Книга 1 Маг. Мера силы ноль (СИ)

Я потянулся за ремнем, а она в этот момент прильнула ко мне и поцеловала, да так откровенно, что я на мгновение, но растерялся.
— Это что? Розыгрыш? — ну не бывает так, чтобы роскошная девушка среди ночи садилась к неизвестному в машину, и сама себя предлагала, а её действия по-другому трактовать было невозможно. Голова резко прояснилась и все посторонние мысли улетучились. Мозг перебирал ворох информации.
— Изула? — на вид лет двадцать, короткие волосы чёрного цвета, спортивного телосложения... Она не ответила, но я и так понял, что угадал.
— А я...
— Заткнись, — грубо она меня перебила. — Я не должна знать твоё имя.
Странности копятся как снежный ком.
— Так куда тебе?
— Никуда. Я еду с тобой!
Она с выжиданием смотрит на меня, а я на неё. Да если бы она сказала сейчас, что едет на северный полюс, я бы её сопроводил. Но почему-то к себе вести её не хотелось.
— Хорошо, — решился я. — Только у меня... Дом больше предназначен для работы, чем для отдыха.
— Мне ты нужен, а место не имеет значения.
Мы несколько минут ехали молча, и я обдумывал ситуацию. Изула ценный информатор, и нужно бы её расспросить, может, чего полезного сболтнёт, но из меня плохой шпион, и задавать наводящие вопросы я не умею, поэтому спросил в лоб.
— Как помешать Хельде увезти Олю?
— Никак.
Я на мгновение посмотрел на неё и обратно вернулся к дороге. Её грубость можно было трактовать как угодно от «отвали» до «не знаю», но её дальнейшие слова всё прояснили.
— Мариель уже перешла. И когда я её там найду, то оторву сначала руки, а потом и голову, — совершенно буднично сказала Изула.
Мариель, так они Олю зовут. Не знаю, откуда у неё такие сведения, но я не сомневался, что это правда. И то, что она рядом была с загородным домом, тоже не совпадение. Искала её! Они враги, но сейчас она моя зацепка и временный союзник.
— Ты сама-то вернуться сможешь? Это тебе не на машине доехать.
— Ваши машины мне нравятся, жаль, что их нельзя взять с собой. Это единственное, по чему я буду скучать.
Но на мой вопрос она не ответила, значит, способ у неё есть. Тем более нужно держаться рядом с ней. Я ещё раз на неё посмотрел, но прежде чем вернуться к дороге, взгляд сам собой скользнул вдоль её тела, запоминая каждый изгиб.
— Потерпи, скоро отведаешь меня, — это было сказано таким голосом, что сердце пропустило удар..., оба сердца пропустили, так— то они у меня работают синхронно. К горлу подкатил ком, и я с минуту не мог произнести ни слова.
— Зачем тебе это? — я нисколько не сомневался в том, что она не просто меня дразнит и провоцирует. Было в ней что-то... военное и прямолинейное. — И почему со мной?
— Красивый, сильный незнакомец. Это про тебя?
— Насчёт красивого не уверен, а в остальном про меня.
— Да ещё и скромный. Шрамы тебя украшают. Молод, полон сил. То, что надо.
— Шрамы может и украшают, только мои окружающих пугают.
Мы ехали больше часа, но разговор был о пустом, и мне не удалось узнать ничего важного. У неё и так было откровенное платье, так она ещё и беззастенчиво раскрывалась передо мной, чем отвлекала от дороги. Я никогда не был эмпатом, но сейчас отчётливо понимал, что она чувствует: огонь в ней разгорался, и она намеревалась сгореть в нём дотла.
Моя воля стала меня подводить. Мысль остановиться и накинуться на неё посещала всё чаще и чаще и ведь она сама демонстрировала, что хочет этого. Её голос давно был бархатным. Я держался на одном характере. С ней нельзя! Опасно, но голос разума становился всё тише и тише. Это не могло быть магическим воздействием. В нашем мире магии нет, я давно в этом убедился. Вот и мои обереги молчали. Это чистая природа и физиология, и она знала, куда и как бить. Прямо сейчас не было Константина и Изулы, только мужчина и женщина. Меня тянула к ней. Руки давно вспотели.
— Сопротивляешься? Это хорошо. Так-то я люблю нежных мужчин, но сегодня не тот случай. Сегодня мне нужно много грубости. Ты ведь будешь со мной грубым?
— Да, — ответил я до того, как осознал вообще смысл её слов.
 
Она залезла в сумочку, и я краем сознания отметил, что она достала оттуда какую-то статуэтку.
— Кто это?
— Афродита, богиня красоты и любви. Я ведь похожа на неё?
Я не придал её вопросу значения, но потом понял, что она с выжиданием ждёт моего ответа. Мне давно было нужно остановиться и прогуляться. Оставаться с ней в одной машине становилось очень тесно.
Я взял статуэтку и вышел, а она осталась в машине. «Не знает, как расстегнуться», — подумал я почему с усмешкой. Изула не была на неё похожа, и была одновременно. Если вглядываться в черты лица и формы тела, то это была не она. Но желание держать её в руках, любоваться ею были очень сродни ей.
— Ты поможешь мне? — услышал я её голос из машины.
Я знал, что я помогу, а также знал, что за этим последует, но давно был уже на грани срыва. Ещё до того, как я расстегнул ремень, она уже обняла меня и прильнула ко мне. С ней на шее я вышел из машины. Несмотря на кажущуюся её хрупкость, она мне показалась тяжёлой. Обнимая её, я подмечал, насколько мягкая её кожа, под которой ощущалось сильное тело. Такого результата невозможно достичь, занимаясь в фитнес— центре. Это тело было заточено на выживание в тяжёлых условиях. И сейчас она целиком и полностью моя, ощущение такое, как от обладания тяжёлым вооружением с убойной мощностью в руках.
Моё тело свело от напряжения, когда она без всякой осторожности впилась в меня ногтями. Удовольствие от её губ было соизмеримо с болью от её укусов. Когда я был уже на грани и готов был содрать с нее то, что по недоразумению называлось платьем, она сначала отстранилась от меня, но, когда это ей не помогло, подтянула ноги и силой оттолкнула меня. В этом состоянии, доведённый до высшей точки напряжения, за такое я был готов даже убить, и через затуманенный разум до меня не сразу дошёл смысл её слов.
— У тебя есть деньги? — повторила она.
— ЧТО?! — я очень нервно от напряжения рассмеялся. Это было настолько абсурдно, что я ничего не мог с собой поделать, а потом пошарил карманы и рассмеялся еще сильнее. — Карточки принимаешь?
— Нет, — совершенно серьезно ответила она. — Нужна монета, любая. Это очень важно. Всего одна момента.
Я нашёл в дверце машины и передал ей. Она положила ее перед статуей, наклонилась к ней и что-то прошептала, а потом развернулась ко мне, и сама одним движением расстегнула и сбросила платье.
— Афродита приняла дар, теперь я твоя.
Я наблюдал за совершенством её тела и не смел пошевелиться, а она сама медленно шла ко мне. В следующую минуту я осознал, что мы лежим на поляне, на которой разбросаны наши одежды. Она обхватила меня ногами и прижимала к себе.
— Сильней, — прошептала она мне в самое ухо и прикусила его.
— Ещё сильней, — по ощущениям её ногти уже на сантиметр вошли в мою плоть.
— Ещё, — её ноги так сильно сжимали меня, что мне приходилось напрягаться, чтобы мои мышцы не раздавило о собственные кости.
От очередного приступа удовольствия или боли, настолько это всё перемешалось и спутывалось в сознании, что я прогнулся дугой, выгибая голову назад, поднимаясь на руках, и боковым зрением заметил свечение. Глаза у статуэтки светились зеленоватым свечением, не будь сейчас так темно, то этого было бы и не видно. Я это лишь отметил, но мне быстро стало не до неё — пусть наблюдает. Изула подтянулась, и её зубы нашли ещё целое место на моём плече. В ответ я весь напрягся, руками обхватив её, и готов был переломать пополам, отчего она со стоном выдохнула. В какой-то момент я не только ощутил взгляд статуэтки, но и почувствовал, что она сама участвует в процессе.
Не знаю, как Изула, но я был выжат досуха. При разрядке мы не останавливались и не прерывались, а продолжали дальше: Изула была ненасытной. Но наступил момент, когда я больше не мог, так же, как и она. Несколько минут мы лежали и не шевелились, после чего она поднялась первой. На меня ей было плевать, но это я и так знал с самого начала. Ей нужен был красивый, сильный незнакомец, так она сказала. Первым делом она подошла к статуэтке, прошептала ей что-то, а затем разбила её. Села прямо там и начала медитировать. Вокруг неё окутался зеленоватый туман, он сгущался и уплотнялся перед её ладонями, и она втягивала его в себя и поглощала.