(Не)милая Мила (СИ)

— Мы договаривались, что я буду заниматься трудовыми делами. Но не договаривались, что Мальцев будет сваливать на меня весь шлак и представлять клиентам своей помощницей.
— Послушай, я знаю, что он не самый приятный человек, но… как специалист…
— Да, на голову выше меня, — перебила я. — Не спорю. Легко быть крутым специалистом, выбирая очевидно выигрышные дела и сливая те, где есть малейший риск проиграть.
  
— В нашем деле нет шлака. Если человек обратился к нам за помощью, мы должны приложить все усилия, чтобы…
— Петрович, не в каждой корриде побеждает тореадор, иначе никто и смотреть бы не стал.
— Да, Мила, — вздохнул он. — Не лучшим образом на тебя госслужба повлияла, не лучшим. Ладно, иди.
К себе я вернулась в самом распоганом настроении. Вышла, называется, из отпуска. Чтобы отвлечься, взяла одно из текущих дел, заседание по которому должно было состояться через неделю, и еще раз проверила по списку документацию. Чего-то не хватало. Проверила снова — точно, нет одной важной справки. А поскольку клиент за повышенную плату от участия полностью устранился, шляпа была исключительно моей.
Подрывайся, МилПална, и белочкой скачи за бумажкой.
Получив необходимую выписку из реестра, я посмотрела на часы. Время обеденное, до Лешкиного офиса пять минут пешком. Набрала и предложила вместе пообедать. Приземлилась в итальянском ресторанчике, сделала заказ, и тут позвонил Юрка.
— Милый, у меня новости, — едва поздоровавшись, он бросился в карьер. — Помнишь, мы о «Скандии» говорили?
— Да, и что?
— Можешь сегодня подъехать? Лучше прямо сейчас?
— Куда, — растерялась я.
— К ним в центральный офис, на Звенигородскую. Я сейчас там.
Пообещав приехать через полчаса, я увидела краем глаза подходящего к столу Лешку, который последнюю мою фразу услышал и поинтересовался, куда это меня несет. Объяснять времени не было, обошлась краткой информацией, но ему явно не слишком понравилось.
Прыг-скок, колобок. Хорошо, что метро рядом. На такси получилось бы дольше. Интересно, Лешка догадается забрать мою карбонару с собой? В животе в ответ заурчало — ну и ладно, переживу.
Только бы получилось, только бы взяли! Юрка позвонил, когда я сидела и думала о том, что мое возвращение было ошибкой. Я и раньше это знала, поэтому и тянула до последнего, до того момента, когда уже совсем других вариантов не было. Но тогда еще не представляла, насколько это ошибка. Не будь Мальцева, может, еще и вписалась бы обратно, через не хочу. Но вот так… нет, спасибо.
В офисе «Скандии» меня ждали. Секретарша, едва услышав фамилию, кивнула на обитую вишневой кожей дверь кабинета. Из пятерых мужчин я знала лишь двоих: Юрку и его шефа Сафонова. Остальные после церемонии знакомства оказались генеральным директором «Скандии», исполнительным и начальником юрслужбы.
Мусолили меня довольно долго, но доброжелательно. Юрка изображал лицом что-то такое подбадривающее: не дрейфь, мол, все будет окей. У меня взмокла спина и задница.
— Ну хорошо, Людмила Павловна, — улыбнулся наконец генеральный. — В общем и целом вы нас устраиваете. Мы еще посовещаемся и вам сообщим.
— Спасибо, — поднялась я, с чавканьем отлипнув от стула. — Буду ждать. Всего доброго.
Юрка сделал какой-то сложный знак: подожди меня. Вывалившись в приемную, я с трудом перевела дух и спросила секретаршу:
— Можно я у вас тут посижу немного?
— Конечно, — кивнула та. — Кофе хотите?
Желудок обиженно квакнул, но ему пришлось обойтись чашкой черного кофе. Наконец появились Юрка с Сафоновым, который ушел первым, мы — следом.
— Тебе еще надо на работу? — спросил Юрка.
— Надо.
— Жаль. Думал, посидим где-нибудь. А вечером?
— Давай, — согласилась я. Все-таки он был более-менее в теме, которую хотелось обсудить.
— Во сколько подъехать?
— К шести.
На работе меня уже ждал клиент с очередным тухлым трудовым делом: Мальцев решил добиться своего не мытьем, так катаньем. Выслушав бедолагу, я приняла у него документы и дала подписать типовой договор, надеясь втайне, что заниматься этой безнадегой придется все-таки Славику.
До шести оставалось еще полтора часа, и я занялась мелкой текучкой, пока не спохватилась, что надо предупредить Лешку. Подтачивал червячок, что он наверняка будет пыхтеть, но…
В конце концов, у меня есть жизнь и за периметром наших отношений.
С Юркой мы зависли в ресторане надолго. Сначала обсуждали мою будущую — хотелось на это надеяться! — работу, потом перескочили на личное. Тут у меня были опасения, не продолжатся ли ностальгические сожаления, но Юрский взял себя в руки. Хотя лучше у него не стало. Наоборот. Он нашел какую-то девицу, но это явно было назло врагам — даже если рыжая об этом и не подозревала. И угораздило же беднягу так вляпаться!
Когда я вернулась домой, Леха с мрачным видом сидел на диване с миской попкорна. Старательно пялясь на экран с рекламой ОСАГО, он поинтересовался мерзким тоном:
— Ну что, хорошо погуляла… с Юрой?
Алексей
Я не собирался говорить ничего подобного. Ну да, сидел, тихо злился, что она где-то бродит, а я ее жду, но уж точно не хотел ругаться. А когда она заявилась в двенадцатом часу, пердак вдруг неожиданно сдетонировал. Будто вылез из болота какой-то тупой мудак и ляпнул.
Милка остановилась на пороге, словно споткнулась. Брови взлетели, губы сжались в минус, ноздри раздулись, как у скаковой лошади. По всем приметам, сейчас должен был случиться ядерный взрыв. Может, даже термоядерный.
Но вместо этого она развернулась и пошла в прихожую. Бахнула дверью, да так, что с вешалки свалился зонтик. Каблуки процокали к лифту. Я вышел на кухню, остановился у окна, глядя во двор.
Идиот, твою мать!
Выйдя из парадной, Милка быстро пересекла двор и скрылась под аркой. Я набрал ее номер — сбросила. Еще раз — телефон оказался вне доступа. Куда ее понесло на ночь глядя?
К Юре, наверно, подсказал мудак-из-болота, получил пинка и с кваканьем уполз обратно в тину.
Что еще за Юра такой? Она никогда о нем не упоминала. Кто-то из бывших? Наверняка близкий знакомый, если на работу ее пристроил. Хотя… с какой стати ей о нем упоминать. Мы вообще бывших не обсуждали. Я и детали развода с Майкой ей изложил только потому, что та приперлась в ресторан на Мурзанову днюху. И она мне про Инкиного отца рассказала, когда пришлось работу поменять. Наверняка до него были и другие. Как и у меня до Майки. И после Майки. Я, правда, с ними все отношения прекращал сразу, но бывает же, что люди расстаются пусть даже не друзьями, но и не врагами.
Черт, а ведь все шло так хорошо. Думал, подадим наконец заявление.
Правда, куда ее понесло? К подруге какой-нибудь? Я вспомнил, как сказал Егору, что не знаю ее подруг. Только Ольгу один раз видел, начальницу ОМС в комитете. А, и соседку еще. Но соседка точно отпадает. А может, на дачу поехала? Но тогда вызвала бы такси. Нет, вряд ли, на работу же утром.
Полночи я бродил по квартире, пил кофе, крыл себя матом, смотрел в окно и прислушивался к лифту. Ближе к утру прилег, не раздеваясь, на диван и проснулся от воя будильника.
Милка так и не вернулась, и телефон ее по-прежнему был недоступен. Я собирался на работу, злясь попеременно то на нее, то на себя. На себя больше.
«Мил, прости, — написал в воцап. — Я идиот!»
Жевал бутерброд, запивая кофе, и поглядывал в телефон. Одна галочка… Заблочила? Или все еще не в сети?
Написав Юле, что задерживаюсь, я поехал к Милке на работу. Десять часов, по идее, уже должна была прийти.
  
— Вам назначено? — оглядывая меня с ног до головы, поинтересовалась худосочная администраторша на ресепшене.
— Да, — нахально ответил я.
— У Людмилы Павловны сейчас встреча, подождите, пожалуйста, — девица показала на диванчик в холле.
Ждать пришлось долго. Кажется, я успел перелистать в телефоне пол-интернета, уже через пару секунд забывая, о чем читал. Наконец дверь одного из кабинетов открылась, выпустив пожилую пару. За ними вышла Милка и остановилась, глядя на меня.