Клуб смерти (ЛП)

— Я не шлюха, — прорычала она.
— Хорошо. — Я оторвал ее руку от себя и одарил взглядом, предупреждающим, чтобы она больше так не делала. — Тогда я скажу тебе вот что. Я был женат чертовски давно, и моя жена умерла. Я ясно дал понять, что больше никогда не вступлю в брак, но мой отец решил пойти против моей воли. Так что, чтобы сохранить мир, я пойду к алтарю, надену платье и всю эту херню.
  
— Но это я должна надеть…
— Но я не буду жить с тобой. И я не буду трахать тебя. На самом деле, ты можешь продолжать трахать того парня с головой в виде бонго, и я уверен, что мы все будем счастливы.
— Нет, — отрезала она. — Так не пойдет. Смысл этой свадьбы — объединить наши семьи. Это значит, что мы будем жить вместе и заведем детей.
Я расхохотался и оттолкнул ее на шаг назад, садясь в машину.
— Удачи с этим. Я не создан быть папочкой, даже если ты заставишь мой член встать. Советую принять все как есть, пока не ранила свои чувства. Я сказал тебе, как обстоят дела, и это не изменится.
Двигатель зарычал, и я включил песню «Stan» от Eminem и Dido, начал подпевать и умчался прочь от ее злобного личика, смеясь про себя.
На улице было темно, а часы на приборной панели показывали почти девять, поэтому я нажал на газ, обдумывая планы на вечер.
Я почти ничего не ел на ужин — только жаркое со всеми гарнирами, странную закуску из помидоров, три дополнительных блюда и две тарелки десерта, и Паучок, вероятно, сейчас тоже голодна. Может, я мог бы снова пригласить ее поужинать со мной и…
Мой взгляд в третий гребаный раз зацепился за ту же синюю Honda в зеркале заднего вида, и я на скорости свернул за угол, прежде чем ударить по тормозам и вывернуть руль влево, заставив свою машину повернуть и перекрыть дорогу.
Я открыл бардачок и достал свой Desert Eagle, прежде чем выскочить из машины и нацелить его на Honda, когда она появилась прямо за мной.
Девушка за рулем ударила по тормозам, машину занесло, а я просто стоял и ждал ее, узнав в ней одну из девочек моего брата Ронана.
— Выходи, — рявкнул я, видя в ее глазах желание убраться от меня куда подальше.
Она заколебалась, по-видимому, понимая, что я скорее всего всажу в нее пулю, если она не будет сотрудничать.
Она вышла из машины.
— Дядя Найл, я…
— Да, да, я понял. Твой отец решил, что хотел бы знать, где я живу, на случай, если однажды ночью ему захочется прийти и убить меня, пока я сплю.
Я засунул пистолет за пояс сзади и направился к ней, пока не навис прямо над ней, прижав ее к машине. Она была симпатичной девчонкой со смуглой кожей и вьющимися волосами. К счастью для нее, она больше пошла в мать, чем в Ронана.
— Я… я… он этого не говорил. Он просто хочет знать, где ты живешь. Вот и все, — заикаясь, произнесла она, и я почти почувствовал себя виноватым за то, что напугал ее, прежде чем вспомнил, что в ее жилах текла кровь О'Брайенов, и она, вероятно, притворялась. Я был почти уверен, что ее звали Трикси, или Таппенс, или Таппервэр, или Бернард.
— Ты знаешь, почему он послал тебя, а не одного из твоих братьев? — спросил я, гадая, знает ли она, но она покачала головой. Ей было всего четырнадцать лет или около того, и я еще больше возненавидел своего брата за то, что он так рисковал ею. — Это потому, что он думает, что я мягче отношусь к женщинам. Он думает, я верю, что вы все милые и невинные, или что-то в этом роде. И, возможно, он прав насчет того, что мне не нравится убивать молодых девушек. Но вот, что я скажу тебе: если ты еще раз попытаешься проследить за мной, я заставлю тебя молить о быстрой смерти, но она не наступит. Я буду растягивать страдания до тех пор, пока ты не сможешь больше терпеть, а потом зайду еще дальше.
Ее глаза расширились, когда она увидела тьму в моем взгляде, и молча кивнула.
— Хорошо. А теперь вали к своему отцу и скажи ему, что если он еще раз выкинет подобное дерьмо, я вломлюсь в ваш дом глубокой ночью и убью всех до единого, кроме него. Я просто отрежу ему все конечности, включая член, а потом оставлю его жить с осознанием того, во что обошлось ему и всем вам сование его носа в мои дела.
— Прости, — прошептала она, и я нежно погладил ее по волосам, в конце концов, она была моей племянницей.
— Просто не делай этого снова, и мне не придется тебя потрошить. — Я подмигнул ей, когда она побледнела, и отвернулся.
Я достал из кармана нож и проткнул ей шину, прежде чем вернуться к своей машине и запрыгнуть внутрь. Я бросил пистолет обратно в бардачок и заметил там нераспечатанный пузырек с валиумом. О. Похоже, я все-таки не принял его. Наверное, я просто был в настроении побыть сволочью. Неважно.
К тому времени, как я немного покатался кругами, чтобы проверить, нет ли за мной хвостов, и вернулся в дом на холме, было уже больше десяти, а мои вены гудели от необходимости встряхнуться.
Мои мысли все время возвращались к моей маленькой психопатке, и когда я вбежал в дом, то, не останавливаясь, направился прямо в подвал, чтобы найти ее.
Она лежала на своей кровати, задрав ноги на стену и запрокинув голову, чтобы смотреть на меня вверх ногами, пока я приближался к ней.
— Пойдем поешь со мной, маленькая психопатка, — сказал я. — Я изголодался по твоей компании сегодня вечером.
Матео что-то прорычал в своей клетке, но я проигнорировал его. Прямо сейчас я не хотел проливать кровь, я жаждал чего-то другого. Чего-то, что, как мне казалось, она могла мне дать.
— Что мы будем есть? — Спросила Паучок, кувыркнувшись и сев.
На ней были неоново-зеленые штаны и обтягивающий черный топ, который был лишь немногим больше бюстгальтера, под разноцветной меховой жилеткой. На ком-то другом это могло бы выглядеть безумно, но ей это все определенно шло. Возможно, потому, что она была безумной, но я считал, что это одна из ее лучших черт, поэтому не жаловался.
— Я умею готовить пасту, — сказал я, пожав плечами, потому что это был предел моих кулинарных способностей. — Или закажем еду на вынос.
— Я выберу домашнюю еду, — сказала она, ускользая от меня в ванную и оставляя меня гадать, куда она собралась.
Я оглянулся на Матео и увидел, что он мрачно смотрит на меня из своей клетки в углу, и не смог удержаться от желания подразнить его.
— Что такое? — спросил я, подойдя к нему и остановившись на расстоянии вытянутой руки от решетки. Не то чтобы я был категорически против очередной драки с ним, но эта рубашка была чистая, и я хотел, чтобы она осталась такой. — Ты ревнуешь к нашему маленькому свиданию за ужином? Извини, сладкий, но ты просто не в моем вкусе.
— В один прекрасный день ты проснешься и обнаружишь, что я выбрался из этой клетки и стою над твоей гребаной кроватью, — тихо прорычал он. — И тогда ты поймешь, какую ошибку совершил, заперев меня здесь.
Я ухмыльнулся ему, и тут снова появилась Паучок. Она повисла на решетке его клетки, поглядывая то на меня, то на него. Ее губы были накрашены ярко-красной помадой с блестками, которые сверкали даже в тусклом освещение подвала. Мой взгляд задержался на ее губах на гораздо дольше, чем следовало, и следующее, что я осознал, это то, что она бросилась на меня.
Я рассмеялся, пытаясь удержать ее, пока она забиралась мне на спину. Она обхватила рукой мою шею, схватила себя за запястье другой рукой и сильно сжала, всем весом повиснув на мне.
Этот прием эффективно перекрыл мне доступ кислорода. Я протянул руку назад, схватил ее за округлый изгиб зада и приподнял повыше, чтобы ослабить ее удушающий захват, и так, неся ее, поднялся по лестнице из подвала.
Всю дорогу я чувствовал на себе пристальный взгляд Матео, но мне было насрать. На самом деле, я надеялся, что он влюбился в нее, и его маленькое картельное сердечко разрывалось прямо сейчас, из-за того, что она бросила его, чтобы пойти поиграть со мной.
  
Я остановился, чтобы запереть дверь, а затем отнес ее на кухню, мои легкие уже горели, потому что я начал по-настоящему задыхаться, и она рассмеялась, когда я упал на колени. Но ее смех резко оборвался, когда я сбросил ее с себя и перекинул через голову так, что она упала на спину передо мной.