Охра (СИ)

— Пожалуй, без меня, Вячеслав, — помявшись, ответил Рэнди.
— Да ладно тебе. Пошли, вдвоём веселее.
В итоге он согласился-таки, хоть и без восторга.
Взявшись уже за дверную ручку, я приостановился, подумал и стащил с пальца перстень. Меня за эти полдня порядком подзадолбало расшаркивание, хотелось просто поесть, не привлекая внимания. Но оставлять перстень без присмотра я, конечно, не стал — засунул его в кармашек для зажигалки.
  
Кают-компания выглядела как дорогой ресторан — столы с крахмальными скатертями, мягкие стулья на изогнутых ножках и тёмная ткань на стенах с серебристым тиснением. Ходили официанты в белых тужурках.
Четыре больших стола стояли по центру, вдоль продольной оси. Но мы с Рэнди предпочли маленький, у окна.
Открыв меню, я несколько прифигел — там значились даже устрицы и гусиная печень. Цены кусались. Но я всё же отыскал приемлемый вариант — обычный бифштекс с гарниром из местного корнеплода вроде картошки.
Пока я делал заказ, кают-компания заполнялась.
И, увидев очередных посетителей, я отчётливо понял — будут проблемы.
  
Глава 4
 
В кают-компании появились два парня примерно моего возраста — ходячая иллюстрация того факта, что настоящий аристократ опознаётся с первого взгляда.
Костюмы на них сидели безукоризненно — и куплены были явно не на барахолке со скидкой и даже не в магазине вроде того, где утром отоварился я. Но главное — манера держаться, моторика движений, наполненная спокойным ощущением превосходства.
Сухопарый блондин, застёгнутый на все пуговицы, носил ещё и жилет. Кудрявый шатен спортивного вида предпочитал неформальный стиль — обошёлся даже без галстука, но выглядел всё равно не как раздолбай, а как скучающий денди.
И да, у них был перстни. Лимонно-жёлтый — у застёгнутого блондина, рыжевато-охристый — у кудрявого неформала.
Блондин прошёл к свободному столу в центре. Шатен тем временем, задержавшись у входа, обвёл кают-компанию взглядом. И этот взгляд — с ленцой, но при этом цепкий — мне не понравился.
Шатен не спеша направился к нам.
Рэнди, обернувшись, его заметил и тяжело вздохнул.
Наш стол, хоть и маленький, был трёхместным. Шатен непринуждённо подсел к нам и произнёс нейтрально:
— Приятно аппетита, господа.
— Спасибо, милорд, — угрюмо ответил Рэнди.
Я кивнул молча. Шатен некоторое время разглядывал меня с любопытством, как дворнягу на выставке элитных щенков, затем отвернулся. Сказал с лёгкой укоризной:
— Рэнди, так не пойдёт.
— Не вполне понимаю вас, — буркнул Рэнди, глядя в свою тарелку.
— Не разочаровывай меня, я этого не люблю. Ты мне показался неглупым юношей — так зачем же портишь произведённое впечатление? Я дал тебе срок, объяснил расклад. Предоставил тебе возможность урегулировать недоразумение по-деловому. И что в итоге?
Рэнди рефлекторно сжал кулаки, костяшки побелели. Он явно старался сдерживаться, но это давалось ему с трудом.
— Я вынужден повторить, милорд, — произнёс он глухо. — Если вы усмотрели какое-либо нарушение этикета с моей стороны, то могу заверить — оно было непреднамеренным, и я приношу свои извинения. Мне кажется, их достаточно, чтобы счесть инцидент исчерпанным.
— Увы, Рэнди. Ты ошибаешься, а твои отговорки лишь усугубляют ситуацию и привносят лишние сложности. Ты тратишь моё время, и я расцениваю это как нанесённый ущерб, который опять-таки выражается в цифрах. Ты ведь, если не ошибаюсь, имеешь склонность к точной механике? Значит, не ошибёшься в подсчётах. С этой минуты — двадцать процентов сверху за каждый час.
Даже сквозь загар стало видно, как Рэнди побагровел. Я сильно подозревал, что ещё минута — и он пропишет лорду в табло. Тот ждал с интересом.
— Извините, что вмешиваюсь, — сказал я. — Заинтригован, хочу спросить. О чём вообще речь? У вас не разговор, а шифровка.
Шатен, повернувшись, в упор уставился на меня. Несколько секунд царило молчание, затем он произнёс:
— Гм. Я не ослышался?
— Затрудняюсь ответить. Не знаю, острый ли у вас слух.
Задумчиво побарабанив пальцами по столу, шатен попросил:
— Представьтесь, молодой человек.
— Если ошибаюсь — поправьте, — ответил я, — но, по-моему, первым представляется тот, кто подсел к компании, а не наоборот. Таковы вроде правила этикета, плюс элементарная логика. Или нет?
— Да, это становится любопытным, — сказал шатен, продолжая меня разглядывать. — Что ж, извольте. Я Грегори, лорд-наследник Охряных Пустошей. Вы удовлетворены? Теперь жду ответа на свой вопрос. Не тяните время.
— Ага.
Приподнявшись, я достал перстень из кармашка на джинсах и, нацепив его, чуть пошевелил средним пальцем. Ну, чисто для наглядности. Камешек замерцал.
— Вячеслав меня зовут, с Вересковой Гряды. Лорд-наследник. Будем считать, что познакомились.
Мне удалось-таки удивить собеседника. На мгновение его брови поползли вверх, а глаза слегка округлились, но он быстро взял себя в руки.
— А я боялся, — сказал он, — что этот перелёт окажется невыносимо скучным. Но даже в такой глуши возможны сюрпризы, как выясняется. Итак, Вячеслав, давайте проясним ситуацию. Это — ваш человек?
Не отрывая от меня взгляда, он направил на Рэнди указательный палец.
— Формулировка слишком категорична, — сказал я. — Рэнди — мой приятель, так будет правильнее. А вы с какой целью интересуетесь?
— С сугубо практической. Ваш приятель имеет передо мной задолженность. О деталях можете расспросить его сами. Но, поскольку вы обозначили своё покровительство, ситуация несколько меняет оттенок. Не будем опошлять неожиданное знакомство мещанскими мелочами. К вашему приятелю у меня больше нет вопросов. Рассматривайте это как любезность с моей стороны, как жест доброй воли. Нам, как я понимаю, предстоит обучение в Академии Красок? Там и продолжим. Вполне возможно, вы мне ещё пригодитесь.
Я хмыкнул:
— Сильное заявление. Остался вопрос — пригодитесь ли вы мне? Чисто для протокола — никаких сделок я с вами не заключаю. Никаких обещаний вам не даю.
— Мне кажется, — чуть нахмурился Грегори, — вы несколько превратно интерпретируете расклад. Существуют объективные предпосылки, которые не позволят вам выбиться на первые роли, ни при каких условиях. Вам нужно трезво оценить свои шансы и выбрать сторону. Я даю вам подсказку.
— Благодарю, но я буду ориентироваться по ситуации.
Грегори сдвинул брови ещё сильнее, но не успел продолжить свой спич — отвлёкся, заметив новые лица в кают-компании.
Впрочем, все остальные отвлеклись тоже — такое зрелище пропустить было трудно.
Из коридора шагнула барышня с волнистыми медными волосами. Она была в облегающем тёмном платье оттенка бутылочного стекла. Подчёркивалась и тонкая талия, и полная грудь. Подол маняще обтягивал округлые бёдра, немного не доходя до колен. Из украшений была лишь тонкая витая цепочка на шее — золотая, по-моему.
Вместе с ней вошла дама более солидного возраста, но тоже шикарная, с отличной фигурой. Платье у неё было подлиннее и более закрытое, синее. Налицо было фамильное сходство — мать и дочь, вероятно.
Перстни имелись тоже. Мерцающие тёмно-красные камни, похожие на рубины, я видел даже издали.
Обе дамы прошли в середину зала — туда, где сидел блондин. Тот встал, приветствуя их. Поднялся и Грегори, бросив мне на прощанье:
— Договорим в Академии.
Когда вся эта компашка устроилась за своим столом, я буркнул:
— Не дирижабль, а какой-то проходной двор. Откуда здесь столько лордов? Мёдом, что ли, намазано?
— Но ведь учебный год начинается, — объяснил мне Рэнди, взглянув растерянно. — Все спешат вернуться в столицу с юга — сегодня последний рейс, на котором можно успеть. Кипарисовые острова — это же курорт, очень популярный…
  
— Действительно. Но от этих перстней у меня уже в глазах зарябило.
— Вячеслав, слушай… — замялся он. — Я должен извиниться, ведь я невольно втянул тебя в неприятности. Мне очень неловко… Теперь у тебя возникнут сложности в Академии с этим Грегори…