Шесть убийственных причин

Все думали только о Райане. Все, кроме Джеймса.
  
После
 
Эва Кейси выглядела не столько встревоженной, сколько озадаченной, когда Роб попросил ее встретиться с ним на яхте Дэнни, «Графиня», через две недели после гибели Фрейзера Латтимера.
Роб был на несколько лет моложе, но все равно хорошо знал Эву. Помимо того что она всю жизнь проработала в баре «Стрэнд», это была по-настоящему деревенская жительница. Вышла замуж и родила детей там, где родилась. Из Вексфорда, насколько он знал, выезжала лишь иногда, в Дублин за покупками. Даже отпуска, похоже, проводила в Ирландии.
Еще не видя ее, он услышал шаги по палубе.
— Я здесь, Эва, — позвал он снизу, из каюты. Она показалась в дверном проеме, темный силуэт на светлом фоне. Все еще хоть куда. Роб коснулся подбородка и улыбнулся. Да, было время, но прошло. Сколько же он создал себе проблем, если не считать сына.
— Ну, следователь, странно, что сюда еще не водят экскурсии «Яхта призрака», — сказала Эва. — Вы же знаете, местные заведения вечно ищут, чем еще привлечь туристов.
Роб мрачно улыбнулся.
— Сначала придется договориться с Дэнни Макхью, — продолжил он. — Вы можете представить себе, как Дэнни рассказывает леденящие кровь истории о привидениях?
— Он станет гвоздем программы.
Эва спустилась по ступенькам, остановилась и огляделась по сторонам.
— Безумие какое-то, правда? — сказала она. — Ведь на этой яхте погиб человек.
— Не совсем, он умер в воде.
— Вы понимаете, о чем я. Ведь на палубе нашли кровь?
Роб кивнул. Криминалисты подтвердили, вся найденная кровь принадлежала Фрейзеру. Патологоанатом добавил, что он умер бы, даже если бы не упал в воду. Удар твердым предметом вызвал обширное внутреннее кровотечение. Брызг осталось не так много, но под черепом Фрейзера Латтимера нашли обширную гематому. Внутричерепное кровоизлияние.
Орудие убийства так и не найдено: оно, без сомнения, лежит где-то на дне моря. Теперь криминалисты трудились над одеждой погибшего. Вода смыла большую часть улик, но им удалось выделить несколько микроэлементов, которые, возможно, что-то покажут. После убийства прошло две недели, а Джеймс Латтимер до сих пор под арестом. Полиции удалось убедить судью, что Джеймс, с его связями за границей, может попытаться скрыться от следствия. Денег на залог, как выяснилось, у него нет. Но невозможно держать его под стражей без конца, нужно сдать в прокуратуру законченное дело, чтобы назначить дату суда.
Каюта, где они встретились, была просторной и комфортабельной. Вдоль бортов яхты шли диваны, обитые кремовой кожей, вдоль стен горели неяркие стеклянные лампы, но света хватало.
— Вы и Адам «Латтимер… Ведь когда-то между вами что-то было, — сказал Роб.
— С чего это вы это взяли? — спросила Эва. Роб увидел на ее лице напряжение, она приняла оборонительную позу.
— Так, говорили.
Эва замялась.
— Нет, — сказала она. — Ничего не было. Просто слухи. Дурацкие разговоры между девчонками.
— Вы так говорите… — Роб пытался найти нужное слово. — Даже не знаю. Вы об этом жалеете?
Эва пожала плечами.
— Что было, то прошло. Пожалуй, мне повезло, что мы не сошлись. Получилось бы довольно печально, ведь он исчез на десять лет.
— Ну да, пожалуй.
Роб молчал. Он ждал, чтобы она заговорила первой.
— Почему вы спрашиваете?
— Так, любопытно.
— Хм-м. И за этим вы здесь, на яхте? В смысле, ведь вы же уже знаете, кто это сделал? Все обсуждают: Джеймс Латтимер убил собственного отца.
— Похоже на то, — согласился Роб. — Но нужно еще убедить присяжных, нужно представить убедительные доказательства.
— И зачем же я вам понадобилась? — настороженно спросила Эва.
— Вам не о чем беспокоиться. В самом деле. Просто хотел спросить, может, расскажете что-то интересное про Адама Латтимера по старой памяти.
— Извините, мне нечего сказать. Это правда.
Роб кивнул. Да пошло оно все, в конце концов! Сам затеял эти идиотские поиски неизвестно чего, возможно, пора уже заканчивать. Он уже собирался предложить проводить ее до бара, но внезапно в голову пришла мысль.
 
— Сделайте одолжение, — попросил он, застыв, чтобы не спугнуть неожиданную мысль.
Эва вопросительно подняла брови.
— Туалет вон там, в конце того коридора, — сказал Роб. — Вы можете зайти туда, закрыть дверь и изобразить плач?
Эва посмотрела влево от лестницы, в узкий проход сбоку.
— Там?
— Да.
— Ну хорошо.
Роб уселся на кожаный диван и стал ждать.
Он услышал, как защелкнулась дверь туалета. Прислушался. Через минуту дверь снова открылась.
— Уже можно выйти? — крикнула Эва.
— Да, — откликнулся он.
Эва вышла из коридора.
— Вы там как, скулили или рыдали? — спросил Роб.
— Рыдала вовсю. Прямо как Гвинет Пэлтроу, когда ей вручали «Оскар». А что, разве вы не слышали?
Роб покачал головой.
— Нет. Ничего не слышал.
  
Элен
 
10 лет назад, май 2008-го
Фрейзер уже пятый раз за неделю заставлял Элен ездить вместе с ним по Вексфорду.
Ее достало все это: достало искать Райана, достало бывать в этом городе, подвергаясь риску. Из машины она не выходила, но всякий раз, когда они останавливались на светофоре, ей казалось, что сейчас увидит своего бывшего. Или, что еще хуже, его увидит отец. Того, кто обрюхатил его дочь, потратил все ее деньги и смылся обратно к жене, пока Элен валялась в психушке. Какое унижение!
Почему бы им просто не оставить Райана в покое? Хочется ему просрать свою жизнь, так чего ему мешать? Это его выбор. Кому как не Элен знать, что не всегда хочется того, что желают для тебя другие.
Она согласилась на все это исключительно ради матери. Бедная мама, она лишь хочет, чтобы все жили дружно. Изо всех сил старается, чтобы всем было хорошо. И продолжает упрашивать Элен бросить онлайн-курсы, выйти в мир и попытаться снова начать жить.
В ответ Элен возражала, что первая попытка оказалась не очень-то успешной. Но мама не отступала, и Элен понемногу начинала мечтать. Можно переехать в Дублин, где ее никто не знает. Джеймс живет в городе, и у него, судя по всему, все прекрасно. Адам учится там в колледже; скорее всего, он найдет работу в столице и останется.
Кэйт твердо намерена уехать туда теперь, когда она… как сказала бы сама Кэйт, «соответствует». Сестра говорила о столице с придыханием, так, словно это Париж или Лондон. Самым сексуальным местом в Дублине она считала аэропорт.
Опять же, если переехать в Дублин, исчезнет страх. Ее бывший не любит странствовать и жить вдали от дома, в чем она убедилась на собственном горьком опыте.
— Ты где-то витаешь, девочка.
— Что? — Элен вздрогнула, когда Фрейзер заговорил. Они уже ехали домой после очередной бесплодной поездки.
— Я просто говорю, что эти дороги пора ремонтировать, после нескольких дождливых дней на таких колдобинах и убиться недолго. А ты о чем-то замечталась.
Извини, папа. Я просто… отвлеклась.
— Ну попробуй отодвинуть эти мысли на несколько дней и немного помоги матери. Ей сейчас нужна твоя помощь. Сейчас не время валять дурочку. Что только люди думают о нашей семье!
Элен дернулась. Потом повернулась к отцу и посмотрела на него. Зачем он вообще ищет Райана? Ему вовсе не хочется его найти. И почему он все время настаивает, чтобы Элен ездила с ним?
У нее похолодело внутри. Неужели он специально возит ее в город? Неужели ему нравится смотреть, как она мучается? В конце концов вернувшись домой из Лондона, она молила о прощении, но всегда подозревала, что, по его мнению, она получила свое. Она слышала, как он тихо что-то бормочет себе под нос каждый раз, когда злится на нее. Она знала, что он о ней думает.
Элен судорожно сглотнула. Пора всерьез задуматься о переезде в Дублин. Отец, возможно, будет против, но так хочет мать. Ей двадцать девять, сколько можно жить с родителями? Если не навострить лыжи, она застрянет здесь навсегда. Если не свалить из этого дома, в конце концов она может убить собственного отца.