Когда она искушает (ЛП)

Нет, мне нечего ей предложить, кроме мести.
Появляется вилла, по периметру которой плотным кольцом стоит охрана. За несколько минут до этого я отправил Расу смс-сообщение о том, что почти приехал, и вот уже правая рука Де Росси стоит у открытых ворот и машет мне рукой.
Я заезжаю на подъездную дорожку, выключаю зажигание и вылезаю из машины.
Рас подходит, и когда он оказывается достаточно близко, я бросаю ему пакет с драгоценностями. Он ловит его, взвешивает в руке и ухмыляется. — Ты пришел с подарками.
  
— Где она?
— Внутри. — Он хлопает меня по спине. — Знаешь, судя по твоей репутации, я ожидал чего-то лучшего, чем это.
— Мартина жива, не так ли? Я выполнил свою часть сделки.
Он смеется. — Да, да. Ну, я не уверен, что Дамиано воспримет это именно так, но ты можешь смело приводить свои доводы.
Я сжимаю челюсть. — Как она?
Улыбка Раса тает, а взгляд становится задумчивым. — Она в шоке, но с ней все в порядке. Она расстроилась, когда Дем сказал, что ты облажался. Ты должен был это видеть. Она его быстро отшила. Сказала, что без тебя она бы не вырвалась.
Мне не нравится, что в его голосе прозвучали нотки осведомленности, поэтому я протискиваюсь мимо него и прохожу в дом.
Как только я услышал ее, меня охватило облегчение. Я останавливаюсь в фойе, чуть в стороне от посторонних глаз, и прижимаю ладонь к стене.
Желание пройти в соседнюю комнату и заключить ее в свои объятия настолько сильно, что едва не сломало меня. Я зажмуриваю глаза и просто слушаю ее. Она говорит о Софии, рассказывает жене Де Росси о том, как собака повалила ее на землю при первой встрече. Когда она хихикает, моя грудь сжимается от тоски. Я хочу записать этот звук и включить его на повтор.
Соберись. Ты знаешь, что ты должен сделать.
Один вдох. Один выдох.
Снова и снова.
Когда бразды правления снова в моих руках, я провожу ладонью по губам и делаю шаг в комнату.
Мартина не сразу замечает меня. Она сидит рядом с Валентиной на диване, де Росси стоит рядом, и они поглощены своим разговором. Он говорит ей что-то, от чего она смеется.
Я упиваюсь ее улыбкой. Интересно, улыбнется ли она мне еще когда-нибудь так?
Выражение лица остается нейтральным, я прочищаю горло.
Три пары глаз устремляются на меня, но мой взгляд остается на ней.
— Джорджио, — вздохнула она.
Мои ноги приклеились к земле. Я должен быть счастлив, что она не бежит ко мне. Не знаю, как бы я сдержал эмоции, если бы она прибежала. Все, о чем я могу думать, это о том, как чертовски хорошо было бы снова обнять ее. Почувствовать, как ее мягкое, теплое тело прижимается к моему.
Как долго я могу молчать, чтобы продлить этот момент?
Момент перед тем, как я разобью ей сердце?
Cazzo. Недостаточно долго.
— Как ты себя чувствуешь?
Я позволяю своему голосу быть прохладным, как будто говорю с незнакомкой. Мои руки сжаты в кулаки. Если я позволю им хоть немного расслабиться, они задрожат. Мне требуется все, что я могу сделать, чтобы сыграть эту роль.
Мари сразу уловила перемену во мне, ее брови нахмурились от моего тона. — Я в порядке.
— А где София?
Она нахмурилась. — У нее перелом лапы. Она спит. Ветеринар дал ей успокоительное.
— Хорошо.
Ее губы раздвигаются, а в глазах плещется растерянность.
Я не могу этого вынести. Прервав наш зрительный контакт, я поворачиваюсь к Де Росси. — Нам нужно поговорить.
Его челюсть тверда. — Я с нетерпением жду твоего объяснения, как, блядь, это произошло. Пойдем.
Мы выходим из комнаты, и я сопротивляюсь желанию оглянуться на Мартину, но чувствую, что ее взгляд прожигает меня насквозь.
ГЛАВА 31
ДЖОРДЖИО
Де Росси заводит меня в кабинет и закрывает дверь.
— Кто такой Поло? — требует де Росси, как только мы садимся. — Мартина ничего не говорила, пока ты не пришел.
Я провожу языком по зубам. Когда сомневаешься, говори меньше.
— Он мой сводный брат.
Де Росси хмурится. — И зачем ему предавать тебя? Не заставляй меня допрашивать тебя, Наполетано. Я хочу знать всю историю. Сейчас же.
Я откидываюсь на спинку кресла и обхватываю ладонями подлокотники. — Я расскажу тебе все. У меня больше нет причин скрывать эту часть своей истории. У нас с Поло один отец.
— Подводная лодка.
Я качаю головой. — Сэл Галло.
Глаза де Росси расширяются, и через мгновение он встает со своего места и выхватывает пистолет. — Ты сын Сэла?
Я смотрю в ствол. — Да.
Он снимает пистолет с предохранителя. — У тебя есть тридцать секунд, чтобы объясниться, прежде чем моя пуля встретится с твоим черепом.
Когда-то было время, когда направленный на меня пистолет хотя бы поднимал волоски на затылке, но это было давно. Я хрустнул шеей — Сэл изнасиловал мою мать. Ты видишь результат.
Де Росси наморщил лоб. — Какого хрена?
— Моя мать оставила меня себе, а ее муж — человек, которого ты знаешь как моего отца, — согласился не поднимать шума и считать меня своей собственностью в обмен на повышение. Так он стал подводником. На этом участие Сэла в моей жизни могло бы закончиться, но кто-то там наверху… — Я показываю пальцем на потолок, — решил, что со мной еще не покончено. Сэл узнал о хакере, работающем на Альянс Секондильяно, и выяснил, что это я — его ребенок.
На его лице медленно проступает понимание. — Вот почему они продали тебя Казалези.
Я киваю. — Кровные узы в системе очень глубоки. Несмотря на то, что я никогда не встречался с Салом, он был моим отцом, так что в каком-то смысле я принадлежал ему.
Де Росси качает головой. — А ты?
— Я всю жизнь думал о том, как я его убью.
Он сардонически вздохнул и опустил пистолет. — Тебе следовало бы меньше думать и больше делать. А Поло?
— Еще один ублюдок. Он никогда не встречался с Сэлом, но уже создал его в своей голове. Он хочет вступить в клан и почувствовать вкус жизни созданного человека. Он предал меня. Он умрет за это.
Этот крестик у меня в кармане? Я засуну его Поло в глотку, когда он будет умирать.
Де Росси снова садится в кресло и спрашивает: — Какого хрена ты не сказал мне об этом раньше?
— Ты бы никогда не поверил мне, если бы знал.
— А теперь я должен тебе доверять?
— Я сделал все, что ты от меня требовал.
— Ты позволил своему сводному брату напасть на мою сестру. Она едва успела убежать, — огрызнулся он.
Да, я облажался, но я не могу этого признать. Мне нужно блефовать, чтобы он дал мне то, что я хочу. — Я помог Мартине. Твоя сестра была едва похожа на человека, когда я ее подобрал, но я вывел ее из этого состояния. Она использовала навыки, которым я ее научил, чтобы защититься от Поло. Она храбрая женщина. В этот раз это был Поло, но это мог быть кто угодно. По крайней мере, теперь она не сидит без дела. Ей нужен был кто-то, кто присматривал бы за ней, и именно это я и сделал. Не говори мне, что ты не заметил разницы.
Его грудь поднимается и опускается, когда он хмурится на меня, но когда он не отвечает сразу, я понимаю, что моя мысль попала в точку.
— Она действительно выглядит лучше, — наконец признает он. — Но я не счастлив, Наполетано. Я хочу, чтобы ты был здесь, пока все не закончится. Сэл знает, что ты теперь на моей стороне, так что нет смысла тебя отсылать. Это должно закончиться как можно скорее.
Я встречаю его взгляд. — Сначала я хотел бы получить свою услугу.
— Ты не теряешь времени даром.
— Я хочу быть тем, кто убьет Сэла.
Наступает долгое, тягучее молчание, а затем он смеется, но без юмора. — У тебя либо отвратительное чувство юмора, либо ты не так умен, как все говорят. Если бы ты хотел бросить мне вызов, то разумнее всего было бы сделать это тогда, когда у тебя еще была моя сестра.
  
— Я не хочу быть Доном. Я хочу быть только тем, кто покончит с ним.
Де Росси покачал головой. — Ты знаешь, что так не бывает. Я должен быть тем, кто это сделает, чтобы мои претензии были неоспоримы. У нас нет времени на затяжную борьбу за трон.