Цветок пустыни (СИ)

Я помолчала, переваривая новость. То-то поведение Киса казалось другим, не таким, как раньше. Но тогда, полтора года назад, я была поглощена своим горем, и потом на меня столько свалилось, что я просто забыла расспросить.
— И кто он?
— Ваш отец, дэсай ар Ньерри.
У меня внутри всё болезненно сжалось от нахлынувшей волны горечи и сожаления о потере родителей. Я так умело затолкала чувства на задворки памяти. Убедила себя, что пережила их утрату. Да ничего подобного! Признание Киса всколыхнуло боль.
  
— Конец связи, — смахнула голограмму и упала на кровать лицом вниз. Драконы не умеют плакать. Но чувствуют не меньше других существ.
— Эолайн, открой дверь, — именно в этот момент в дверь позвонил Эрган, и я увидела его изображение на экране двери. Панель активировалась при приближении объекта на расстояние полуметра.
Я подскочила с кровати и опрометью бросилась к двери, открывая сенсорный замок.
— Эрган! — набросилась на дракона ураганом и втянула его в помещение. С приходом мужчины места в каюте сразу стало до духов мало. Дракон своей мощной фигурой словно вытеснил вместе с воздухом и пространство.
— Что с тобой? — озадаченно выгнув бровь, он осмотрел меня с головы до пят, ещё и принюхался.
— Это всё Кис, — подбирая слова, я рассказала о том, что узнала от андроида и о чём догадывалась после его слов.
Эрган выслушал внимательно. Я видела, что он понимает, о чём я говорю. За эти полтора года дракон приобрёл самые разноплановые знания. Его интересовали буквально все сферы науки.
— Тебя это беспокоит? Если да, то можно поговорить с Кирианом и сделать откат до заводских настроек.
— Нет! — я аж взвизгнула от подобного кощунственного предложения. — Ни в коем случае. В Кисе хранится частично память отца, его сознание! Меня всё устраивает. Только признание оказалось неожиданным, вот я и растерялась.
— Требуется твоё присутствие на палубе «С», — озвучил Эрганн то, ради чего пришёл. 
  
Глава 6. На орбите
 
Проход через червоточину прошёл без эксцессов. Капитан Плат мягко вывел корабль из режима гиперскорости, но пока не возвращал искусственную гравитацию. Это было разумно. Без ущерба для здоровья только драконы способны переносить изменения скорости и резкие перепады давления. Остальным существам требуется и премедикация перед прыжком, и после вводятся препараты, способствующие восстановлению организма.
Контроль над состоянием каждого пассажира и члена команды осуществляла команда бортовых медиков с использованием возможностей искина «Ковчега».
Пока корабль был похож на собственный призрак, я покинула каюту и отправилась в кают-компанию выпить настоящий заварной кофе. В коридорах мелькало оранжевым аварийное освещение. В рамках протокола через пять минут, если всё прошло, как положено, оно должно будет смениться на обычный дневной свет с длинной световой волны, равной уровню солнечного утра на Алракисе.
Я свободно прошла в техническое помещение кухни. У меня, как у владелицы «Ковчега», был доступ ко всему на этом судне, кроме отсека с двигателем.
В закреплённых шкафчиках нашла начатую пачку кофе. Аромат мягко обжаренных зёрен приятно пощекотал рецепторы, вызывая предвкушающую улыбку.
Кофемолка нашлась тут же, закреплённая на столике рядом с большим пищевым автоматом. На этого зверя я покосилась с опаской. Он издавал разные чавкающие и булькающие звуки. В автоматическом режиме шло приготовление очередного завтрака. Хотя по времени это мог быть и ужин. В космосе понятие утро-вечер условно, определяется только включением и выключением верхнего света, согласно привычному для команды суточному режиму.
— Я заслуживаю чести получить чашечку кофе из рук прекрасной дэсы? — раздалось за спиной, и я резко развернулась к Эргану. Он стоял, сложив руки на груди и оперевшись на край столешницы бедром. — Ты как?
— Прекрасно. А что, может быть иначе?
Настроение было замечательным. До Каракса оставалось полдня пути, а там меня ждало столько всего интересного, что дух захватывало от перспектив и возможностей.
— Ты не сожалеешь? До Каракса осталось совсем близко.
Эрган подошёл со спины так близко, как не подходил все семь дней. От этой близости меня повело. По позвоночнику вниз к хвосту пробежали колкие мурашки, в области лопаток всё приятно напряглось, зазудело, словно фантомные крылья пытались развернуться. Я прогнулась, прижимаясь спиной к своему дракону и откидывая голову ему на плечо.
— О чём я никогда не буду сожалеть, так это о встрече с тобой. Алракис, Каракс — не имеет значения. Мой дом там, где ты, любовь моя.
Мужчина уверенно обхватил меня руками за талию и развернул лицом к себе.
Синие глаза с золотой мерцающей щелью зрачка смотрели с желанием. Я довольно выдохнула, избавляясь от неуверенности из-за натянутости в наших отношениях во время всего полёта. Я первая потянулась за поцелуем. Мужчина дразнил, отклонялся, заставляя меня тянуться к нему, к его манящим губам. В нескольких сантиметрах я остановилась, полностью распластавшись по сильному телу и охватив могучую шею руками. Замерла, всматриваясь в глаза моего дракона. Мне нужен был ответ на закономерный вопрос: простил ли он меня? Или только позволил сгладиться напряжённой ситуации перед встречей с отцом.
Мужчина качнулся, подминая меня под себя, охватывая рукой затылок так стремительно, что я только хекнуть успела. Его поцелуй был по-звериному напористым, изголодавшимся. Я тихонько заскулила ему в рот, вжимаясь крепче в тренированное тело.
Своими сплетёнными телами мы смахнули со столешницы пачку кофе. Та с шумом шлёпнулась под ноги, рассыпая драгоценные зёрна. Маленькие роботы уборщики принялись за своё дело. Бездушным машинам было всё равно, что тут на кухонном столе проходило примирение двух вечных существ. Никакого пиетета!
Вжикнула входная дверь камбуза и тут же закрылась с чьими-то громкими «ой!» и «ого!».
Мы же продолжали жадно целоваться. Вот не знаю, сколько бы это ещё продлилось, если бы дверь вновь не открылась, и за спиной Эргана не послышался уверенный голос капитана Плата:
— Дэсай ар Кьерри, вы выбрали неудачное место для своих брачных игр. Вы нарушаете устав корабля. Используете места общего пользования не по назначению. Пройдите в каюту и там занимайтесь созданием потомства.
Совсем оглушённая страстью моего дракона, я непонимающе выглянула из-за плеча Эргана. В дверях, за спиной капитана, толпились члены экипажа и даже часть учёных с улыбками во всё лицо.
Драконы не умеют краснеть, но в жар меня бросило — думала, испепелюсь.
Эрган прикрыл меня своей широкой спиной, давая время привести одежду в приличный вид. Магнитные застёжки на кителе оказались полностью расстёгнуты. А майка задрана до груди.
— К сожалению, у нас пока не брачный период, — невозмутимо произнёс он. — Дел, знаете ли, невпроворот, некогда нам. Вот сейчас кофе варим.
Зрители за спиной капитана прыснули от смеха. Даже невозмутимый Плат дёрнул уголком губ.
— Позвольте этим заняться стюардам. Вы мне нужны для другого дела, дэсай ар Кьерри. Дэсу ар Ньерри я тоже жду. Мы приближаемся к орбите планеты.
Капитан развернулся уходить, и сразу же рассосалась и толпа зевак. Два кухонных работника прошмыгнули мимо нас к истерично пищащему пищевому автомату.
Мы с Эрганом молча последовали за капитаном.
В рубке несли дежурство трое: второй пилот, навигатор, главный техник.
Плат отдал голосовую команду искину, и в зоне проецирования карт развернулся вид космоса с отображением нашего текущего расположения. Пунктиром была обозначена траектория движения к голубовато-жёлтой планете моего жениха.
Когда я в прошлый раз попала на Каракс, то на его орбите не было абсолютно ничего. Сейчас же картина разительно отличалась. Ближний космос планеты «ожил».
Я с интересом рассматривала проекции малых патрульных кораблей. С обнаружением Каракса и внесением его во все каталоги возникла опасность набегов пиратов. Планета была молода, богата драгоценными металлами и самоцветами, редкими минералами. При этом уровень развития был феодальным, и технический прогресс еще не пришёл на планету. Общим решением Большого Совета эмиров был принят ряд законов, запрещающих ввоз и использование современного оружия и технологий по его изготовлению. Драконы не хотели менять строй, но понимали, что взаимодействия с внешним миром не избежать. Поэтому Караксу присвоили категорию «заповедника». И для его защиты эмиры в складчину наняли космический флот для защиты от несанкционированного проникновения, ввоза контрабанды и пиратов. Эрган с моим братом лично подбирали капитанов и команды для несения службы.