Нефритовый диск Би
Сами маневры начались через сорок минут. Прошли штатно, Татьяна мягко коснулась корабля Валерия, включились магниты, но их усилия не хватило, чтобы конус и выемка сами соединились между собой, и переговорная «папа-мама» вошли в друг друга. Многие потом в отряде смеялись над Валерием, что не смог он устроить «секс на орбите», дескать, мягковат оказался. Сработали через Землю, для внешнего мира, вне отряда космонавтов, «у них все получилось». Их все хотели «поженить», а у Валерия была жена и сын, но весь мир ждал подобной свадьбы на орбите. На что Татьяна прямо сказала в отряде, что до своего тридцатилетия она собирается летать, а не пеленки стирать. Поэтому пусть даже и не рассчитывают. Все посмеялись и разошлись, напевая Утесова: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь…». Но это было позже.
Отключив, после сеанса телесвязи с Землей, электромагниты, а соответственно, крепко озадачив конструкторов новым стыковочным узлом, они отчалили друг от друга. Сошлись вновь через трое суток, теперь маневрировал Быковский, но результат остался прежним. В море вода позволяла контактам соединиться, на воздухе и в барокамере, тоже. А в космосе система отказалась работать. Как только она доложила, что горох взошел, на четвертые сутки последовала команда на спуск.
Таня отстрелила стыковочный узел, спуск шел на автомате, хоть она и просила дать ей возможность еще немного «порулить». Но врачи были удивлены ее гиперактивностью на орбите. Отдыхала она мало. И настояли на ее возвращении на Землю. Перед разворотом корабля, он сунула кристалл в карман, сняв с него нитку и вытащив эбонитовую шпильку, на которой он поднялся в космос. Надежно закрепила его в кармане, чтобы не дай бог не выскочил при перегрузках. Он – член экипажа. Но магнитные свойства он опять «потерял», поэтому на Земле требуется срочно найти ему замену. Иначе можно вылететь из отряда, как пробка из бутылки. Похоже, что спускают до срока ее не просто так. Заработал тормозной двигатель и через некоторое время Таня увидела, как языки пламени начали облизывать корабль. Один за другим заработали тормозные парашюты. Ускорения достигали 10 g. Спуск с орбиты ей не понравился совсем. Но, ее выбросило из кабины. Раскрывшись, она увидела ниже себя парашют корабля. Вокруг, на сколько хватало видимости, сплошная лесостепь, пара озер и какие-то каналы. Довольно много деревень. Район обжитой. Вертолетов спасательной группы пока не видно. А вот Ан-12 невдалеке крутится. «Аннушек» первого полка пока не видно. Хотя приземляется она «в заданном районе». Но район – понятие растяжимое. Сама площадка приземления находилась в 500 километрах от этого места, восточнее. Спустившись ниже, она увидела, что у канала работает экскаватор и стоит несколько самосвалов. И она решила приземлиться там, чтобы успеть найти что-нибудь магнитное. Над ней прошел «Ан-12», из которого выпрыгнуло пять человек-спасателей на УТ-2р, которые завиражили, стремясь максимально увеличить вертикальную скорость. А она направилась от них, в сторону механизаторов. Магнитик она нашла, как раз у тех людей, от которых убегала. У механизаторов его не было видно, а спрашивать о нем не стоило. Спасатели установили тент, чуть в стороне от места приземления, и один из них вытащил из кармана швейцарскую игрушку: магнитный конструктор. Намагниченные палочки и шарики, из которых можно было собирать молекулы и кристаллы. Он учился на заочном на нефтехимика, как он это объяснил. И это приспособление ему подарили.
– Махнем, не глядя? – предложила Татьяна.
– Только на то, что побывало в космосе.
– У меня с собой только то, что там находилось чуть больше четырех суток.
Фирменный космический стропорез в титановом корпусе и с титановым лезвием его полностью и целиком устроил. Он сам глазами показал на него. Таня зажала его в руке, и у парня не хватило сил отказать первой женщине-космонавту. Потом он ее учил создавать фигурки из него, пока не села первая «Аннушка», доставившая их на аэродром в Купино, откуда и были эти АэСэСники. За кораблем этим временем прилетел Ми-6. Коробочку удалось незаметно переложить в одну из сумок, которые полетят с ней в Ласточку-2. Теперь Татьяна лихорадочно вспоминала, как обставить «находку», ведь абсолютно все предметы в корабль попадают по списку, вплоть до последней шайбочки. И если она куда-нибудь упала и закатилась, то ее ищут и извлекают во что бы то ни стало. Через два часа на аэродроме Крайний ее встретили друзья и представители Госкомиссии. Был среди встречающих и Королев. Несмотря на плотный график, он остался встретить ее. Выпроводив всех из комнаты, в которую ее поместили на аэродроме, устроил допрос: почему в журнале нет записи о том, где и как найден магнит?
– Случайно, Сергей Палыч. Обратила внимание, что в складной ложке (а это довольно сложный складной нож со многими лезвиями), лежит какая-то палочка. Сумела достать ее, она оказалась магнитом.
– Врешь ты все. Покажи твоего «бориса»!
Она залезла в карман, расстегнула кнопки, вытащила мягкий мешочек и «артефакт». Королев попытался поднести к нему палочку, но тот не реагировал, оставаясь диамагнетиком.
– Есть несколько кадров, где твой кулон ведет себя очень странно, нарушая законы физики, например, он висел длительное время острием к Земле, помогая тебе ориентироваться в пространстве.
– Не обращала внимания, Сергей Павлович. Ой, нет, точно, один раз видела, и толкнула его пальцем. Скорее всего, его нитка туда утягивала. Я потом сняла его с нее.
Королев тяжело выдохнул воздух. Сложил пальцы в замок, и несколько минут молчал, что-то обдумывая.
– Ладно, будем считать это случайностью, счастливой случайностью, благодаря которой мы смогли полностью выполнить программу твоего полета. Трудно было?
– Что?
– Делать ремонт в космосе?
– Нет, только боялась винтики и шайбочки потерять. А так, я даже ручки развернула выступами в нужную сторону. Кто-то перепутал их при установке, там двойной вырез под резиновый штифт. Поэтому поставили наоборот. Выступ надо делать один, или под углом.
– Брали готовую рукоятку. Учиться тебе надо, настоящим образом, как говаривал Владимир Ильич. Принято решение о прекращении полетов кораблей «Восток». Хотя их еще шесть штук. Переделаем в «Зениты». Они себя исчерпали. Следующий раз полетишь без своего «бориски».
– Ни за что! Он – мой талисман. Даже если он мне помогает или пытается помочь, так ведь это хорошо! Он же нашему делу помогает. Общему делу. – Она взяла камень и поцеловала его.
– Вот, коза-дереза! Выпороть бы тебя! – Королев прикрыл глаза и показал большой палец левой руки.
– Спасибо, девочка. Ты оправдала мои надежды. Полетишь в апреле с Ёркиной, а возвращаться будешь с Пономаревой. Что тебе сейчас хочется больше всего?
– Спать, Сергей Павлович. Устала, только сейчас стала понимать, насколько я устала.
– У врачей большие претензии к тебе по поводу твоего отдыха. Смотри у меня! – он погрозил ей указательным пальцем. Встал и вышел. Больше никаких людей к ней не допустил. Через девять часов они вылетели в Москву. За это время успели посадить, найти и встретить Быковского. Он установил рекорд продолжительности одиночного полета. «Двадцатый» не желал ничем и ни кем рисковать. Все было подчинено одному: оторваться от американцев, сделать то, что им недоступно.
Это полностью совпадало с настроением в верхах, поэтому космический проект, несмотря на его дороговизну и малую отдачу обратно в экономику, продолжал развиваться. Также очевидным было то обстоятельство, что, если мы отстанем – это будет навсегда. Просто не дадут денег. Этого – достаточно.
Глава 6. Послеполетные сложности или «медные трубы»
Затем была красная дорожка от трапа самолета до места, где стояло высшее руководство Союза ССР. Липкие поцелуи щеках, оставляющие жесткое желание поднять руку и вытереться. Но кругом и всюду кино и телекамеры. Все снимается на пленку, не важно какую. Для истории. Истории чего? Хотя, это первые шаги человечества в очень враждебной среде даже ближнего космоса. Робкие и неумелые, но отчаянно смелые. Если бы не рискнули тогда, 12 апреля 61-го, то до сих пор бы сидели на Земле. Самолет братьев Райт был весьма далек от совершенства, но он – летал. Через него привлекались новые умы и финансы. В итоге, авиация стала одним из важнейших условий победы.