Король арены 10 (СИ)

А причудливое движение бурунов у рифов… Сколько раз он замечал его первым, отдавая нужные команды.
Что же касается выслуги…
Он уже лет пять, как мог бы оказаться одним из тех стариков — разбойников, которые достигли ранга Великого мага, и чисто номинально остались на службе, ни о чём особо не беспокоясь.
Может быть он всё-таки не зря приобрёл те две пары новомодных очков, а заодно и обновил себе краски и палитру.
  
— Надо было ещё кисти купить, — с сожалением,чисто про себя признал адмирал, вспоминая тот пафосный набор превосходных кистей, который показался ему тогда чрезмерным.
Нет, пора ему заканчивать со службой! По крайней мере с той, что ради карьеры. Нормально же его коллеги устроились. Лелеют свои хотелки, а на всё остальное кладут с прибором. Раньше его судьба и карьера сыновей по рукам — ногам связывала, но после смерти двух Великих ему уже не нужно никому ничего доказывать. Пусть только попробуют ему претензии предъявить, тут-то он и шлёпнет рапорт на стол!
Виккинс даже улыбнулся, представив, как его будут уговаривать остаться на службе…
Но свою адмиральскую каюту, как и флагман, он точно оставит за собой. Привык он к ним и к команде. А вот набор кистей нужно обязательно завтра купить, и не один. И свой личный винный погребок изрядно пополнить.
* * *
Лично меня уже не удивляет, что парусным судам Средневековья требуется часто заходить в порт. Причин много: тут и вода, которая тухнет в дубовых ёмкостях, и пища, и средства навигации.
Если коротко — то двенадцать дней автономного плавания в пиратских водах, по местным меркам вполне себе тянут на уважение. Даже со стороны матёрых капитанов Имперского флота. А уж если к этому присовокупить убедительный список побед…
Нормально сходили. Это я сейчас и пытался донести всем старшим и магам, собрав их на перед капитанским мостиком. Но вот когда брат Эркюль донёс до нас итоги своего допроса, мы все слегка подопухли.
Да ладно… Мы что, двух Великих магов у республиканцев угандошили? Не верю…
Похоже, в неверующих оказался не я один, хоть и были у меня соответствующие догадки про эти бриги.
Опять же, брат Эркюль не из тех, кто станет шутить… Лично у меня создалось впечатление, что он абсолютно не понимает шуток, да и сам на них не способен. Значит ­– не шутит.
— Брат Эркюль, насколько верны ваши сведения? Спрашиваю чисто для того, что собираюсь их передать в штаб нашего флота.
— С выданного вам флотскими переговорника? Не советую.
— Да, а что с ним не так?
— Просто повремените со связью, пока мы в свой порт не зайдём. — Озадачил меня инквизитор.
Неужели у переговорников имеется геолокация, которая доступна противнику? Но как?
Я вернулся в свою каюту. Нет вовсе не для того, чтобы полюбоваться красотами моря и закатом. Для этого нужен хоть какой-то иллюминатор, а их нет в этом мире.
Мне необходимо спокойно подумать в тишине, хотя бы несколько минут. Чересчур много вводных, которых я пока не понимаю.
Если что, брат Эркюль мне почти прямо сказал, что тот переговорник, который выдан мне штабом Имперского флота, обозначать сейчас не стоит.
А значит что? Каким-то образом его нахождение республиканцы могут запеленговать.
Как хотите, но это облом Имперского значения, перед которым вполне себе меркнут мои победы на пиратском архипелаге.
Если я правильно понял, то все те флотские переговорники Имперским морякам лихо втюхал какой-то из разведчиков Республики.
Снимаю шляпу. Выдающаяся разведывательная операция!
Целый год, а то и больше, республиканцы могли отслеживать наш флот. Пусть и не очень точно, но тем не менее. Скорей всего был задействован принцип радиомаяка, наблюдаемого с трёх сторон.
Три азимута, вычерченные на карте, наглядно могли показать, кто и где находится.
Пожалуй, это открытие не менее важно, чем завоевание пиратского архипелага! Пусть и идёт по линии контрразведки.
Сдав Федру вахту, я телепортом ушёл в Белговорт.
Беда Средневековья в том, что разведке и контрразведке никто особого внимания не уделяет. И в этом плане республиканцы — впереди планеты всей. У них есть подобие разведки.
Скажу больше — один из содержателей белговортского детского борделя, которого мне сдали специально нанятые пацаны из беспризорников, меня изрядно удивил.
Я-то его адрес скинул инквизиторам, по уже установившейся практике, ради пресечения детской проституции, но никто не мог и подумать, что он расколется по самую задницу.
Оказывается, четверть Белговортских чиновников числилась у него в завсегдатаях, а добрая половина заказывала себе его девочек на праздники, для разрекламированных им шоу.
Это же так забавно поглядеть, что вытворяют малолетки по твоей команде прямо на столе, почти перед твоим лицом. А уж когда объявляется, что все их услуги именинником для гостей до утра оплачены, их уволакивают в комнаты. Если повезёт — то один на один.
Короче, всё, как обычно.
Но на этот раз проблема лишь в том, что этот садист — педофил, оказался ещё и вражьим агентом.
Его сейчас допрашивают, а меня, словно в насмешку выдернули из дома срочным вызовом, так что сейчас предстоит отрабатывать роль следователя. А как иначе. Положения Закона, от которого мне никуда не деться. Как-никак, а я Старший следователь Инквизиции по особо важным делам. Выходит, главный на весь Белговорт оказался.
И по мнению моих коллег, он что-то скрывает до сих пор.
А я уже столько мерзости на входе в допросный зал услышал, пока готовился зайти и коллеги меня в курс дела быстренько вводили… Начиная от размера свечей, которые он для первого раза девочкам якобы индивидуально подбирал и вплоть до того, как он их запугивал и уговаривал, чтобы сами садились…
Верю. Лицедей и психолог, с зачатками ментала такое может. Пожалуй, он ещё и гипнотизёр, но это ещё не точно.
Врезал я ему с ноги. Для начала разговора. Прямо по морде лица. Со стула сбил.
Не, не моё — пытать пленников, но ситуация способствовала. Ненавижу эту братию.
— Говорить будешь? — чисто для острастки спросил я, так как этой твари уже принудительно влили одно хитрое зелье, после которого он много, о чём готов поведать, даже против своей воли.
— Я же всё уже рассказал! — выплюнул он на пол пару зубов.
— Не всё.
— Вы про черенок от лопаты? Так это она сама… Я её у матери-наркоманки уже такой купил! Алкашка её любому за бутылку продавала! Кто же знал, что девчонка от этого умрёт!
— А сколько ей лет было?
­– Не знаю. Клянусь, я её только заинтересовал. Две серебрушки пообещал! Она дальше всё сама делала.
— А ты ментально давил, — я это дополнил, почти не сомневаясь.
— Девка сама того хотела, иначе ничего бы не вышло!
О, а вот и первый звоночек…
— Вот же ты врёшь, как дышишь, — накинул я Воздушный Аркан, и начал потихоньку сдавливать ему горло.
Что-то не сильно местный эликсир правды на него подействовал, раз пытается врать. Говорит много, этого не отнять, но и врёт отчего-то. Непорядок.
— Что мне нужно сказать? — прохрипел мой полузадушенный клиент.
— Расскажи мне про республиканцев, — открыл я ящик стола, в котором кроме подобия деревянных фаллосов разного размера и банки со смазкой больше ничего не было.
Вещдоки из борделя доставили.
— Я с ними не общался!
Врёт. И это отчётливо дал понять артефакт Правды.
— Бам-м-с, — я выбрал не самый большой макет фаллоса, использовав его, как полицейскую дубинку, — А вот этот уже пойдёт по назначению, — помахал я у него перед лицом уже следующей плохой копией, зато внушительного размера, — Если захочешь соврать, то на первый раз разрешу тебе даже смазку использовать. Но немного, на самый кончик намажу. Это же она? — выставил я банку на стол, — Та самая? Для подготовки девочек перед твоим шоу?