Путь человека (СИ)

- Без проблем, приноси. А давно этот Кулибин там появился? – решил уточнить я, так как с работой совсем отстал от курсирующих по конторе слухам.
- Вроде недавно, где-то года два назад, но за пределы городка его слава вышла совсем недавно. Наши о нём справки навели и особых грехов не нашли, правда в своём сарайчике он потихоньку гонит, но немного и качественно, так что решили его не привлекать. Видать прорезался у мужика талант, вот и решил на нём заработать, как и все в наши неспокойные времена.
- Понятно, как буду дома, загляну к этому Кулибину, ты главное завтра магнитофон не забудь, а то уеду без него.
- Понял, принял, разрешите выполнять, товарищ капитан? – в своей излюбленной манере поинтересовался Пашка, строя из себя шута.
- Выполняйте, товарищ капитан, разрешаю, - решив подыграть, ответил ему я.
Дождавшись пока друг выйдет из кабинета по своим делам, я закончил текущую работу и решил сходить в архив, чтобы ознакомиться с состоянием дел в родном городе, занимаясь этим до вечера. На следующий день, получив бумаги обозначающие мои полномочия, с дипломатом в одной руке и магнитофоном в другой, я сел на служебный транспорт и отправился домой. Сначала зайду в здание Милиции, ознакомлюсь с оперативной обстановкой, а потом домой, отосплюсь, поговорю с родителями и поем нормальной еды.
Несколько дней спустя.
Как бы мне не хотелось провести побольше времени с семьёй, работа была на первом месте. Ознакомившись с имеющимися сведениями, я засел за бумаги, пытаясь понять кто, кого, чего и сколько. И как будто этого было мало, приходилось ещё и с людьми работать, в основном с теми, кто пострадал от действий бандитов, местные милиционеры как могли помогали, но больше из-за страха и репутации конторы, чем по зову сердца, хотя и тех, кто искренне любил свою службу было достаточно.
Общая картина понемногу складывалась и закончив с первоначальным сбором информации, я отправил докладную записку на Литейный, чтобы уже на её основании большое начальство вынесло своё решение. Появившееся свободное время, я решил потратить на выполнение просьбы Пашки, чей магнитофон как раз пылится рядом со мной, а после встретиться со школьными друзьями, точнее с теми из них, кто ещё не разъехался.
Дошёл я до детского дома дворами, и поправив форму, открыл металлическую калитку. Так как на дворе было лето, большинство местных обитателей проводили летние деньки на свежем воздухе, поэтому дорогу до мастерской Василия Кондакова я решил спросить у них.
- Здравствуйте, дети, - привлёк я внимание небольшой стайке детишек лет шести, - я пришёл сюда к Василию Кондакову, не подскажете, как его найти?
- Вы заберёте дядю Васю в тюрьму? – спросил самый смелый мальчик, - Не надо, он хороший! Он Ольге Александровне денег даёт, а она нам сладости покупает.
- Никто не собирается вашего дядю Васю забирать, - немного опешив от такого напора, ответил я, - меня друг попросил починить, - я повертел в руке магнитофон, - его вещь, а говорят, что лучше вашего дяди Васи никого в этом деле нет.
- Аааа, - протянули всё понявшие дети, - тогда вам вооон туда, в сарай, - снова взял слово смелый мальчик, - только починить, это вам не к дяде Васе, а к Анжелке, она всякие штуки чинит, а дядя Вася только приносит.
- Спасибо, дети, прямо туда я и пойду, только загляну к вашей директрисе.
Шагая в сторону главного здания, я размышлял над словами мальчика, оказывается Кулибиным оказался не Василий Кондаков, а некая Анжела, судя по всему воспитанница этого детского дома. Надо будет о ней расспросить, в столь молодом возрасте, такой талант, ей уже наверно лет шестнадцать-восемнадцать, а значит скоро отправится в большой и опасный мир. Если у неё настоящий талант к электронике, то может стоит привлечь её в контору, чтобы не пропала на улицах. Впрочем, сначала разговор с директрисой, а потом всё остальное.
Нужный мне кабинет я нашёл достаточно быстро, благо вход в него находился недалеко от главных дверей. Внутри сидела женщина средних лет, которая от вида моей формы мигом растеряла всю задумчивость и подобралась.
 
- Добрый день, вы ко мне? - поинтересовалась она у меня, заметно нервничая.
- Не совсем, - примирительным тоном ответил я, - но разгуливать по территории детского дома не уведомив вас, было бы нарушением.
- Да-да, конечно, - продолжающая нервничать женщина, встала со стула, - вы из-за жалоб на воспитанников, или с проверкой? Что-то произошло?
- Нет, на самом деле я к Василию Кондакову, по делу, - я продемонстрировал свою ношу, - тем более проверять вас должно совсем другое ведомство.
- Да, конечно, просто я немного перенервничала после последних событий, сами знаете, сейчас не спокойно.
- Конечно, в том числе поэтому я здесь. По приказу сверху проверяю криминогенную обстановку. Но вернёмся к делу, я могу увидеть Василия Кондакова?
- Да, конечно, пройдёмте.
Выйдя из-за стола, она вместе со мной вышла из кабинета и закрыла за собой дверь. Из-за нервозности директриса не смогла долго сохранять молчание.
- Вы знаете, Василий человек хороший, ветеран войны, а…
- Я в курсе про его деятельность и ничего против не имею. Знаю и про то, что на самом деле всей починкой занимается не он, а воспитанница, если тут нет принуждения к труду, то никаких проблем не будет.
- Что вы, Анжеле самой в радость всем этим заниматься, - горячо заверила меня директриса, - с остальными детьми она не особо контактирует, зато со всякими техническими штуками возится с удовольствием. У нас, конечно, официального диагноза нет, но у девочки точно психопатия, так что мы стараемся быть с ней по мягче, тем более всё что ей скажут она делает, конечно с одеждой сначала были проблемы, но сейчас всё успокоилось.
- Психопатия, - я пытался вспомнить, что это слово значит, - это что-то вроде проблем с выражением эмоций?
- Абсолютно верно, с этим у неё совсем плохо, особенно когда она пытается улыбаться, жуть берёт, - женщина хотела было перекреститься, но бросив быстрый взгляд на меня, остановилась, - зато умненькая, сразу из первого в шестой прыгнула, за полгода сдав все экзамены.
- Действительно, умная.
- Она хотела и дальше прыгать по классам, но комитет образования запретил переводить её дальше, говорят, пусть сначала подрастёт. И вообще, она в три сама читать научилась, а после её только с книгой и видно было, пока её к себе Василий Иванович под крыло не взял, думали совсем всё с ней плохо, но ничего, отошла, даже общаться с другими детьми начала, пусть пока только в виде обучения.
Асоциальная, замкнутая и при этом очень умная, да половина НИИ такими забита, точно нужно присмотреться к девушке, может лет через пять ещё один прекрасный учёный вырастет.
- Вот мы и пришли, - остановившись у обитой железом двери, сказала директриса, из-за которой слышался тонкий голосок, - Василий Иванович сейчас там, совсем недавно выписался из больницы.
- Что-то случилось? – заинтересовался я.
- Сам он не говорит, но похоже его избили за отказ сотрудничать, - полушёпотом сказала директриса, - но я вам ничего не говорила.
- Понятно, разберёмся, - сделав себе зарубку в памяти сходить в больницу и посмотреть статистику, я открыл дверь и вошёл внутрь.
Первое, что мне бросилось в глаза – это освещение и порядок. Несколько ярких лампочек висели под потолком и разгоняли темноту, причём висели они пусть и без плафонов, но всё равно выглядели аккуратно. Чистота тоже вызывала удивление, обычно такие помещения завалены разным мусором и хозяйственным инвентарём и убираются только перед большой проверкой, здесь же полы были начисто выметены, а лопаты, грабли и прочее аккуратно стояли вдоль стены.
Само помещение было разделено на несколько частей кусками ткани, и если в дальнем углу таким образом скрывали самогонный аппарат, судя по булькающим звукам оттуда, то что происходило за второй, мне было непонятно. Прислушавшись, я понял, что кто-то очень молодой читает лекцию.