Проснуться однажды или всё началось с измены (СИ)

Разговаривать с ними в присутствии управляющего не было никакого смысла, поэтому я и решила отправить Селерия и Матфейя за табуретками.
Сколько мы будем беседовать никто не знал, а держать всё это время беременных стоя было бы самым настоящим скотством. А я, и как женщина, и как новая владелица удела, не могла такого допустить. Вот и отослала их, предварительно внимательно посмотрев на Матфейя. Не знаю, понял ли он мой посыл, но … Выходя, он мельком взглянул на меня и слегка кивнул головой. Надеюсь, они будут искать эти предметы мебели какое-то время, которое мне как раз и нужно, чтобы задать самые главные, на мой взгляд, вопросы.
  
- И так, - начала я спокойным вкрадчивым голосом, не теряя времени, сразу после того, как за мужчинами закрылась дверь.
А голос у меня, кстати, так и остался тихим, каким-то грудным и немного вкрадчивым, как у взрослой женщины. Что совсем не подходило моей юной внешности. Даже если я его повышала, то всё равно это не звучало громко и вызывающе, а как-то твёрдо и убедительно.
Интересно, он таким и был у Лизабель или это влияние томника?
В любом случае, мне он нравился. Раньше у меня был сильный и высокий голос, который быстро раздражал собеседника, теперь же он был как раз таким, который хотелось слушать и прислушиваться.
– Давно ли вы прислуживаете у мирра Селирейя? Сколько он вам платит в десницу? И что вас, союзных жéн, заставило пойти на такое…? - я немного замялась на последнем вопросе, потому что не знала, как выразиться и решила не продолжать его, давая им сами назвать вещи своими именами.
На «такое» что? Занятие? Работу? Обслуживание или ещё что?
Вот пусть и назовут свой род занятий в доме, где живут три неженатых мужика.
Однако на мой вопрос не последовало никакого ответа. Они тихо стояли, пряча глаза и глядя в пол, не произнося ни слова.
- Не хорошо обижать новую хозяйку, оставляя её вопросы без ответа, - спокойно сказал Фрол, обращаясь к ним.
- А что, если скажем, то он заплатит? – наконец ответила та, что была на кухне.
Две другие укоризненно посмотрели на неё.
- А что, - продолжала она, - я тут уже третью октицу (третий месяц) после союзования, а они только … и ничего не платят. А я тут днём всю кухню на себе держу, а н… - она не закончила, потому что её одёрнула, стоящая рядом девушка, заставив замолчать.
- Фрол, напомника мне сколько у нас получает Манья в октицу?
- Так, один бронзовый рюмей в октицу получается и одёжа на вьюжье и знонье.
- Понятно. А вам он тоже не платит? - Обратилась я к двум другим молчуньям. Они отрицательно покачали головами.
- А вы здесь по своей воле или … - решила узнать ещё одну важную вещь.
- Так все новые, кто сюда приезжают, могут оставаться тут жить, только если согласятся на уклад, - продолжила всё та же девушка.
- И что же это за такой уклад, который заставляет союзниц работать? – спросила я, но ответа так и не получила, потому что в управскую вошли Матфей и Селирей, неся с собой искомую мебель.
Девушки сели на поставленные для них табуретки, а я продолжала задавать свои вопросы, на которые, как и ожидалось, они только отмалчивались. Понятно, что в присутствии Селирейя говорить они боялись. Общаться с беременными дальше не было никакого смысла. Зачем их нервировать и без того неприятным разговором? Поэтому я решила завершить эту неприятную беседу на приятной ноте.
- Ну, что ж, я думаю, что вам мирр Селирей нужно расплатиться с девушками и отправить их по домам. А потом уже мне нужно представить ваш отчёт за этот оборот и рассказать, чем живет удел.
- Как расплатиться? С чего я им должен платить? – возмутился управляющий.
Конечно, я не знала, что и как тут, в Уречье, происходит, да и в местном грандстве, в котором я теперь живу тоже, но о рабстве или бесплатном услужении я ничего пока ещё не слышала, поэтому решила, на свой страх и риск, идти «ва-банк».
- Они тут у тебя работали? – я строго посмотрела на него, и он неуверенно кивнул головой.
- Разве есть такой тсаарский указ, где разрешается не оплачивать работу нанятого перс… эммм… нанятых в обслугу людей?
Я, для убедительности, посмотрела сначала на Фрола, а потом на бранна Велирейя. Они отрицательно покачали головами. Ух… Значит не ошиблась.
- Так, кухарка тут уже третий месяц, а вы? – обратилась я к двум молчуньям.
- Арья шестый, а Ганька пятый, - ответила за всех кухарка.
- Значит, вы прямо здесь оплачиваете их работу, - обратилась я к управляющему. – Я не хочу, чтобы люди, живущие теперь уже на моих землях, были обмануты прямо в присутствии хозяйки.
Я ещё раз строго посмотрела прямо в глаза управляющему и не отвела взгляд до тех пор, пока он не начал суетиться, чтобы отсчитать нужную сумму, каждой девушке. Сколько и кому нужно заплатить, ему подсказал Фрол, а Селирейю только и оставалось, что, скрипя зубами выкладывать на стол рюмы, отдавая их затем девушкам. Они спешно забирали деньги, пряча их во внутренние карманы под фартуками.
- Ну, вот и ладненько, - спокойно подытожила я. – А теперь можете возвращаться к себе домой. Я в ваших услугах не нуждаюсь, а если мирр Селирей захочет вас снова нанять, то это вы уже будете решать с ним.
- А как ж выполнение уклада? – удивлённо произнесла одна из молчуний, которую стали спешно подталкивать к выходу подружки.
- Теперь я новая хозяйка удела и будет новый уклад, о котором я и расскажу позже, когда все соберутся. А старый уклад уже больше октицы (десять дней) не действенный. Мирр Селирей, вы предупредили жителей о том, что я хотела бы с ними встретиться чуть позже?
- Нет, я думал, что … А зачем говорить? – опять как-то неуверенно замямлил он.
- Ну, это не вам решать. Фрол, пошли кого из служивых, чтобы проехался и сказал людям подойти сюда к этому дому. Я хочу посмотреть на жителей и поговорить с ними.
Фрол вышел вместе с девушками, а я начала слушать отчёт теперь уже, а я в этом была полностью уверена, бывшего управляющего удела.
  
Глава 43
 
Я стояла на самой верхней ступеньке широкого крыльца открытой веранды своего нового дома, медленно осматривая собравшихся жителей и обдумывая новую информацию, полученную от бывшего управляющего. Правда, я ему ещё не сообщила эту радостную новость, но … Всему своё время.
Он с племянниками, как и мои сопровождающие, стоял немного позади.
Этот удел, доставшийся мне по указу посланника, как оказалось, принадлежал моему первому муженьку.
То-то он то краснел, то бледнел, то последние волосёнки выщипывал, когда услышал эту новость. Жалко было терять по глупости не так давно приобретённые новые земли, скорее всего не без помощи дядьки посланника. Не повезло ему с молодой женой в которую непонятно как попала уже взрослая, хотя и не старая я, которая имела какой-никакой, но опыт и хорошие базовые знания. И не важно, что не местные, но, как говорится, ни опыт, ни знания просто так никуда не пропадают, а тем, кто умеет ими пользоваться, они жить помогают.
Так вот, Уречье, как и ещё несколько десятков подобных ему уделов, когда-то был выделен для проживания простым безземельным людям, которые приезжали сюда в поисках «лучшей доли» - на заработки. И «корона», а точнее тсаар, давал им возможность проживания на своих землях за небольшой налог, всего лишь один золотой рюмей в сезон, то бишь за два золотых рюмей в год, потому что сезонов тут было только два – знонье и вьюжье. За такую «дармовщинку» народ получал разрешение строиться и проживать на выделенном клочке земли, но должен был разрабатывать новые необжитые земли дальше на север. Нужно было валить и отправлять на продажу лес, который закупала у Демии, местного государства, далёкая страна Типераг, ну и добывать пушнину. Освободившуюся от леса землю нужно было обрабатывать, выращивая в основном лён, ну и необходимые для проживания культуры. Со временем на этой земле стали не только выращивать всё необходимое себе на прокорм, но и разводить скот, в основном это были овцы и местные лохматые лошадки.