Шесть убийственных причин

— Простите, не думаю, что она в состоянии…
Роб поднял руку. Санитарка ненамного моложе его, возможно, двадцать с чем-то, но производит впечатление человека, изо всех сил старающегося казаться опытным профессионалом.
Роб даже не стал размениваться на обычные штампы. Просто пристально посмотрел. Санитарка подалась в сторону, чтобы Роб смог войти в машину. Следователь Даунс забрался внутрь и сел напротив невесты мертвеца.
— Соболезную вашей потере, — сказал он.
— Вы очень любезны.
Голос без выражения, каку робота. Шок. Настоящий шок, в отличие от состояния опрошенных им родных.
— Вы можете рассказать, что происходило этим вечером на борту?
Ана покачала головой.
— Вы видели кого-нибудь рядом с вашим женихом перед тем, как он погиб?
Тот же ответ.
Роб выпятил губы. Он заглянул в блокнот, перелистал страницы к показаниям Дэнни Макхью.
— Фрейзер отошел в сторону выкурить сигару примерно в восемь часов вечера, после фейерверка, — сказал он, заглянув в записи, — Перед этим, насколько я понимаю, произошел некий инцидент с участием детей. И с вашим участием? Какая-то ссора…
— Я не ссорилась с Фрейзером.
— Нет. Но он вас чем-то огорчил, верно?
Ана молчала.
— Вы не пошли за ним. Вы спустились вниз, в каюту, с остальными и сидели одна. Насколько я слышал, вы были расстроены.
Роб поднял глаза и удивился: Ана пристально смотрела на него ясным взглядом, без всяких признаков смятения и травмы.
— Фрейзер поступил очень плохо, — пояснила она. — Я просила его больше не делать важных объявлений, не делать ничего, что расстроит детей. Мне это было важно.
Роб провел пальцами по подбородку.
— Что же он такого сделал, что их расстроило?
— Вы должны задать этот вопрос им.
Когда Ана сказала это, ее глаза снова затуманились, но голос неожиданно для Роба прозвучал твердо и яростно.
— Ана, как вы думаете, ваш жених заслуживал смерти?
— Нет, — ответила она. — Конечно, нет. Никто не заслуживает смерти, только очень плохие. Очень злые.
Роб немного помолчал, думая, как сформулировать следующий вопрос. Черт с ним, лучше спросить прямо.
— От чего умер ваш первый муж?
  
Клио
 
Клио медленно шла домой из деревни. Она совершенно не торопилась, но все равно не получилось растянуть прогулку в пару километров больше чем на полчаса.
Она так углубилась в свои мысли, что, дойдя до дома, едва не пропустила сидящую в саду Беллу. Ее племянница сидела в траве, срывая ромашки с таким жалким лицом, что даже Клио не смогла пройти мимо.
Белла подняла голову, только когда на нее упала тень Клио.
— Привет.
Белла приподняла бровь и вернулась к своему занятию.
— А где твоя мама? — не смутившись, продолжила Клио.
— Собирает вещи. Приехали на два дня, а она набрала одежды, как в мировое турне.
Клио опустилась на траву, скрестив ноги, копируя позу Беллы.
— Что? — недовольно спросила Белла.
— В смысле?
— Опять будешь обзывать меня идиоткой?
— Я не обзывала тебя идиоткой. Только сказала, что не стоит ехать в Нью-Йорк.
— Ты сказала, что я, блин, тупая.
— Ну прости.
Да ладно, — пожала плечами Белла.
Клио прикусила нижнюю губу. Ей было ничуть не легче, чем сидящей напротив девушке, но она знала, что нельзя просто уйти и оставить Беллу, у которой настолько убитый вид. Слишком уж знакомая картина.
— А, не обращай на меня внимания. Я же вздорная сучка. Все так говорят. Просто… в Нью-Йорке трудно, понимаешь? Там все не так, как ты думаешь.
— Откуда тебе знать, что я думаю.
— Тоже верно. Зато знаю, чего ожидала я, а между тобой и мной не такая уж большая разница в возрасте. Ну не знаю. Может, у тебя все будет прекрасно. У тебя есть мама, в случае чего поможет. Если деньги понадобятся или еще что. Просто там сложно устроиться, вот и все, что я хочу сказать.
— Ей плевать, — прошептала Белла.
— Что?
— Мама. Она не поможет, если я уеду. Она говорит, что в восемнадцать можно уже и самой о себе позаботиться. Как она.
Клио втянула щеки.
 
— Это она сама тебе сказала?
Белла молча кивнула. Клио замялась.
— Если у нее все так прекрасно складывалось, зачем ей понадобился Джеймс?
— Мама считает, что это и означает — позаботиться о себе.
— Ясно, — Клио склонилась к кучке ромашек у ног Беллы и начала сплетать их в косичку.
— Сдается мне, что ты не из тех, кому нужен мужчина, чтобы заботился о тебе.
Белла яростно помотала головой. Клио кивнула. Она продолжала свое плетение, пока не получился браслет. Взяв руку Беллы в свою, она надела браслет ей на запястье. Девушка с недоумением посмотрела на подарок.
— Потому что ты не дура, Белла, — Клио глубоко вздохнула. — Ты красивая, веселая и умная. Не забывай. Забудь все, что я тебе наговорила. К черту зануд, о’кей? Пошли они на хрен.
Клио намеревалась произнести все более убедительно; ей это не удалось, но она все равно мысленно похвалила себя.
Белла кивнула, ее глаза прояснились, на щеках проступили красные пятна.
— Ну да, — она почти отмахнулась, но Клио видела, что ее слова не пропали даром.
— Хочу сварить кофе. Не хочешь?
— От кофе портится цвет лица, как любит повторять Сандра.
— От ботокса тоже. Рано или поздно.
Обе улыбнулись.
— Я норм, — сказала Белла.
— Ну да, вижу.
Клио встала и, секунду поколебавшись, поцеловала племянницу в макушку. Сделав все, что могла, она с чистой совестью пошла в дом.
В кухне Клио обнаружила Ану, которая сидела за столом и писала что-то в блокнотике.
— Я уйду, если желаете. Не хочу никому мешать.
— Вы мне не мешаете.
Клио налила воды в электрическую кофеварку, включив ее, она оперлась на стойку и посмотрела на Ану. Судя по выражению лица, та еще раздумывала, уйти ей или остаться.
— И давно у вас роман с Фрейзером?
— Я… не так давно. Простите, хотела сказать, довольно давно. Достаточно, чтобы он сделал предложение, а я его приняла.
— Давно живете в Ирландии?
— Пятнадцать лет.
— Вы… полька? — рискнула предположить Клио.
— Да.
— А откуда?
— Вы не знаете, — произнесла Ана с явным сомнением. — Величка.
Клио покачала головой: она никогда не бывала в Польше, знала только названия крупных городов.
— Там есть известные соляные шахты, — не без гордости добавила Ана.
— Почему вы сюда переехали? — спросила Клио. В ее голосе не было осуждения или враждебности. Она по себе знала, каково быть эмигранткой.
— Мой муж нашел здесь работу. Потом умер. Но я уже устроилась.
— Что с ним случилось?
Ана замялась.
— Я не люблю об этом говорить.
Клио внимательно смотрела на нее. За ее спиной зашипела кофеварка, сигнализируя о готовности кофе. Клио обернулась и налила себе чашку.
— Как вы познакомились с моим отцом? — спросила она.
— Ему понравились мои булки.
Клио резко обернулась.
— Что?
— У меня польская пекарня в городе.
Лицо Аны оставалось непроницаемым, но Клио решила, что все же разглядела намек на веселье в уголках ее рта. Ну да, конечно, у Аны свой бизнес: Фрейзер такого никогда не упускал. Вот вам и охотница за деньгами!
— Хотите? — Клио кивнула на свою чашку с кофе.
— Нет, спасибо. Мне надо идти.
— Идти куда? Почему вы не живете здесь, в доме? Я так понимаю, вы собираетесь когда-нибудь сюда переехать?
Ана смутилась.
— Возможно.
Клио разглядывала Ану. Не так-то просто ее раскусить. Красивая и сохранилась гораздо лучше, чем отец. Молчаливая, но не прочь поговорить, если задать ей вопросы. Клио предположила, что она умна — возможно, настолько умна, что старается этого не показывать. Фрейзер никогда бы не стал жить с дурочкой, однако при этом он должен быть уверен, что умнее его нет никого вокруг.
Отворилась дверь, и вошел Фрейзер с книгой в руке и очками для чтения на носу. За ним пробрался Тедди, прижимаясь к его ногам, но, увидев Клио, сразу подошел к ней. Она почувствовала ногами его уютное тепло.