Беглец (СИ)
Удобно устроившись, я стал изучать местную публику. Если на первый взгляд заведение мне и показалось не самым дорогим, то разношерстная публика меня слегка удивила. Были здесь и ремесленники, и лавочники, и городские стражники, свободные от караула, и купцы, и наемники, дворовые и домашние слуги. Тихая болтовня, сплетни, байки, просто треп, заплетающимися языками после пары кружек. Народ расслаблялся после долгого трудового дня. Отпечатки аур блеклые, эмоции приглушены брагой и пивом. Смотреть особенно было не на что, да и пары подслушанных разговоров было достаточно чтобы понять, ничего особенного в городе не происходит. Это и хорошо. Отсутствие новостей, как говорится, тоже хорошие новости.
Видимо я отвлекся на какую-то мелкую потасовку в противоположном углу зала, и не заметил, как в трактир вошли три гвардейца, во главе со стражником коллегии. Этот патруль направился к человеку за столиком у окна, совсем рядом со мной. Ничем не примечательный человек, слабенький маг, на уровне не выше ученика.
— Альтор Данос! — громко произнес старший группы, — именем императора вы арестованы. Извольте следовать с нами. В случае сопротивления мы вольны применить силу.
— В чем меня обвиняют? — спросил молодой маг, как бы с ленцой, но по ауре было видно, что он боится.
— Нам плевать в чем вас обвиняют, наше дело задержать, у нас ясный приказ. Прошу следовать за нами.
Солдаты уже схватили парня за руки и буквально выдернули из-за стола. Силы были явно неравны, так что парню не было смысла сопротивляться. Но он все-таки решился. Его аура вспыхнула гневом и ненавистью. Вырвав руку, он ударил перстнем на пальце о стол и в ту же секунду выкрикнул:
— Да здравствует «Белая лилия»! — рука мага вспыхнула ослепительно ярким белым светом, а секундой позже огонь поглотил все тело, бьющееся в предсмертных судорогах и отчаянном крике. Посетители в панике бросились к выходу. Кто действительно от страха, а кто просто решил воспользоваться моментом, и удрать не заплатив. Уже через минуту, в зале почти никого не было. Остался сам трактирщик, онемевший от испуга, да слуги, что работали в зале, успевшие спрятаться за дверь кухни.
Пить и есть больше не хотелось. В месте где только что человек совершил самоубийство, пусть и таким неординарным способом, кусок в горло не полезет. Я спокойно встал, подошел к стойке трактирщика и положил на нее четыре серебряные монеты. Не ожидая что мне дадут сдачу, медленно направился к двери.
В любом государстве, каким бы идеальным оно ни было, всегда найдутся недовольные. Сознательные или бессознательные отрицатели. Все им не так, и царь плохой, и бояре воруют, и церковники верят неискренне. Угодить всем невозможно. Благополучие одного всегда базируется на тяжелом труде других. Всегда есть потерпевшая сторона. Вот похоже и в империи водится не один десяток подпольных организаций недовольных положением дел. Что за «Белая лилия», и с чем ее едят, я не знаю, и, пока меня не касается, правду сказать, и знать не хочу. Пусть хоть глотки друг дружке режут, вмешиваться не стану, пока не перейдут мне дорогу. Но уж если сойдемся, то я в своем праве, врагов за спиной не оставляю.
Следующим утром, я вышел в просторный холл гостиницы, где меня уже ждали. Высокий молодой человек в мантии боевика уровня мастера, если судить по ауре, вежливо поклонился и представился.
— Доброго утра ваша светлость господин Архимаг. Алай Таг. Мастер боевик первого круга посвящения. На время заседания совета я ваш личный секретарь. Мне поручено сопроводить вас зал коллегии.
— Что ж Алай. Надеюсь тебя не приставили ко мне в качестве наказания?
— Что вы, господин Архимаг. Для меня честь сопровождать вас. Я был там, на том поле, где вы сделали за нас всю работу. Вы мне жизнь спасли, ваша светлость.
— Рад это слышать. Тогда пойдем Алай. Надеюсь совет не продлится долго, а то у меня дел много.
В ответ на это мастер-боевик, только ухмыльнулся, но ничего не ответил, из чего я сделал вывод, что совет затянется не на один день. Стоит ли удивляться. Маги, эгоцентристы по натуре, и найти общий язык хоть в каком-нибудь вопросе, для них еще та проблема.
Совет коллегии проходил в большом зале крепости, которая и послужила когда-то основой для этого столичного квартала. И дозорные башни, и стены, и главные ворота, умышленно не демонтировались, отделяя тем самым коллегию от светской жизни, бурлящей событиями столицы. Коллегия в большей степени выполняла роль архива, центральной библиотеки, имперского хранилища артефактов, комплекса лабораторий и испытательных полигонов. Некий научно-магический центр. Обучения в коллегии не было, только экзаменационная комиссия, где рассматривались заявки на вступление. Далеко не все маги в империи были членами коллегии. Если сравнивать с современными земными аналогами, то сравнить коллегию можно было с академией наук. Иным магам приходилось тратить годы на то чтобы получить возможность вступить в это элитарное сообщество.
Повестка дня, о которой мне подробно рассказал мой новый секретарь Алай, на первый взгляд казалась не очень насыщенной. Вступительная речь императора. Доклады некоторых научно-магических групп, и голосование о присвоении звания магистра некоторым соискателям. Но перед началом торжественной церемонии все члены совета собрались в малом зале. Прибытие императора ожидалось только через три часа.
— Доброго дня уважаемые коллеги! — приветствовал присутствующих Верховный маг Ваттан.
Членами совета были одиннадцать магов. Я, как почетный член, был двенадцатым среди двух Архимагов, шестерых магистров, и трех мастеров. Мастера, по большей части были ответственны за административную деятельность совета.
— Итак, это наш ежегодный совет, и вопросы, которые мы должны обсудить станут важными направлениями работ на текущий год. Хочу обратить ваше внимание на докладчиков. Император лично заинтересован в положительных отзывах на предлагаемые проекты, прошу коллеги, отнестись с особым пониманием. Все мы очень занятые люди, и некоторые вопросы согласований решались второпях. А с Архимагом Дидаром, мы так и вовсе не успели обсудит его планы на ежегодный совет. Приношу свои извинения. Господин Дидар! Планируете ли вы произнести речь? Поверьте, нам всем очень интересно узнать о ваших достижениях.
— О нет. Прошу меня простить, господа, Верховный маг. Все что я могу впопыхах ляпнуть, лучше согласовывать в узком кругу. А на мой взгляд так и в очень узком, если позволите. Вы наслышаны о моей мерзком характере, о моей пакостной и несдержанной натуре, так что возьмите в расчет еще и мою исключительную паранойю. Откровенно боюсь ляпнуть лишнего.
— Весьма дальновидно, господин Дидар, — согласился со мной Верховный маг, а остальные только согласно закивали.
— Я просто буду слушать докладчиков, и многозначительно молчать столько, на сколько хватит сил. Что касательно голосования, то в этом вопросе, целиком и полностью доверяю вашему суждению и проголосую с большинством или по вашим рекомендациям. В данном вопросе я лицо не заинтересованное, так что как скажите, так и сделаю.
Все остались довольны. Я вроде и был на виду, но одеяло тянуть на себя не собирался, кичиться своими подвигами не намерен, и лезть в дела совета не горел желанием.
Потом были общие вопросы касательно очередности выступающих и докладчиков. Обсуждались некоторые политические нюансы. В целом, скучное заседание. Последовавший после этого легкий фуршет, принес многим больше пользы в плане утверждения позиций каждого члена совета.
В зале собралось около трех сотен дворян, столько же магов, не входящих в коллегию, военные чиновники и больше сотни действительных членов коллегии на рядовых должностях.
Речь императора длилась почти час. Ничего особенного, общие фразы, но все пафосно и с преданием значимости. После короткого перерыва стали выслушивать докладчиков. Первым свой доклад читал Магистр из одной южной школы, который много говорил о наследии древних. О магической дисциплине, которая бы позволила познать тайны былых эпох и достижение магов древности, работы которых были утеряны на протяжении долгих лет. Был доклад Магистра, командующего боевым крылом имперской армии. И крайним докладчиком был мастер, весьма слабый, судя по ауре, из одной экспериментальной школы. Вот этим докладом я заслушался. Впрочем, как и император, насчет которого я ошибся, считая, что тот смоется сразу после церемонии открытия совета. Так вот, докладчик, будучи весьма талантливым ритором, в часовой речи позволил себе усомниться, не много ни мало в правомерности существующего строя. Преподнес он все довольно обтекаемо, так что в экстремизме и революционных настроениях его не обвинить. Но вот то, что он предлагал, было именно революцией. Пока что не социальной, а индустриальной. Мне то такие вещи были хорошо знакомы. Я хоть и не воплощался на земле в эти смутные периоды, но был в курсе дел, больше чем многие смертные, так, как черпал информацию напрямую из ментального плана. К моему удивлению сам император выразил свое удовольствие докладом бурными аплодисментами, и я не смог удержаться, чтобы не высказать своего, неправильного, мнения. Попросив слова, я вышел к трибуне.