я, после чего она округляет губы, прищуривает глаза и пальцами показывает примерно сантиметр.
Понятно! Видимо, это был сантиметр из ванны, при таком лепетании.
Или…
— Ты сегодня вообще спала или ела?
Снова получаю тот же ответ, и, даже если я считаю этот жест очень милым, от него появляется тупая боль в животе, потому что Прайс, очевидно, не в своём уме. Я не нахожу ни одной причины, по которой она должна была так надраться, кроме…
Ох!
Нет!
Нет, нет, нет! Пожалуйста, нет.
— Скажи мне, что ты не собиралась этого делать! — требую я и немного её встряхиваю. — Прайс!?
Она частично приходит в сознание, как только я упоминаю её имя. Девушка вытирает слёзы с глаз и подвергает меня скептичному осмотру.
— Что ты здесь делаешь?
Посмотрите на это. Она в течение одной секунды приходит в себя и начинает командовать. Маленькая зараза! Моя маленькая зараза!
— То же самое могу спросить у тебя.
— Про… прогуливаюсь! — объясняет она, расправляет на груди куртку и в знак неповиновения задирает подбородок.
— Прогуливаешься? — спрашиваю я.
Её подбородок дрожит, глаза снова наполняются слезами, и нет сомнений в том, что я лично отправлю Серджу через перила, если она этого ещё не сделала. Это ни в коем случае не нормально, что Прайс произносит такие признания, как «день ббыл… дерьмовым!», и отворачивается от меня.
Хоть я и не хочу, но медленно начинаю злиться. Однако мой гнев распространяется не только на Серджу! Она так же в этом виновата. И потому, что я устаю смотреть на это молча, то решаюсь, наконец, высказать ей своё мнение.
— Ты знаешь, что меня очень интересует? — Прайс пожимает плечами, не поворачиваясь ко мне. — Почему ты стала такой уставшей от жизни. Путаешься с придурками, о которых я тебя предупреждал, выкидываешь всю логику за борт и рискуешь головой, чтобы погулять по ночному Франкфурту, меняешь свой стиль одежды от прилежного до… — я делаю описательное движение на её «узкие-джинсы-откровенное-декольте» комбинацию, которое она отмечает косым взглядом и комментирует покачиванием головы. — рок-красавицы, и напиваешься, только чтобы в одиночку отсиживаться на мосту. Что с тобой происходит, Прайс? Ты в последнее время немного устала от жизни?