Сезон охоты на недотрогу (СИ)

Всё же пословица «Что имеем — не храним, потерявши — плачем» очень точно описывает моё состояние. Если бы не была столь упряма. Если бы не была столь категорична. Если бы не была столь твердолоба. Мы бы провели с папой эти четыре года. И, возможно, он бы не заболел.
В воскресенье мы сильно ссоримся с Мишей. Он не понимает, зачем мне съезжать в общежитие. Ведь можно из дома ездить на учёбу. И не хочет услышать меня. Это не он бросил семью и спрятался за обидой. Ему не понять моих метаний и ненависть к себе.
  
С новой недели я возвращаюсь в институт. Мои любимые девчонки встречают крепкими обнимашками и стаканом крепкого кофе из местного вагончика. Я благодарна им за то, что не лезут в душу, просто поддерживают.
Выйдя после пар, замечаю белую глыбу Аверина через дорогу от здания учебного заведения и напрягаюсь. Прошло почти десять дней с последней нашей встречи. Я решила, он отстал окончательно. Но вот она — его машина. Стоит припаркованная. Даже через тонировку вижу его силуэт за рулём. Но он не выходит. Возможно, боится моего телохранителя, который тоже сидит в машине, только в чёрной, и следит за мной.
Стараюсь не обращать внимания на двух караулящих меня мужчин. Хочу просто вернуться к жизни молодой беззаботной студентки. Тяну девчонок в библиотеку, а потом в кофейню. Жасмин убегает домой. Готовить для мужа ужин и печь пироги. А Светка охотно таскается со мной. Знакомит заново со своим новым парнем Максом.
В выходные молодой мужчина приглашает нас на небольшую вечеринку к себе домой. Света уговаривает меня почти два дня. Скрепя сердце соглашаюсь. Только нужно избавиться от моего телохранителя Егора. Иначе всё веселье закончится, так и не начавшись.
— Я всё придумала, — тараторит лучшая подруга. — Успей только сесть в машину к Максу, пока я отвлекаю твоего няньку.
— Ладно, — глаза закатываю. — Только ты там ничего ужасного не придумывай. Не хочу, чтобы у Миши случился сердечный приступ. Он у меня единственный родственник.
— Просто доверься мне, — подмигивает Светка и запихивает в закуток под лестницей.
Вытянув шею, смотрю через окно. Девушка легко преодолевает крыльцо и подходит к чёрному внедорожнику. Распахивает дверь бодро. Что-то там говорит и машет в сторону института.
Егор выскакивает из авто и, чеканя шаг, несется к зданию. Светка за ним семенит. Когда они оба влетают в холл, прячусь и даже дышать перестаю.
— Где она? — рычит бодигард.
— Вон в той аудитории, — толкает подруга в могучую спину мужчину.
Они заворачивают в коридор. А я выбегаю из укрытия и, скользя по ледяной насыпи, несусь к машине Макса. Запрыгиваю в неё и, запыхавшись, сползаю с сиденья ниже.
— Нормально? — спрашивает парень, повернувшись. Киваю. — Отлично, ждём Светку.
Света появляется буквально через несколько минут. Тоже скользит на том же месте, что и я, и влетает на переднее сиденье. Хохочет, сгибается и просит Макса ехать.
— Безбашенные, — хмыкает он и газует.
Мы приезжаем в съёмную квартиру к Максиму. Нас уже ждут его друзья. С двумя я уже знакома по клубу. Компания подбирается веселая и довольно шебутная. Из девчонок — мы со Светой и Вика, подруга парней.
Мы ужинаем пиццей, пьём пиво и играем в настольные игры. Всё довольно цивильно и спокойно.
Пару раз проиграв мальчишкам в монополию, Светка предлагает сыграть в крокодила. Мы делимся на пары, меня сразу же выбирает Никита. Он, как и в первый раз, ухаживает за мной. Оказывает знаки внимания и старается сблизиться.
Самый разгар веселья нарушает громкая трель дверного звонка. Я как раз показывала слово «фуникулёр», а Ник не мог никак отгадать. Облегчённо прерываюсь.
— Я открою, продолжай, — машет Светка и убегает.
Со вздохом выпрямляюсь, а услышав знакомые рычащие нотки, замираю.
Твою мать! Как он меня нашёл?
Перепрыгивая чужие ноги, бегу в прихожую.
— Эй, ты куда? — окликает Ник. Не обращаю внимания.
— С тобой будет отдельный разговор! — цедит сквозь зубы Миша, нависая над Светкой.
— Напугал ежа голой жопой! А теперь уйди, у нас частная вечеринка, — огрызается та.
— Вечеринка окончена. С дороги, мелкая! — мой брат с лёгкостью отодвигает действительно мелкую по сравнению с ним подругу и переступает порог.
— Что ты тут делаешь? — прихожу на помощь девушке.
— За тобой пришёл. Собирайся, поехали, — бескомпромиссно заявляет он.
— Я сама решу, когда и куда мне ехать. Мне давно не пятнадцать, и ты совершенно точно не имеешь права мне указывать, Миша, — скрещиваю руки и вздёргиваю подбородок.
— Я отвечаю за тебя, а ты связалась с сомнительной компанией, — машет в сторону Светки мужчина.
— Эй! Ты меня совершенно не знаешь!
— Заглохни, — перебивает он, окидывая подругу пренебрежительным взглядом.
— Миша!
— Ты начала врать, убегать от телохранителя. Тусуешь в каком-то клоповнике в жопе мира! Пьёшь! Что дальше, Аля? — брат грозной горой надвигается на меня. Не пячусь, наоборот, вытягиваюсь в струнку и сжимаю губы.
— Дальше, Миша, я буду жить как хочу и делать что хочу. И не тебе меня судить.
— Что здесь происходит? — в маленькую прихожую выходят парни и Вика.
Брат цепко осматривает компанию, губы раздражённо кривит.
— На выход, Алина, — цедит сквозь зубы и, схватив за локоть, тащит.
— Отпусти её! Что ты за цербер! — Светка бросается на Мишу.
— Не лезь, если не хочешь проблем, мелкая, — рычит мужчина.
— Стой, Свет. Я лучше и вправду пойду, — дёргаю рукой, вырываясь из жёсткого захвата.
Обуваюсь в гробовой тишине, прерываемой лишь слишком громким возмущённым сопением лучшей подруги. Подхватываю пальто и сумочку. Смущённо улыбаюсь ребятам.
— Прости, — обнимаю Свету и выхожу в подъезд.
Мы молча спускаемся на улицу. Миша идёт к своему автомобилю, я же разворачиваюсь и ухожу в противоположную сторону.
— В машину сядь! — рявкает он.
— Я доеду на такси.
— Аля, бля!
— Иди к чёрту, Миша! Хватит с меня твоей опеки! Я терплю твоего телохранителя! Терплю твои звонки по пять раз на дню! У меня есть личная жизнь! И не тебе в неё лезть. Разбирайся со своими любовницами и окружением, а ко мне не лезь!
— Ты сядешь в чёртову машину! — брат перехватывает опять за локоть и грубо тащит к внедорожнику.
— Эй, пусти девчонку! — окликает мужчина из соседнего подъезда. Бросает под ноги недокуренную сигарету и спешит на помощь.
— Занимайся своими делами, мужик. Мы с сестрой сами разберемся, — раздражается Миша.
— Не похоже, что она твоя сестра, — басит он.
Пока Мишу отвлекают, я добираюсь до проезжей части и ловлю попутку.
Брат просто переходит все границы. Мне двадцать два года, чёрт возьми! И до сегодняшнего дня такого тотального контроля с его стороны не было. Возможно, потому, что был жив отец и как-то сдерживал его?
Да я одна три года прожила в Италии. Жива и невредима. И, вернувшись в Петербург, год спокойно жила, училась и горя не знала.
Такси довозит меня до общежития, расплатившись, выскакиваю и бодро шагаю в здание. Из тёмной подворотни мне путь преграждают двое мужчин бандитской наружности.
— Она? — спрашивает сипло один у второго.
— Да, — кивает тот, переводя взгляд с меня на дисплей телефона.
Они оба неприятно щерятся.
— Я буду кричать! — храбрюсь и пячусь, сжимая в руках сумочку. Бьюсь спиной об чужую грудь и сглатываю тяжёлый ком.
— Ты как раз вовремя, Кастет, — сипит первый, смотря за мою спину.
  
Глава 8
 
Алина
 
— Буйный велел её приволочь. У него старые счёты с Демидом, — замечает один из неприятных типов.
Я цепенею от страха и мелко дрожу. Судорожно сжимаю в руках сумку и придумываю способы вырваться. Мужчина за спиной будто чувствует мои намерения. Тяжёлая ладонь ложится на плечо. Медленно двигается и смыкается на горле. Не даёт никуда дёрнуться, удерживает, но не причиняет боли.
  
— Передай Буйному, эта девка моя. А Демид мёртв, — цедит он, а я замираю, услышав до боли знакомый голос.