Беглец (СИ)
— Баронесса, прошу вас, проводить посланника, и вернуться ко мне. Нам есть что обсудить.
— Да, ваша светлость. Непременно.
На следующий день мы буквально ворвались в столицу. Мой дилижанс, громыхающий подковами мертвых лошадей стремительно, несся по улицам города распугивая всех подряд от дворовых псов, до случайных зевак. Зрелище было завораживающее. Пылающие черным огнем скелеты четверки лошадей с огненно-красными глазами галопом пронеслись по пригороду и только ближе к центру сбавили темп, давая возможность всем зевакам внимательно рассмотреть и саму карету, и дворянский герб. Заседание было назначено на полдень. А я заявился в столицу ранним утром. Но первым делом отправился не в императорский дворец, а к дому моего поверенного в делах барона Салиха Тага. Он давно уже слал мне отчеты и письма, как мы и договаривались, и я точно знал адрес, по которому его искать. В письмах барон высказывал сожаление на счет того, что столичная аристократия не очень-то жалует провинциального барона. Вот и создам имидж своему человеку. К дому барона моя карета двигалась уже максимально медленно. К визиту я подготовился тщательно. К тому моменту как пришло письмо от императора, в моем саду уже созрели некоторые сорта яблок. Так что у меня был скромный гостинец из родных краев для Салиха, ну если не считать еще большого кошеля золота. Дела барона шли хорошо, но и расходы росли. А мой человек должен соответствовать статусу.
К счастью барона мы застали в полном здравии. За время, проведенное в столице мой поверенный, успел как следует навести лоск, приоделся сам, и его многочисленная семья выглядела весьма достойно. Наша беседа была недолгой. Обменялись документами, барон к тому времени уже получил официальный ответ на мой запрос о строительстве столичной резиденции. Я же в свою очередь передал ему новые договора, которые следовало обсудить со столичными купцами. Еще месяц, другой и у меня будет огромный урожай специй, некоторые из которых в этом мире и вовсе не произрастали никогда.
Барон рассыпался в благодарностях, а я посетовал что нахожу его излишне скромным. Предложил Салиху устраивать светские приемы и банкеты. Пусть вносит затраты на эти мероприятия в графу представительских расходов. За то время пока я был в гостях у барона, слух о моей адской повозке разошелся, наверное, по всему городу. К тому моменту как мы собрались ехать ко дворцу императора, на улице где жил барон собралось немало народу. Городские стражи внимательно приглядывали за моими возничими и за диковинной каретой, но с расспросами не лезли. Все-таки общение простолюдинов и аристократов в этом мире было четко регламентировано.
В переданном мне письме был и пропуск для въезда во дворец. Что удивительно, но император сам, лично вышел меня встречать. Слух о моей повозке докатился и до него.
Один из лакеев, подскочил к двери кареты в тот момент, когда она остановилась у главного входа в замок. Старательно скрывая страх и ужас перед чудовищным транспортом, лакей попытался открыть дверь, но Нария опередила его. Она, как опытный телохранитель, в котором я собственно и не нуждался, вышла первой, внимательно оглядываясь по сторонам, оценивая потенциальную опасность. Я вышел секунд через пять, все так же в образе древнего старца, который еле передвигает ноги. Что интересно отметить, встречающий меня у дверей император, носил на голове подаренную мной корону. Похоже он с ней не расставался. Удачный артефакт.
Выйдя из кареты, я вежливо поклонился.
— Приветствую вас, ваше императорское величество!
— Господин Архимаг. Наслышан, наслышан о ваших причудах. Вот изволил лично убедиться насколько безумны слухи.
— Весьма польщен, ваше величество.
— Прокатите своего императора герцог?
— Разумеется, прошу вас, — учтиво открыв дверь я отошел в сторону, приглашая императора сесть в карету.
— Давайте прокатимся через парк. Тем более нам есть, о чем поговорить.
Взглянув на Аята я убедился, что он понял что от него требуется, и сел в карету вслед за императором. Нария как обычно вскочила на подножку. Теперь девушка была очень заметна. Я лично выковал ей новые доспехи. Мало того, что сделаны эти доспехи были из титана, покрытого тончайшим узором из золотых нитей, так еще и укреплены магией. Даже мои големы не смогли бы пробить эти латы. В момент опасности вокруг доспехов образовывалось защитное поле, сквозь которое пробиться было совершенно невозможно. Некоторые печати на доспехах отслеживали отравляющие вещества и при необходимости нейтрализовали и их.
Карета мягко заскользила по аллее парка. Скорость была значительной. Обычные лошади так резво скакать не могли. С небольшим ускорением мы разогнались до сотни и плавно вошли в поворот у озера в центре императорского парка. Удивленный император прильнул к окну и с азартом прислушивался к собственным ощущениям.
— Какая огромная скорость. Уверен, что в таком темпе и до вашей провинции домчаться можно весьма быстро.
— Очень быстро ваше величество, всего за два дня. Эти лошади, как вы могли заметить, никогда не устают, не капризничают, не требуют воды. Им плевать на жару и холод, и еще их невозможно убить.
— Как удобно.
— Очень удобно, ваше величество. И если пожелаете, я изготовлю для вас такую же карету. Единственный недостаток, ее придется поддерживать магической энергией. Ну, или запрячь в нее обычных лошадей.
— Желаю, господин Дидар. Очень желаю. Но это пусть будет позже. Сейчас есть дела поважней. Нам грозят войной, герцог. Молодой князь Лантора с десятитысячным войском вторгся в наши земли. И будь это простым вторжением, я бы вас не беспокоил. Но во главе его армии стоит Архимаг Эзенгор, и перебежчик Фаир.
— Не знал, что Архимаг Фаир бежал из империи.
— Предатель. Моим агентам не удалось нейтрализовать его. Сами понимаете, что могут сделать рядовые разведчики, и даже опытные шпионы против Архимага.
— Сколько провинций они уже захватили?
— Пока только одну. Земли герцога Анвара Чима. И часть свободных баронств. Сегодня на совете, я попрошу всех приглашенных продумать наши действия. Такого небрежного и наглого отношения мелких князей к империи я не потерплю.
— Всецело с вами, согласен, ваше величество. Дело безотлагательное, для меня честь участвовать в планировании ответного удара. Посмотрим, что я смогу предложить.
— Есть донесения разведки что южное княжество Фарах, готово присоединиться и выступить на империю, со своей стороны.
— В таком случае первыми землями, которые они попытаются захватить, будут моими. Но уверяю вас, это будет очень непросто. Еще весной я поставил вдоль всей границы почти тысячу боевых големов. Если на десяток человек они не отреагируют, то вот на вторжение армии точно обратят внимание. А ярость боевого голема, это гарантированный страшный и мучительный конец всего живого, до чего он только сможет дотянуться.
— Хоть одна добрая новость за последние дни.
Сделав еще пару кругов вокруг озера, мы наконец оставили карету в покое и отправились во дворец. В большом зале совета уже собрались знатные дворяне, генералы и главы гильдий боевых магов. На меня мало обращали внимания, хоть я и стоял по правую руку от императора. А вот баронессу разглядывали с неподдельным интересом. В первую очередь всеобщее внимание привлекали ее доспехи и оружие. Среди глав гильдий и аристократов, хватало одаренных которые легко могли почувствовать очень сильный артефакт. Что странно, но верховного мага на совете не было, и я не стал интересоваться о том, куда он делся.
По принятым правилам и требованиям к аристократам, каждый из знатных родов должен был выделить боевой отряд, или внести соответствующую сумму золотом. Война обходилась недешево, так что требовалось участие всех, кто был способен внести вклад. Ничего нового на совете принято не было. Как и обычно в таких случаях, будут формировать войско и выдвигаться навстречу противнику. Следовало ожидать. Что я мог предложить со своей стороны? Да собственно ничего. У меня есть четыре гвардейца, золотой запас, которым я разумеется поделюсь, но вот магической поддержки я оказать не мог. Точнее сказать не хотел. Я все-таки не Синасир Дидар, я Темиркан сын Эрлика, беженец из другого мира. Старший бог. Мое участие в войне и в массовом уничтожении населения не будет одобрено местными богами, сколько бы храмов в их честь я не воздвиг. Даже Унар, повелитель царства теней и нижнего мира, не одобрит бессмысленную резню. Он первый поставит мне на вид тот факт, что вмешиваться в дела смертных так грубо — дурной тон, даже для слабых рассудком древних богов.