Шепот звезд. Пилот (СИ)

- Ли, Ли, просыпайся, Ли, - смутно знакомый голос раскаленной иглой прошил мозг, заставив квартерона открыть глаза и рывком сесть, точнее сделать слабую попытку. Страшная головная боль, так и не отпустившая Лиса из своих железных тисков, вынудила Джатта принять исходное лежачее положение, буквально впечатывая его обессиленное тело в жесткий матрац больничной койки и отправляя любоваться до боли знакомым серым потолком медотсека. Сколько раз он оказывался в подобном положении и сколько раз скорее всего еще окажется…Парень секунды две рассматривал представленную его взору унылую картину, затем, дождавшись, когда темные круги перед глазами исчезнут, медленно перевел взгляд на приведшего его в сознание человека. 
«Орвар…» - он даже не удивился. Удивление потонуло в вихре противоречивых эмоций, всколыхнувших душу при виде сидящего напротив кровати Лиса бывшего однокашника, но их почти мгновенно подавила волна лютой ярости на этого подлого предателя, сейчас с таким сочувствием взирающего на своего бывшего главного должника. Видимо тень бушующих в квартероне чувств отразилась в глазах Джатта, так как Вестар, вдруг изменившись в лице, поспешно пересел за рабочий стол подальше от когда-то друга. В белоснежном врачебном халате, без единой лишней складки, поверх зеленой явно из дорогого материала формы сержанта медслужбы, северный варвар на фоне обшарпанного медкабинета смотрелся чужеродным пятном, являя собой яркий образчик материального благополучия и стабильности. Перед Лисаром действительно находился Хранитель, фактически наследник клана Вестар, не какой-то нищий Отреченный без роду, без племени и не имеющий никакого представления куда приткнуться и куда идти по своему жизненному пути. «Хотя нет, - одернул себя молодой инженер, не спуская прищуренных все еще горящих злым огнем глаз с до сих пор молчавшего Вестара. – Этот никогда не забывал кто он. И кто что ему должен». В памяти снова вспыхнули картины произошедшей перестрелки трехлетней давности, обдав Лиса холодным дыханием близкой смерти, вызвав в парне новый приступ злости, сразу придавшей сил. Отшвырнув в сторону тонкое больничное одеяло, Лисар сделал еще одну попытку подняться и покинуть к чертям опостылевшую палату. Стараясь не обращать внимания на боль, строительным перфоратором раскалывающую его многострадальную черепушку на мелкие кусочки, молодой человек с трудом сел в постели и медленно спустил предательски дрожащие ноги на пол. На однокурсника он не смотрел, полностью сфокусировавшись на простом желании поскорее убраться отсюда. Возможно поэтому Лисар проглядел момент приближения Вестара.
- Тише, парень, тебе еще нельзя двигаться, - дружелюбно проговорил Орвар, хватая Лиса за плечо и пытаясь вернуть своего пациента на место прилежного больного. – Ты еще слишком слаб.
- Отойди, - отталкивая его от себя спокойно произнес квартерон, самостоятельно вставая на подрагивающие от слабости ноги и больше не обращая внимания на Орва. Трор, как же тяжело! Пол и стены снова опасно зашатались, грозя опрокинуть строптивца обратно на кровать, но Джатт упрямо стиснув зубы все же медленно, по стеночке, двинулся к выходу. Вестар так и остался стоять у кровати, с болью в глазах наблюдая как друг медленно ковыляет к двери, но больше не делая попыток остановить его. За десять лет знакомства с ним Орв научился определять момент, когда к другу можно было лезть с вопросами, а когда следовало благоразумно промолчать. Сейчас был как раз второй случай, чтобы не нарваться на новый конфликт. А судя по могильному тону Ли конфликтов им обоим предстояло пережить еще немало. И все же он не выдержал.
-Ли! 
Уже добравшийся до выхода из палаты Лис застыл каменной статуей, повинуясь оклику северянина.
- Что? – не оборачиваясь безжизненно спросил он, что было сил стискивая ни в чем неповинную дверную ручку. Разговаривать с предателем ему не хотелось, но и игнорировать Вестара Лис также не мог – как бы то ни было, но их связывали десять лет знакомства, так и не переросшего, как теперь понимал Джатт, в настоящую дружбу. Ему даже стало интересно, что скажет в свое оправдание Орвар и будет ли он вообще говорить на эту неприятную для обоих тему. Одну из многих.
 
Как и ожидал Лис, духу затронуть события трехлетней давности Вестару не хватило. Вместо этого он заговорил о другом, не менее важном. 
- Завтра утром на станцию прилетает имперский дознаватель с ближайшей планеты, - сообщил ему Орвар последние новости, случайно услышанные в коридоре от ребят из Службы связи. – С конвоем ИБ, чтобы забрать обнаруженных с твоей помощью шпионов. Полагаю, ты знаешь, что это значит.
Лисар знал. Сырая изолированная камера, прибитая к полу мебель, силовые браслеты для рук и ног, хмурый страж за дверью, холодные глаза и вкрадчивый голос дознавателя, от которых мороз по коже. Допрос.
- И что ты этим хочешь сказать? – пытаясь не выдать охватившее его волнение все тем же безучастным тоном осведомился Джатт, даже не думая оборачиваться к Орву. 
- Твое состояние не укроется от пристального взора законника, - пояснил медик, не сводя глаз с напряженно застывшей фигуры квартерона. – В такой физической форме тебе не место в космосе, а дознаватели на то и дознаватели, чтобы докапываться до каждой мелочи. Твой сегодняшний обморок также не обойдут вниманием.
- Это не твоя забота, - в этот раз сквозь показное равнодушие пробился сарказм, которым Лис пытался замаскировать склизкой змеей обвивший сердце страх. Ему нельзя покидать базу! – Не хотелось бы влезать в новые долги. От прежних-то с трудом отбился, - наконец обернувшись к Вестару язвительно закончил Джатт, прожигая бывшего друга ледяным взглядом. – Ценой собственной жизни и предательством друга.
- Позволь помочь, - в голосе Орва проскользнули умоляющие нотки. – Я же за тебя беспокоюсь.
- Хм, а когда-то я ведь даже в это верил, - горько усмехнувшись Лисар, не дожидаясь новых слов Вестара, рывком открыл дверь и, наконец, покинул злополучную больничную палату, оставляя Орвара наедине со своим чувством вины и подступающего отчаяния.
Оставив позади медблок с его хмурым хозяином и неприятными воспоминаниями, Джатт, силясь слиться с серыми стенами коридоров базы и привлекать как можно меньше внимания, направился на двадцать восьмой уровень, к почтовикам, давно уже его заждавшимся. Всплеск адреналина вследствие встречи с заклятым другом придал ему сил, поэтому к своим главным поставщикам необходимого ему допинга Лис добрался быстро и почти в нормальном состоянии. По крайней мере, мотать его из стороны в сторону словно флюгер в ветреный день перестало.
Двадцать восьмой уровень был полностью переоборудован под нужды военной почтовой службы, с ангарами для грузовых судов и легких почтовых флайкаров, чем-то похожих на истребители, но значительно меньше и легче, а также более незаметных. Здесь же находились и рабочие кабинеты с сортировочными центрами нескольких уровней, в которых без устали трудились сотни почтовиков, разгребая тонны корреспонденции и грузов, что каждый день стекались сюда со всей станции и отправлялись дальше - что на Тарн, а что на другие планеты и станции в руки таких же почтовиков и курьеров, спешащих доставить письмо вовремя и по адресу, где бы адресат ни находился. 
Едва только Лис успел перешагнуть через высокий порог семьдесят восьмого офиса, как тут же налетел на его главного обитателя – бригадира почтовиков здешнего уровня, главного контрабандиста базы и основного поставщика Лисара.
- А, Джатт, явился все-таки, - немолодой гоблин лет тридцати пяти в гладко-выглаженной фиолетовой форме дружелюбно поприветствовал Лиса. – Я ведь уже волноваться начал, что сегодня тебя не увижу в связи с последними событиями. Говорят, ты в больничку угодил?
- Все не так серьезно, как кажется, - пожимая зеленокожему руку хмыкнул Лисар и, переходя сразу к делу, спросил: – Мой заказ здесь?
- Куда ж ему деться-то, - беззлобно проворчал гоблин, жестом подзывая к себе одного из своих подчиненных и отправляя того за искомым. – Товар высший класс, как и всегда, но оплата по повышенному тарифу, - желтые кошачьи глаза Ханора подозрительно блеснули. – Сам должен понимать, в свете предстоящих событий… - он не договорил, но квартерон и так понял, что торговаться сегодня ему не резон – гоблин от своей цены не отступится ни на пядь. И цена, скорее всего, была справедливой – Хан еще в прошлый раз жаловался Лису на то, что запрашиваемые Джаттом препараты доставать становилось с каждым разом все труднее.