Тяжелое сердцебиение (ЛП)
«Можешь»
«А ты, видимо, мой сказочный принц?»
«Я думаю, что на этот раз ты та, кто путает сказку…»
«Каждая сказка прекрасна!»
«Не обязательно… но хорошо, оставим эту тему. Так ты согласна?»
«На встречу? Безусловно, держу пари»
«Не, я против споров»
«Умный мальчик!»
«Ты, наверное, имеешь в виду мужчину?»
«Сорри, я иногда забываю, что ты у нас старый дурак»
«Ауч! Это было больно»
«Сорри, золотце! Я не хотела делать тебе больно»
«Эй! Если ты после этого будешь обращаться ко мне с ласкательным прозвищем, как сейчас, то я разрешаю тебе делать это гораздо чаще»
«Ты тоже можешь, сладкий!»
«Юуху! Это прямой путь к сердцу…»
«Тем не менее, я желаю тебе спокойной ночи, таинственный Скай»
«Спокойной ночи, моя маленькая Капрайс! ХХОО»
«ООХХ»
Глава 8
Ясный взгляд
Насколько запутанными могут быть мечты, когда твоя жизнь напоминает сплошное приключение? Я вообще больше не понимаю, что происходит с моими мужчинами, и просто рада, что выходные наконец-то закончились, и я могу снова взяться за учебу. Только уроки являются единственными часами, в течение которых я не думаю о Скае, Люке и Серджу.
Тем не менее я знаю, что срочно должна разобраться в своих чувствах и даже использовать для этого схемы. С их помощью я всегда могу проводить мозговой штурм. Но даже они не помогают. Каждый раз, как только мой взгляд падает на последовательность имен и фрагментов, я в высшей степени недовольна.
То, что эти трое парней принадлежат одной группе, бесспорно, и в настоящее время мною четко определены связующие точки: школа, возраст, рост и я.
Чисто интуитивно я чувствую потребность занести данные о том, где парни живут. Причем быстрее всего я в этом продвинусь с Серджу.
С ним у меня такое хорошее взаимопонимание, что сейчас, всего несколько дней спустя, наша дружба уже выходит за пределы школы.
Например, сегодня он пригласил меня к себе.
Сейчас мы находимся на пути к машине Серджу — маленькому «Пежо», и я неизбежно улыбаюсь, потому что она такая крохотная в сравнении со своим владельцем, и вдруг замечаю Люка.
Он взглядом метает молнии, но это для меня не впервые, поэтому я остаюсь относительно спокойной. В отличие от Серджу, который хочет встать между нами и, несмотря на мой жест, который должен означать, что у меня всё под контролем, остаётся напряженным.
— Что это? — спрашивает Люк, как только я поднимаю к нему лицо.
— Что именно? — спрашиваю я недоуменно, только сейчас заметив, что Люк крепко держит мои руки.
— Это! — он кивает в сторону Серджу.
— Я не знала, что это тебя касается, — отвечаю я и хочу освободиться, но Люк усиливает хватку и буквально притягивает меня к себе.
— Ты идешь со мной…
— О, правда? — кричу я на него. — С каких это пор?
— С того дня, как Давид просил меня приглядывать за тобой!
— Так, так… И это, видимо, причина твоих постоянных саркастических выпадов? Особенный вид доброты а-ля Люка Дюма?
Его взгляд становится нежнее, линия губ мягче, и его голос приглушен, когда он начинает заикаться.
— Я… нет… изви…
— Избавь меня от этого, Люк, — говорю я утомленно. — Всё равно ты не сможешь ранить меня сильнее…
Последующие движения Люка неожиданны и в первую очередь бросают меня в дрожь, потому что он берет моё лицо в свои ладони и большими пальцами ласкает щёки. Поскольку он, всё ещё используя свой настойчивый взгляд, смотрит мне прямо в душу, я окончательно теряюсь и предоставляю ему возможность влиять на мою выдержку. У меня нет другого выбора, кроме как продолжать стоять там и тонуть в этом зеленом море.
— Я клянусь… — шепчет Люк. — Что никогда больше не буду снова оскорблять тебя, только не уезжай сейчас с…
— Что? — спрашиваю я, моргая и пытаясь вытеснить тепло от его рук на моих щеках. Я должна сказать, что сделать это не так-то просто. Уж точно не тогда, когда его взгляд вызывает такой же жар, как и его пальцы.
— Останься, — умоляет он тихо. И я очень хочу ему поверить, но фоном слышу чей-то смех, и это напоминает мне о всех подростковых фильмах…
Как часто я видела, что капитан футбольной команды именно таким образом издевается над девушкой-аутсайдером?
Часто…
Слишком часто, чтобы попасться!
— Я думаю, что тебе это нужно не больше, чем другим! — произношу я, качая головой, вырываюсь и сажусь в машину, где меня уже ждет Серджу.
На моем лице, а также лицах Серджу, всех зевак и, наконец, самого Люка появляется одинаковое выражение, которое можно описать одним словом: растерянность.
Невероятно, что Люк прикасается ко мне перед всеми этими людьми.
В высшей степени удивительно то, что он просит меня остаться.
И в конце концов я ошеломлена тем, что на самом деле сбегаю.
Картина, как Люк стоит и смотрит в землю, выжжена у меня на сетчатке. В то же время его нежные прикосновения и проникновенный взгляд увековечены в моём сердце.
Чисто интуитивно я знаю, что это не трюк, с помощью которого он водит меня за нос. Также мне известно, что моя реакция немного выходит за рамки. Соответственно, нет никаких сомнений в том, что рано или поздно я пожалею о том, что ушла.
— Что это было? — голос Серджу прерывает тишину и мои запутанные мысли.
— Очевидно, Давид, вопреки моей просьбе не делать этого, поговорил с ним… — говорю я и пожимаю плечами.
— Я должен это понять?
— Не совсем… — замечаю я. — Даже я этого не могу…
***Маленькая империя Серджу состоит из студенческой комнаты, в которой, помимо кровати и письменного стола, находятся книги и постеры старых фильмов. И меня совершено не удивляет то, что подавляющая часть его творческой коллекции представляет собой классику. Я принимаю его таким, какой он есть.
Мы, креативные личности, все немного не от мира сего.
— Что на самом деле произошло между тобой и Люком? — спрашивает Серджу и протягивает мне бутылку холодного чая, после чего садится рядом со мной.
— Ничего…
— Да ладно! Я близорукий, но не слепой.
— Ты близорукий? — я пытаюсь его отвлечь, но безуспешно, скорее всего из-за отсутствия должных манёвров отвлечения.
«Ну что же… Тогда попробую провернуть номер с напускной небрежностью…»
— Что должно между нами происходить? Я его совсем не знаю.
— Ты и меня не знаешь, что, как видишь, не мешает нам дружить, — возражает Серджу, улыбаясь.
Я спрашиваю себя, должна ли сообщить ему, что измеряю его другими критериями, потому что мы хорошо знакомы, но в то же время присматриваюсь к нему.
Причем восхищение встречается чаще всего.
У Серджу уникальный стиль, и он вызывает совершенно другие чувства во мне, чем Люк. Он «маечка-и-непутёвая-длинная-рубашка-к-джинсам» — солнечный мальчик, а Люк скорее — «черная-футболка-кожаная-куртка-и-кожаный-браслет» — князь вампиров. Отпадный образ солнечного мальчика завершает открытая улыбка, в то время как другой с помощью одного взгляда может заглянуть в глубины души.
«Нет! Перестань думать об этом странном парне…» — приказываю я себе.
Вообще я должна быть более осторожна в том, о чём говорю и думаю… Одного неверного шага может быть достаточно, чтобы положить конец вновь обретенной расслабленности Серджу. Он наслаждается пребыванием в своих четырёх стенах, и я хочу сделать то же самое.
— Там внутри твоя мелодичная возлюбленная? — спрашиваю я озорно и указываю на коричневый кривоватый и изогнутый чехол.
Серджу следует за моим взглядом и кивает.
— Это она…
— Ты мне сыграешь?
— Я не знаю, понравится ли тебе… Ты должна знать, что моя музыка собственного сочинения.