Оборотни Трансильвании. Я не вампир, я котик! (СИ)
Поэтому лучше старательно утешаться мыслью, что если этот Адриан и питается чем-то помимо нормальной человеческой еды, то пусть это будет солнце или там луна. В конце концов может же и оборотень существовать на солнечных батареях…
________________________________________
* Мититеи — небольшие мясные колбаски. Традиционное блюдо румынской и молдавской кухни.
** Мамалыга — особенным способом приготовленная каша из кукурузной крупы или муки. До 17 века готовилась из проса. Традиционное блюдо Румынии, Молдовы. Чаще всего она плотная и режется на куски, но возможны вариации, так что вы вполне можете встретить более жидкую версию. Мамалыга даже может быть ингредиентом для других блюд, к примеру, сармале.
Глава 4, в которой Иляна путается в показаниях и грезит о поездах
Какао оказалось неожиданно вкусным, учитывая, что его приготовило существо, питающееся исключительно кровью. Я медленно цедила напиток, размышляя о произошедшем. Значит, настоящие оборотни и вампиры. Ну, допустим, у нас на кафедре и не такие тва… твари божьи встречаются. Привычные такие существа. Доцент Лэутару, к примеру, тот еще кровопийца, но ведь это привычное зло! Практически родное! А тут чудовища из жутких сказок. Небезынтересное развитие событий, но думать об этом всерьез прямо сейчас я не готова. Даже если мне живого балаура* покажут и скажут, что я могу его для диссертации использовать, все равно откажусь.
Чашка постепенно пустела, а я все сильнее хотела домой. Пульсирующая головная боль утихала, но взамен появилось желание забиться в уголок, немного поплакать, а потом уснуть и на следующий день обнаружить, что всего этого не было. Как-то чересчур подобные приключения для меня. Я уже мысленно рисовала, как покидаю дом этого Адрианчика и выхожу на прохладную ноябрьскую улицу. Шагаю по мокрому асфальту, в котором отражается свет уличных фонарей, в сторону вокзала.
— Один билет на Клуж-Напока, пожалуйста, — скажу я усталой, но добродушной доамне в окошке.
Она спросит, есть ли у меня студенческая скидка, и я послушно покажу ей удостоверение, гласящее, что я являюсь гордой студенткой университета Бабеша-Бойяи. Получив билет, я устроюсь на вокзальной скамейке, где буду ждать прибытия моего поезда на платформу. Наконец, засвистит гудок и…
— Иляна? — осторожно, но настойчиво трясла меня сильная мужская рука. — Иляна, ты в порядке?
— А? — очнулась от грез я и обнаружила, что все еще нахожусь на диване в квартире оборотня, который смотрит на меня встревоженными пронзительными глазами. Диван, конечно, симпатичный и очень удобный, но все же: — Кажется, мне пора. Дела не ждут, сами понимаете. Столько хлопот, столько забот. Возможно, вы, сверхъестественные существа, можете целыми днями тереть мяту**, но мы, простые смертные должны столько всего переделать. Спасибо за какао, очень вкусно было. Вы прекрасно готовите какао. Спасибо за гостеприимство, — и, привстав с дивана, я осторожно попятилась к двери. Хотелось домой и цитрамона. Причем не обязательно в таком порядке. Голова все же болела, но не резкой, а тупой ноющей болью, такой, к которой привыкаешь и забываешь, насколько хорошо жилось прежде, когда ничего не болело.
— Куда же ты так торопишься, piu? — спросил старик с таким печальным видом, словно мой уход буквально разрывал ему сердце. — Обожди немного, я тебя провожу. Не следует такой молодой девушке ночами одной ходить. Всякое можно повстречать.
Ага. Я уже повстречала. Спасибо большое.
— Иляна, я предлагаю тебе остаться на ночь в комнате для гостей, а утром мы поговорим обо всем, что ты видела и о том, чего тебе не следовало видеть, после чего, я лично провожу тебя на вокзал и куплю тебе билет до… куда тебе там нужно? — гладкая речь Адриана закончилась столь же гладким вопросом, и я почти ответила, но вовремя заставила себя прикусить язык.
— Пьятра-Нямц, — ляпнула я наугад, понимая, что оставлять вопрос без ответа будет подозрительнее, чем просто солгать. Сказала и практически сразу сообразила, что направление выбрала не самое лучшее, поскольку Пьятра-Нями в противоположной стороне от той, откуда я прибыла.
— Ты же из Клужа приехала, — удивился Клодиу и добродушно погрозил пальцем, словно я была соседской девчонкой, сказавшей, что не знает, куда делась курица. — Мы ведь на одном поезде ехали.
— Ну, да… — попыталась выкрутиться я. Получалось не очень хорошо, видимо, столкновения с машинами — пусть даже от худшей части меня избавил мой нечистый спаситель — плохо влияют на когнитивные способности. — Приехала оттуда, но живу я в другой стороне, вот и поеду домой, потому что.. потому что там мой дом.
— Так, кажется, у тебя уже язык начинает заплетаться. Пойдем спать. Сейчас спать, а утром все остальное, — осторожно подхватив меня под локоть, Адриан повел меня по коридору. — Завтра, все завтра, — ласковым голосом, каким обычно говорят с детьми и животными, увещевал меня он. — Утром проснешься, позавтракаешь, побеседуем немножко, а потом отправим тебя домой. Живой и здоровой, на этот счёт можешь не переживать. Сегодня ты явно не в состоянии путешествовать, но, уверяю тебя, я позабочусь, чтобы ты добралась домой в полном порядке, Иляна. Тем более, что поезда сегодня уже не ходят, а на машине будешь добираться целую вечность, не хватало еще, чтобы твою несчастную голову растрясло еще сильнее. Вон ты уже жмуришься и щуришься.
Сопротивляться я не могла да и не хотела. Несмотря на все мои опасения, никакой реальной угрозы ни от Адриана, ни от Клодиу я не чувствовала. А выходить сейчас на темные улицы чужого города и искать отель — потому что поезда в такое время действительно не ходят — мне хотелось меньше всего на свете. С моей сегодняшней удачей я еще и заблужусь, попав в какие-нибудь неприятности. Нет уж, пусть лучше все неприятности мира меня подождут. Завтра я буду готова сражаться с любыми трудностями и принимать любые вызовы, брошенные жизнью, но сегодня… Сегодня я чертовски устала. Адриан прав, я действительно щурилась от яркого света, причинявшего боль, и жаждала оказаться в темной тихой спальне, скользнуть между прохладных простыней и уткнуться лицом в подушку, отгородившись от всего мира.
Не став даже рассматривать интерьер комнаты, в которой оказалась, я пробормотала что-то на прощание Адриану, закрыла дверь, не забыв запереть ее на ключ, хотя понимала, что от оборотня это меня едва ли спасет, разделась, побросав одежду на пол, и плюхнулась в кровать, мечтая проспать минимум пару-тройку столетий.
Проснулась я от звука разбитого стекла. Приподнялась на локтях, щурясь спросонья и пытаясь оглядеть комнату в неверном предрассветном свете, чтобы вычислить источник звука. Не успела. Комнату заволокло густым дымом.
__________________________________________
* Балаур — румынское мифологическое существо. Многоголовый крылатый змей с лапами. В сказках его часто побеждает герой Фэт-Фрумос. В некоторых сказках от балаура Фэт-Фрумос спасает свою возлюбленную Иляну Косынзяну. Случайно ли мы назвали свою героиню Иляной? Как знать, дорогие читатели, как знать.
** Тереть мяту — румынская идиома, означающая терять время или бездельничать, притворяясь, что делаете какую-то работу.
Глава 5, в которой Иляна все время откуда-то падает
События предыдущего вечера промелькнули в голове яркой вспышкой, и я осознала, где нахожусь и как здесь оказалась. Единственное, чего я не знала, но что было невыразимо важным в текущей ситуации, это местоположение двери. Большая комната моментально наполнилась едким дымом, я, путаясь в простынях, поспешно скатилась с высокой кровати и больно ударилась о твердый пол, который оказался как-то удручающе далеко.
Удар вышиб из меня дух, смешная косточка прострелила всю руку тем противным шоковым ощущением, которое заставляет на пару мгновений пожалеть о том, что у тебя в принципе есть локти и кости.
Я лежала на полу, нелепо взмахивая ногами и руками, как пришпиленная булавкой лягушка, трепыхающаяся в попытке хоть что-то изменить, но осознающая, что конец близко. Интересно, а осознают ли это лягушки?