Беглец (СИ)

— Да уж, весьма полновесная характеристика. А его семья?
— Первая жена умерла, как говорят от болотной горячки, хотя этой хвори в наших краях отродясь не было, как и болот. Болотная хворь убивает удушьем и вызывается спорами каких-то ядовитых грибов. На мой взгляд всему виной то, что он ее нещадно бил, к тому же она не могла забеременеть. Но по слухам известно, что сам барон бесплоден. Наверное, это кара богов, такому подонку. В прошлом году я сопровождала караван одного торговца на ежегодную ярмарку в Дару, столичный город графа Валдора. Так вот к торговцу в караван напросились с десяток шлюх из местных постоялых дворов и борделей. Вот они всю дорогу только и делали, что обсуждали своих клиентов и барон упоминался чаще прочих не в самом лучшем свете. После смерти первой жены, барон сделал предложение графу, от которого тот не смог отказаться и взял в жены его младшую дочь Сари. Что уж там произошло, я не знаю, но у графа семь дочерей и только один наследник, над которым они трясутся всей семьей. Барон перевез Сари в свой дом три года назад, с тех пор мы ее видели только пару раз, да и то, она была с ног до головы закутана в какой-то бесформенный балахон. Скорее всего скрывала побои, бедная девочка.
— То есть мало того, что вместо графского получила баронский титул, так еще и муж тиран. Да, не веселая история.
Подойдя к воротам усадьбы, мы нашли их распахнутыми настежь. Ни охраны, ни сторожей, ни собак — заходи кто хочешь. Усадьба, надо сказать, была довольно старенькой, но крепкой, давно требующий ремонта каменный двухэтажный дом с высоким, судя по всему, жилым чердаком. Подворье выглядело запущенным, но не брошенным, видно, что рабочих рук в поместье явно не хватало.
Я смело вошел во двор и заметил, что Нария приблизилась ко мне и подстроила шаг как профессиональный телохранитель.
За конюшней были слышны возбужденные голоса и пронзительный крик. Не хотелось бы стать свидетелем семейных разборок, но я в своем праве, хоть и явился без приглашения. В какой-то момент я услышал негромкий свист, щелчок и отчаянный крик стал еще громче. Невольно прибавив шаг, я вошел во внутренний двор.
У фасада дома собрались около двух десятков людей. Они окружали коновязь, к которой лошадиными поводьями был привязан мальчишка лет тринадцати. С голым торсом, в одних штанах, с обрывками рукавов на посиневших от тугих кожаных лент запястьях он уже еле слышно стонал, а сам, барон, здоровенный, метра два ростом, плечистый детина хлестал мальчишку кнутом, отойдя от мученика метров на пять. Но не это привлекло мое внимание. Рядом с истязаемым мальчишкой, незаметная для всех, стояла призрачная тень богини Ярды. Незаметно для своей напарницы я, не сбавляя шаг, скользнул в астральный план и реальный мир вокруг нас замедлился.
— Искренняя радость увидеть вас вновь дорогая богиня.
— Темиркан! Взаимно рада видеть, вы ко мне?
Когда я взглянул на милое лицо богини, то увидел крупные капли слез которые катились по ее щекам. Богиня быстро смахнула их широким рукавом и попыталась изобразить улыбку.
— Не ожидал вас встретить, признаюсь, но узнав подробности о бароне, к которому шел, не удивлен.
— Я пришла за бедным мальчиком.
— Неужели забьет до смерти? Да как же так можно!
— Мы, младшие боги выполняем свою работу, нам нельзя вмешиваться.
— Смерть мальчика входит в планы богов? Или это очередной кармический узел самого барона? То-то дядя обрадуется такому грешнику.
— Нет, это не планы богов. Но вот одну душу я отсюда должна забрать…
— Как жаль. Ну что ж, милая Ярда, несказанно рад был вас увидеть вновь, надеюсь, еще встретимся. А уж чумазую душонку этого изверга я вам обеспечу.
Вернувшись в тело я как раз успел подойти к месту казни и громко выкрикнул!
— Это что тут происходит! Немедленно прекратить!
Джинн, подчиняясь мысленному приказу, скользнул к несчастному мальчишке и стал напитывать его жизненной силой, чтобы тот не умер раньше времени.
Раскрасневшийся барон поднял на меня мутный взгляд и указав кнутом приказал:
 
— Взять старика.
Люди барона выхватили мечи и двинулись навстречу, растягиваясь цепью.
— Повежливей барон! — выкрикнула Нария выходя вперед и прикрывая меня в пол корпуса, и это против десяти опытных ратников. Смелая девушка. — Перед вами герцог Кирака, наш новый господин.
— Да плевать на него! Я вольный барон! И эту сучку сюда тащите, потом с ней развлечемся!
Баронесса неспешно обнажила меч и встала в боевую стойку. Я попытался вразумить разбушевавшегося барона.
— Барон, ваши люди и вы сами в огромной опасности. Баронесса Орум мой гвардеец и носит звание рыцарь золотого круга, а я имею полное право казнить вас на месте. Одумайтесь барон и приведите себя в чувства!
— Плевать я хотел на всех князей, герцогов и графов! — заревел барон и, сделав несколько размашистых шагов навстречу, занес кнут для удара. Тонкий кончик хлыста заплелся в воздухе хищным зигзагом и молниеносно обрушился на нас со свистом…
Сверкнуло лезвие. Нария легким, почти неуловимым движением взмахнула мечом, как казалось всего один раз, тогда как кнут распался еще в полете на несколько фрагментов упавших к нашим ногам.
— По праву герцога Кирака, я Синасир Дидар, приговариваю барона Юрда Онака к смертной казни, за оскорбление и нападение на меня и моих подданных. Баронесса! Привести приговор в исполнение.
Получив приказ, девушка уверенно пошла вперед. Один из людей барона кинулся было ей наперерез, но Нария походя, отсекла ему голову не сбивая шага. Голова барона так же, с влажным хрустом шлепнулась на камни двора. Бывшие охранники барона, оценив шансы, бросились врассыпную. Пусть бегут. Бегство — это признание совершенных преступлений.
Я видел, как богиня притянула к себе трепыхающиеся души бывшего барона и его слуги, и растаяла, погружаясь в глубины астральных сфер.
Маленькая фигура в длинном бесформенном сером платье с натянутым на голову капюшоном выпорхнула из-за конюшни и быстро приблизилась ко мне. Упав на колени, она протянула ко мне руки, и я сразу понял, что это и есть та самая баронесса, мужа которого я только что приказал казнить.
— Прошу меня простить, ваша светлость, барон был жестокий человек, и я готова ответить за все его прегрешения и понести заслуженное наказание.
— Баронесса Сари Онак, я полагаю?
— Да, ваша светлость.
— Встань, дитя. Тебе не за что просить прощения и нести наказание. Покажи мне свое лицо.
Фигурка девушки еще больше сжалась, но руки покорно потянулись к капюшону. Когда она стянула назад грубую ткань я увидел ужасающую гримасу. Лицо, когда-то очень красивой девушки изуродованное глубокими, рваными шрамами, тянущимися от подбородка до виска. Покрасневшие от слез глаза, слипшиеся волосы, шея и скулы несли на себе следы совсем свежих побоев. Девушка стыдливо отвела взгляд, а тело ее сотрясалось от страха.
— Ардак, — позвал я джинна, по-прежнему общаясь с ним мысленно, — что там с мальчиком?
— Он был на грани, хозяин, но я его вытащил. Барон нанес ему двадцать ударов кнутом. Сломаны пять ребер, кожа и мышцы просто в лохмотья. Мы успели очень вовремя. Жалко бы было потерять такого талантливого мальчика.
— Талантливого?
— Да, хозяин. Мальчик очень сильный, но не обученный маг. В потенциале не меньше чем магистр, или даже Архимаг, если вы возьметесь за его обучение.
— Значит, все это не случайно.
Подойдя ближе к изуродованной бароном девушке, я легонько положил руки ей на плечи.
— Баронесса Сари Онак-Вальдор. Я, Синасир Дидар, герцог Кирака забираю земли барона Юрды Онака в свое управление. Вас, дорогая, баронесса, я называю своим гостем и предлагаю перебраться в мой замок под покровительство с сохранением всех титулов и права преемственности. Прикажите вашим людям, кто пожелает остаться в усадьбе, организовать похороны барона. С собой можете взять столько слуг, сколько пожелаете. Много ли времени вам понадобится, чтобы собрать вещи?