Отец подруги. Его тайная страсть (СИ)

— Я сейчас буду говорить откровенно, не для красивого слова, — говорит он и целует мою руку. — Я не думал, что после смерти Светы меня сможет хоть кто-то серьёзно зацепить. Но Натали… Я с тобой ожил. Спасибо тебе за это.
— Да какие ваши годы! — мягко отвечает мама. — Смерть любимого человека непросто пережить, но себя вместе с ним хоронить не стоит.
— А где ваш муж, отец Наташи? — интересуется Сергей.
  
— Он нас бросил, — отвечаю за маму, зная, что эта тема для неё непростая. — Ты решил свои проблемы с нехорошим человеком. А он оставил эти проблемы нам.
— В смысле?
— В прямом. Папин кредитор пришёл к нам домой. Благо, мужчиной оказался нормальным. Не стал нас трогать. Просто узнал, куда папа мог свалить. Мы ему все адреса выложили, которые знали. Возможно, это нас и спасло.
— Охренеть. А сколько лет тебе было?
— Тринадцать.
— Вот же гнида.
— Не только это нас спасло, — вдруг произносит мама.
— А что ещё?
Мама молчит. И мне даже страшно предположить, о чём она молчит…
  
Глава 30. Наталья
 
Пока мама собирается с мыслями, я пытаюсь вспомнить те страшные дни, когда в нашу квартиру вломились бандиты и стали требовать такие суммы, от которых у меня глаза на лоб полезли.
Я очень боюсь услышать, что маме пришлось расплачиваться собственным телом. Поэтому я и пытаюсь вспомнить, были ли на ней синяки после визита этих уродов.
— Мам… — осторожно касаюсь её руки.
— Наточка, ты не думай плохого обо мне, пожалуйста, — тихо говорит мама. — Я отдала часть денег, только, чтобы нас не тронули. Я просто как вспомню их взгляды на тебя. Мне до сих пор жутко становится. Я бы душу дьяволу продала, лишь бы тебя не тронули.
— А откуда у тебя были деньги? — удивляюсь я.
— Твои бабушки оставили мне крупную сумму на твоё образование. Они не знали, доживут ли до этого момента, а помочь очень хотели. У меня было спрятано несколько тысяч долларов. Это была половина долга твоего отца. Я их отдала. Все до копейки! И украшения. Всё, что было на мне, в шкатулке.
— Ты и с меня тогда серёжки сняла, — вспоминаю я.
— Да. Зато ты осталась целая.
— А ты? — осторожно спрашиваю я.
— Меня не тронули. Спасло вот это активное сотрудничество.
— Пиздец, — выдыхает Сергей.
— И ты думала, что я буду винить тебя? — удивляюсь я.
— Ната, тебе бы этих денег хватило на все годы учёбы, — опустив голову, виновато говорит мама. — И тебе бы не пришлось работать!
— Даже не вздумай себя винить, поняла? — вскрикиваю я. — Удумала она!
— Ирина Сергеевна, вы всё правильно сделали. Не жалейте о тех деньгах. Натали ведь учится? Учится. А то, что работает… Ну, если бы она не работала в клубе, мы бы не познакомились. Так что тут я вам даже благодарен.
— Ой, конечно, — слабо улыбается мама.
— В общем, закрыли эту тему! — прошу я. — Что было, то было. Сейчас мы живы, всё у нас хорошо, никто не болеет. Я учусь. И мне нравится моя работа.
Мама согласно кивает. О плохой теме забываем. Мама уже зевает за столом, а у меня, наоборот, полно сил.
— Не хочешь пройтись? — спрашиваю у Сергея.
— Я только за, — ту же соглашается он.
Мы с ним отправляем маму спать, а сами убираем со стола, перемываем посуду и только тогда выходим на улицу. Мы идём по скверу, держась за руки и пока молчим. Каждый думает о своём.
— Я не хочу, чтобы ты работала, — вдруг говорит Сергей. — Я хочу, чтобы ты была сосредоточена на учёбе. А если так хочется быть самостоятельной, я помогу найти место, где ты сможешь набраться опыта в будущей профессии. Не хочу, отпуская тебя на работу, переживать, что к тебе прицепится какое-то пьяное чмо. Я, конечно, могу приставить к тебе охрану, но не уверен, что тебе это понравится.
— Серёж…
— Я хочу, отвозить тебя в офис, где ты будешь работать в окружении адекватных людей, забирать тебя на обед, а потом и домой. Чтобы по пути мы заезжали в супермаркет за продуктами, а дома готовили вместе ужин. Хочу длинные вечера за просмотрами фильмов, хочу просыпаться, держа тебя в объятиях, хочу засыпать, обессиленный после нашего секса. Я всё это хочу. Хочу тебя в своей жизни.
— Серёж, а ты не сильно спешишь?
— Нет. Я просто озвучиваю свои желания.
— А я хочу, чтобы ты мне доверял, а не бил лица моим друзьям.
— Я перед ним обязательно извинюсь. И да, прости, что я принял ту девушку за тебя. Но она была одета в точности, как ты. У меня от ревности просто пелена на глазах. Я на эмоциях действовал. Прости, Натали.
С этими словами он притягивает меня к себе и просто обнимает.
— Я очень соскучился, — говорит мне в макушку и целует в висок. — Не мог уснуть. Всё о тебе думал. Переживал, чтобы тебя люди Смертного не цепанули.
— Со мной всё было хорошо, — отвечаю тихо. — За исключением того, что я тоже очень скучала. Переживала за тебя. Я ваш разговор с Мариной случайно услышала.
— Случайно? — усмехается Сергей, за что получает тычок под рёбра.
— Подслушала, ладно. Кстати, а как мы расскажем Марине? Я, если честно, боюсь её реакции…
— Не стоит. Маринка уже сама догадалась.
— И что она думает по этому поводу?
— Вот сама у неё и спросишь. На свадьбе.
— Какой свадьбе? — вскрикиваю я.
— На её. Рома сделал Марине предложение. И что-то мне подсказывает, что эта сводница мелкая нас возьмёт свидетелями…
  
Глава 31. Наталья
 
Я смотрю на часы и понимаю, что нам лучше вернуться. Мозг уже тяжело воспринимает информацию, поэтому предлагаю Серёже обсудить свадьбу Ромы и Марины уже утром. Мы разворачиваемся и идём в сторону дома.
Ночной сквер пустой, фонари бросают тусклый свет на мокрую от росы траву. В воздухе свежесть, и всё кажется слишком громким: мои быстрые шаги, его уверенные, шорох листвы.
— Натали, — тихо произносит он, и этого достаточно, чтобы внутри всё дрогнуло.
Я поднимаю на него вопросительный взгляд. Никак не могу привыкнуть, что Сергей такой высокий, широкоплечий, даже в полутьме видно, как перекатываются мышцы под рубашкой. Его лицо серьёзное, но глаза тёплые и… голодные.
— Я скучал, — говорит он с улыбкой.
— Ты говорил, — отвечаю тихо.
— Хочу тебя… поцеловать.
Я тянусь к нему первой. Пальцы сжимаются на вороте его рубашки, и наши губы сталкиваются. Поцелуй получается немного резкий, требовательный, будто мы оба слишком долго этого ждали. Я чувствую его дыхание, его запах, и голова идёт кругом. Колени подкашиваются, когда он прижимает меня к себе, сильной рукой обхватывает затылок, углубляя поцелуй.
Мир сужается до этого мгновения. В груди полыхает огонь, в животе пробуждается дрожь. Я забываю о своих обидах и претензиях, о его некрасивом поступке, забываю обо всём, кроме его жадных губ.
Когда Сергей отрывается всего на секунду, чтобы вдохнуть, я издаю недовольный стон.
— Больше не отпущу, — хрипло произносит он, прижимая меня ещё ближе.
Его слова заставляют меня улыбнуться. Это прозвучало как клятва. Я тянусь к нему снова, и поцелуй становится ещё жаднее, почти отчаянным.
Сергей отступает на пару шагов назад, увлекая меня за собой, и через секунду моя спина упирается в шершавый ствол дерева.
Он прижимает меня всем телом. Его ладони скользят вниз по талии, по бёдрам. Я чувствую, как пальцы цепляются в ткань юбки спортивного платья, приподнимают её, и по коже бегут мурашки.
Я замираю лишь на миг, но внутри нет страха быть кем-то замеченными. Только предвкушение, такое острое, что кружится голова.
— Серёжа… — вырывается у меня между поцелуями, и он только сильнее прижимает меня к дереву.
  
Его губы спускаются ниже к моей шее, к ключице. Он целует, кусает, оставляя огненные следы. Я закидываю голову назад и хватаюсь за его плечи, чувствуя под пальцами упругие мышцы. Кажется, ещё немного, и я просто потеряю над собой контроль.