Невеста с обременением (СИ)

После беглого осмотра, велел:
— Дона, остаешься здесь. Мне потребуется помощь. Ты, колотушка, вот что. Воду вскипяти, чистые тряпки дай. И самогону. Либо водки, если есть.
Последнее было адресовано оторопевшей от неожиданности Лили.
— Давай быстрее, — добавил, обернувшись на девчонку — И не ной, что ничего не можешь найти.
— Ага, джейт! — подскочила пигалица — Я щас, щас… Не извольте беспокоиться, щас, в три секунды всё!
  
Когда требуемое было ему предоставлено, лекарь аккуратно снял широкую рубаху с раскаленного, бесчувственного тела больной.
— Однако, красотка, — проворчал себе под нос — Сама-то постарайся, уж как-нибудь… Значит так, Дона. Вымоешь с мылом вот от сих до сих. Влажное брюхо у нашей красавицы, мне место нужно для разреза. Поняла? Отлично. Меж ног ей чистую тряпку вложи.
Проведя указательными пальцами от округлых грудей до паха магички, очертил поле.
— Неужто резать будете?! — визгнула Лили, звонко хлопнув себя по щекам — Она ж помрет…
— Режут кроликов, — заметил лекарь — А я помогаю, чем могу. Ты, если визжать будешь, так сама первая и помрешь. Страшно? Ну так и чеши отсюда.
Пигалица яростно замотала головой:
— Я не… Я молчу, молчу!
— Остаешься? — уточнил Кон — Бери водку, лей мне на руки. Так. Часы вон, ближе поставь, чтоб я видел. Саквояж мой открой. Пошире! Прекрасно. Ну всё, Дона. Поехали…
…Джейт Брир, проводив лекаря в дом и поручив его заботам женщин, отправился увести лошадей в конюшню. Устроив животных на отдых, вышел наружу.
Глотнув прохладного воздуха, и отчего-то внезапно оцепенев, долго смотрел в ярко светящееся, время от времени коротко вспыхивающее окно спальни второго этажа.
"О Боги, лишь бы получилось! Лишь бы срослось…"
Вцепившись в эту мысль всем разумом, словно бобер зубами в крепкое бревно, пошел к дому.
— Джейт, — засуетилась выбежавшая в холл Катрина — Давайте ка к столу! Там, похоже, нескоро ещё, так вы пока поешьте горячего. А лекарю я вина вскипячу. Ему понадобится, после всего-то.
Только вонзив зубы в горячий, ароматный, перчёный кусок мяса, Брир ярко ощутил, НАСКОЛЬКО он голоден! Прожевывая истекающее бульоном лакомство, искренне возблагодарил Богов. И кухарку.
— Вы чего встали, Катрина? — произнес набитым ртом — Спали бы.
— Куда уж, — отмахнулась та, расставляя на столе чашки и миски — Не до того, раз такие дела. А девка эта, Лили… Ничего, толковая. Хамовита только. Но расторопная. Много чему выучить можно, я хочу сказать. О!
Катрина подняла голову, и прислушалась:
— Закончили, вроде. Этот ваш, как его? Лекарь вниз идет.
…Через некоторое время, когда ужин был завершен, а обитатели и гости отправились на отдых, сам хозяин дома поднялся наверх.
Осторожно толкнув дверь, вошел в спальню, служившую ныне лазаретом.
Поплававши минуту в смеси ароматов водки, крови, ядреного, домашнего мыла, глаженных простыней и ещё кто его знает, какой дряни, склонился над пострадавшей.
Женщина дышала тихо и ровно, легко всхрипывая, и мелко, едва заметно, вздрагивая. От тела, слегка угадывающегося под толстым одеялом, всё также шел жар, но явно он становился слабее. В цвет лица, ещё землистый, начинали вливаться свежие, тёплые нотки…
Внезапно больная, издав какой-то всхлип, слабо дернулась, резко выпростав руку из под одеяла. Не отдавая себе отчета в том, что делает, и даже не заметив этого, джейт сжал её пальцы. Они были холодны и сухи, подушечки неприветливо кольнули ладонь Брира мелким, горячеватым стеклом.
— Джейт Кон ей дурмянки дал, — прошептала подошедшая сзади Дона — Сказал, если будет руками сильно дергать, так лучше связать запястья. Пока вроде ничего, но я всё одно послежу. Попозже Лили меня сменит. Вы идите спать, хозяин. До завтра всё равно ничего ясно не станет.
Медленно уложив руку незнакомки на место, Айвер прикрыл ее одеялом. Благодарно кивнув знахарке, вышел из спальни, и спустился вниз.
…А рано утром дом и окрестности вздрогнули от дикого, ликующего, радостного вопля пигалицы Лилианы:
— ХОЗЯЙКА ОЧНУЛАСЬ! В себя пришла! Ой ты, оюшки, воскресла…
  
Глава 3
 
Джейт Брир попытался проникнуть в спальню первым.
Но, широко распахнул дверь, одновременно с этим хлопнув ею о стену, всем телом вжался в косяк, пропуская вперед громилу-лекаря.
— Боров, мать его, — проворчал, почувствовав, как рукав рубахи, зацепившись за что-то, медленно и печально пополз вниз — А ещё говорят вас, казематных, кормят плохо! Чуть двери мне не вынес тушей своей, гребаный лепила… Поосторожней, Кон!
Совершенно не обратив внимания на увещевания хозяина дома, тот, размашистым шагом проследовав к ложу, воззрился на больную сверху вниз.
— Ну и кто тут у нас проснулся? — заурчав котом, держащим в когтях жирную мышь, довольно оскалился — Приятного утра вам, джейта! Как спалось? Как себя чувствуете?
Страдалица, с трудом приподнявшись на локтях, одарила спасителя мутным взглядом, рваным, пахнущим дурмянкой выдохом и булькающим хрипом:
— У меня болит горло… Живот словно сожгли… Что случилось? Где я? Что это за дом? И вы… кто вы?
Пока лекарь, добродушно бубня и уркая сытым голубем, кликнув Дону в помощь, занимался осмотром и перевязками, лишенец вместе с перебивающей его Лилианой, принялись понемногу просвещать растерянную гостью.
— Мы у добрых людей, барышня! — заверещала девчонка, бестолково бегая вкруг кровати — Повозке нашей швах, барышня! Но ничего, вот хозяин говорит, починят… Хорошо, лошадь цела. А с другой-то стороны, чё ей станется? Завели в конюшню, спит, да жрет. Фырчит только и лягается, зараза! Ну ничего, уж я ей задам… И… АП!
Сильная ладонь бывшего Советника крепко заткнула трескучий рот:
— Захлопни пасть.
— Верно, — полуобернулся Кон — Вот же тарахтелка, та-та-та… Ты лучше, как там тебя… Лили! Иди, скажи Катрине, пусть бульон погреет. Нашей подопечной он будет полезнее твоего словесного месива… Всё, Дона. Я закончил. Прикройте поле чистой тканью, и уберите здесь.
Вытолкав пигалицу из комнаты, лишенец подошел к постели.
Незнакомка спокойно смотрела на него.
Надо сказать, что на кутерьму, творившуюся вокруг нее, она реагировала достаточно равнодушно. Так относятся обычно к привычным каким-нибудь звукам и действиям. К жужжанию мух, например. К шуму дождя за окном. К шелесту ветра, колышащему занавески…
Что являлось тому причиной, сложно было сказать. Невыветрившаяся пока дурмянка, болванящая кровь и разум? Природная холодность? Строгое воспитание? Покладистый характер? Добрый нрав?
Вот как раз последнее джейт Брир отмёл сразу.
Сразу, как только, пододвинув к ложу больной низкий табурет и присев на него, заглянул в глаза гостьи. Прищуренные, они были ледяны и злы. Насыщенно карий взгляд, должный по идее хранить тепло за счет своего оттенка, напоминал теперь холодный коктейль с какао, густо утыканный тонкими иглами замороженного шоколада.
"Стерва, — определил он — Знаю я вас таких… Всю жизнь ищете свободную шею, чтоб оседлать её. И душу, которую можно изжевать, как тряпку. Не сверли меня глазами, красавица. Я уже знаю, чем ты мне пригодишься. Мы с тобой обсудим детали позднее. Всё решим, драгоценная. ДОРОГАЯ . Моя дорогая…" 
На какой-то миг эти два взгляда, кофейный и антрацитовый, скрестились. Скрестившись, царапнули друг друга. И дернулись, пытаясь разъединиться. Звякнули, подобно причудливо изогнутым шпилькам в руках неопытной, торопящейся на свидание, модницы.
"А может, прав был Кон в своих предположениях? — усмехнулся лишенец, забавляясь происходящим — Вот такая вполне могла дитя укокошить. Родила, шею сломала нежеланному высранку, да и бежать…"
  
Вслух же он произнес совершенно другое:
— Для начала позвольте узнать ваше имя, многоуважаемая джейта.
— Конечно, — проговорила незнакомка, уронив голову на подушку — Зовите меня Жанна.
— Хорошо, — кивнул Брир — Пусть будет Жанна. Теперь же я постараюсь пролить на ситуацию свет. Сейчас вы находитесь в поместье Брир, в Округе Констр, недалеко от Рудников Радости, Большой Каторги, Конечной Дороги и Закрытых Земель. Сбившись, предположительно, с начального пути, вы очень серьезно пострадали. И тяжело больны. Далее. Я владелец этого дома, джейт Айвер Брир, ссыльный. Это, позвольте представить, целитель, оказавший вам помощь. Джейт Кон Леран.