Стажер (СИ)

  
Глава 22
 
Сложно было сказать, что это вообще такое было. Наверное, дракон, но… не совсем. На морде какие-то щупальца, покрытый стальными треугольными шипами невероятно длинный змеиный хвост, какие-то костяные наросты на шее… И самое главное — размеры!
Размерами эта тварь была с поезд. Плюс три вагона.
— А он точно мертв? — спросила я тихо дрогнувшим голосом.
  
— Точнее не бывает, Полиночка, — заверил меня Док. — Стужа с Айдаром разобрали его изнутри, я уже спрашивал.
— Изнутри?
— Да, залезли к нему в желудок и провели полостную операцию.
— Сумасшедшие…
— На том и стоим, Полиночка. На том и стоим. Нам, кстати, туда.
Док показал куда-то вправо и я увидела широкое ущелье, откуда периодически вылетали камни. Как будто даже сами. Причем не камушки размером с кулак, а валуны с автомобиль.
Когда мы с Доком подошли ближе и я аккуратно глянула вниз, то увидела, что внутри действуют четверо: Стужев, Айдар и ещё двое незнакомых мне бойцов. Один серо-коричневый и второй светло-желтый. Подозреваю, это были стихии камня и песка, но с какой-то примесью, сразу не разобрать.
Нас увидели сразу, да и Док обозначил себя голосом, после чего серо-коричневый боец указал немного правее, туда, где находилась самая настоящая лестница, подозреваю, искусственного происхождения, и мы спустились вниз по ней.
— Откопали? — деловито уточнил Савелий, когда мы благоразумно остановились на относительно ровной площадке, не подходя слишком близко к бойцам.
— Почти, — глухо отозвался Стужев. — Готовь стазис. Сердце ещё бьется, я слышу, но шансов мало. Его пришпилило намертво, выдирать только с породой, на которую он сам запитался. Если разъединим, сразу отключится.
Не совсем понимая, о чём говорит Егор, я предпочла молча наблюдать за тем, как мужчины продолжали разбирать завал. Прошло ещё минут тридцать, каждый следующий камень они сначала изучали и только потом сдвигали, чтобы не нарушить некий баланс, а когда до тела оставалось совсем немного, бойцы объединили силы и подняли магией сразу десяток валунов, открывая нам доступ к пациенту.
И да, он был плох. Очень плох. Судя по характеру ран и сверкающему металлу в его теле, сначала его обстрелял шипами дракон и только потом отправил в продолжительный полет в ущелье, где его и завалило. При этом его практически располовинило вдоль — в его теле торчало сразу три огромных стальных треугольных пластины, вонзившихся в плоть чуть по косой. Одна в районе паха, вторая в районе живота, третья в районе сердца.
Как он был жив до сих пор — загадка.
Хотя…
О, коллега! Точнее мультистихийник с мизерной способностью к регенерации. Её я умудрилась почуять издалека, через кровь, которая вылилась через открытые раны. И пускай она уже свернулась, моему обонянию это не помешало.
— Ну что, коллега, приступим? — потер руки Док, когда стало ясно, что работать придется прямо здесь.
Не рискуя говорить вслух, кивнула, и Стужев, словно только и ждал моей отмашки, безапелляционным тоном скомандовал всем покинуть место операции и не мешать. Правда, когда проходил мимо, Док с привычной для себя шуточкой вручил ему баул с едой, предложив подкрепиться, и наверх мужчины ушли, как мне показалось, чуть бодрее, чем начинали путь.
И только когда стало ясно, что внизу остались лишь мы и пациент, на которого уже наложили жесткий стазис, я тихо спросила:
— А этот Владимир, он кто? Чую, что мультистихийник. Сильный. И капельку регенерат…
— А вот этого я не знал, — заинтересованно хмыкнул Док. — Владимир Троекуров — командир княжеских бойцов, позывной Троян, отряд «Беркут». Тридцать семь лет, не женат, баронет. Второй ранг, кстати, но стихий меньше, чем у Стужи, он у нас в этом плане всех переплюнул. Хотя регенерат… Нда. Ну что, с чего начнем?
— С ядрышка, — вздохнула, недвусмысленно протягивая Доку левую ладонь и с некоторым усилием «снимая» с неё перчатку доспеха. — Проводить тут операцию от и до считаю нерациональным, слишком агрессивная среда. Подлечим, чтоб не помер во время транспортировки, но доделывать будем уже снаружи.
— Отличный план. — Мне вложили в руку ядро регенерации. — Жизнеутверждающий. Я как всегда на сердце?
— Зрите в корень, коллега. Приступим.
Сложнее всего оказалось пробиться через личный энергетический щит мультистихийника второго ранга. Уверена, если бы он не был на грани смерти, у меня бы ничего не вышло, но и так я потратила почти сорок минут, чтобы только нащупать лазейку. И это при том, что в его теле было три внушительных дыры!
Вот только этот гений умудрился запаять эти дыры своим доспехом, который просто слился текстурой с металлом, став с ним единым целым.
Но я смогла. Справилась!
Док тоже не мешкал и когда увидел, что доспех исчез, тут же повыдергивал из тела лишнее, накладывая настолько жесткий стазис, что это была даже не кома, а что-то гораздо более глубокое, удивительное и капельку жуткое.
А я начала работать с верхней раной. Быстро, очень быстро! И довольно жестко.
Затем во второй. Под конец с третьей.
Во всех трех случаях я просто разгоняла его личную регенерацию до бешеной скорости, не жалея сил и прекрасно видя, что это работает в десятки раз лучше, чем с другими пациентами, у кого не было такого дара. Всё-таки в чём-то мы, регенераты, поразительно уникальны…
— Всё, эвакуируемся, — прохрипела, чувствуя, что снова выжата до донышка. — Согласна даже на плече.
— У командира? — не замедлил подколоть меня Док.
— Однажды я сделаю тебя импотентом… Я умею.
— Но-но, коллега! Это не гуманно!
— Ой, всё, — фыркнула и сама аккуратно легла, потому что и так сидела у тела Троекурова. — Негуманно моё сиятельство не эвакуировать, когда я сама на это согласна. И вообще, я девушка, а не вот это вот всё.
— Понял. Работаем. — И завопил на всю аномалию, как раненый в одно место бизон: — Стужа, эвакуируй Заразу! Мы закончили!
— И как они тебя терпят? — пробормотала, едва не оглохнув.
— А у них выбора нет, — усмехнулся Савелий, отходя на шаг, когда рядом со мной буквально из ниоткуда появился Стужев и рывком поднял на руки. — Командир, отнеси девочку на свежий воздух, пусть едет домой, тут мы закончили. С остальным я справлюсь сам.
— Хорошо.
Кивнув, «Витязь» возмутительно бодро поднялся наверх по лестнице, умудряясь двигаться так быстро и ровно, словно не шел, а летел, так что я всерьез задумалась над его реальными способностями, о которых, кажется, не знала ещё слишком многого, а потом мы оказалось уже почти на выходе из разлома и Егор приглушенно произнёс:
— Полина, деактивируй доспех.
И я тут же это сделала, прекрасно помня, что мы вроде как шифруемся. Понятное дело, что умные люди быстро сложат два плюс два, те же «Добрыничи» и «Беркуты», но, будем надеяться, они не из болтливых. А остальным не стоит знать, что я не просто приглашенный специалист, а нечто большее.
Я ведь в верном направлении думаю?
При этом сам Стужев не спешил деактивировать даже шлем, донеся меня до своего фургона так стремительно, что нас едва ли заметили, да и в принципе в этот час непосредственно рядом с разломом мало кто оставался — в основном военные охраняли наружный периметр от возможных зевак из деревни, а рабочие занимались тем, что продолжали разделывать и таскать гигантские туши в новые фуры. Сами туши из разлома выносили бойцы, это я заметить успела.
В самом фургоне меня аккуратно усадили на лавочку и только потом спросили:
— Домой сама доберешься? Или дождешься нас, вместе поедем? В принципе осталось не так много, это не наш разлом, так что за закрытием будут следить «Беркуты».
  
— Хочешь сказать, что нам с него ничего не перепадет? — удивилась я.
— А ты жадная, — усмехнулся, качая головой.
Почему-то стало обидно.
— Я хозяйственная, — буркнула.
— Я пошутил. — Стужев деактивировал шлем и взглянул на меня с укором. — Полина, не обижайся. И нет, мы работали не бесплатно. Половина добычи наша по праву, остальное будут делить между собой «Беркуты» и «Добрыничи». Плюс ядро добыли именно мы, но там уже не в деньгах измеряется. Помимо этого за каждого вылеченного бойца чужого подразделения полагается не менее миллиона компенсации. За использованные во время лечения зелья, ядра, артефакты и просто приложенные усилия. Думаю, это с Доком вы сами поделите. Вот такие дела.