Освободи меня (ЛП)

Я встретилась с ним взглядом. — Извини, но этого я тебе не скажу.
Он нахмурился. — Ты не хочешь сказать мне, куда везешь мою семью.
— Да, они твоя семья, и твое желание знать это понятно, но они и моя семья тоже, — сказала я ровным и твердым голосом. — Я не говорю, что мои претензии весомее твоих. Просто чем меньше людей будет знать, тем в большей безопасности они будут.
— Я бы никому ничего не сказал, — надавил Мика.
Я не отступила. — Нет.
Мика посмотрел на своего кузена.
Кольт грустно улыбнулся ему. — Она сказала «нет».
Мика действительно казался удивленным тем, что Кольт не сказал ему. Не то чтобы он мог; он знал только, что это было в Колорадо.
— Не принимай это на свой счет, Мика, — посоветовал Аларик, заканчивая завязывать последний стежок. — Уважай тот факт, что она делает все возможное, чтобы обезопасить твоих кузенов, даже если это расстраивает тебя.
Я была немного удивлена, что он вступился за меня.
Мика хмуро уставился в пол и неохотно кивнул. — Хорошо.
Когда Аларик закончил, он обмотал мою рану марлей. После этого мы вчетвером направились в гараж, чтобы посмотреть, как Дакстон справляется с заменой стекла в джипе. Он сообщил нам, что это ненадолго, и мы все остались с ним, пока он заканчивал работу.
Прежде чем мы попрощались, Мика отозвал Кольта в сторону. Они поговорили с минуту, и я увидела, как Мика протянул Кольту пачку денег. Кольт положил ее в карман, и они крепко обнялись. — Будь осторожен, — как мне показалось, сказал ему кузен, когда они отстранились друг от друга.
После этого мы с Кольтом поблагодарили Мику и его друзей за помощь, забрались в джип Килана и уехали.
4
Мы ехали уже почти семь часов и только что въехали в Колорадо. Я была измотана. Позапрошлой ночью я плохо спала в отеле, где мы впятером остановились после того, как нашли Джейкоба мертвым на моем диване, и, конечно же, прошлой ночью сон не шел вообще. Чем большее расстояние отделяло нас от Мистера Икс, тем больше улетучивался адреналин, заставлявший меня двигаться, и теперь я чувствовала себя так, словно работала на пределе.
Кольт положил руку мне на бедро. — Почему бы тебе не притормозить на остановке и не дать мне немного порулить?
Я села ровнее. — Я в порядке.
— Нет, не в порядке, — мягко сказал он. — Все это время ты брала все на себя, и я был не против. Я понимаю, почему тебе нужно было все контролировать. Но мы в безопасности. Икса здесь нет, и ты устала. Позволь мне взять все на себя.
С неохотой я съехала с шоссе на безлюдную стоянку и припарковала джип.
Кольт расстегнул ремень. — Почему бы тебе не прилечь на заднее сиденье и не попытаться немного поспать?
— Мне кажется, что если я расслаблюсь, то все, о чем я пытаюсь не думать и не чувствовать, захлестнет меня, и я развалюсь на части, — призналась я, глядя через лобовое стекло на горы и деревья. Здесь было так зелено по сравнению с тем местом, где мы жили. Температура снаружи тоже была холоднее и будет становиться все холоднее по мере приближения к убежищу. Возможно, там мы даже увидим снег. — Может быть, я больше не умею хоронить вещи, а может быть, это потому, что мы все еще находимся в гуще событий. Так или иначе, я не могу не думать о том, что с нами происходит, и не чувствовать этого.
Кольт наблюдал за тем, как я отвлекаюсь, глядя на улицу.
— Садись со мной на заднее сиденье, — сказал он, заставляя меня посмотреть на него.
— Что?
Вместо ответа он вылез из джипа. Я расстегнула ремень и тоже вылезла. Порыв холодного ветра ударил по всем моим открытым участкам тела, заставив меня вздрогнуть, когда я распахнула дверь на заднее сиденье. Я опустилась на заднее сиденье, как и Кольт.
— Что мы будем делать? — спросила я, повернувшись к нему.
Он провел рукой по моей щеке. — Я собираюсь помочь тебе заснуть. — Он наклонился, чтобы поцеловать меня.
В тот момент, когда его губы прильнули к моим, мне стало понятно, что он имел в виду. Я отпрянула назад, озираясь. — Здесь?
Его рука переместилась с моей щеки на шею, удерживая меня на месте. — Здесь нет никого, кто мог бы увидеть. — Он нежно прижался своими губами к моим. — Просто сосредоточься на мне. — Он снова поцеловал меня. На этот раз с большей страстью.
 
— Ты отвлекаешь меня сексом? — спросила я, прижимаясь к его губам. Я ожидала такой напористости от Крида, но не от Кольта. Ну, если только у Кольта не проявлялась сторона Халка. Когда это происходило, он прикасался ко мне и брал мое тело так, словно оно принадлежало ему. Но он не был в одном из своих халковских настроений. Возможно, дело было в обстоятельствах, в которых мы находились.
Парень переместил свой рот на мою шею. — Лучше бы секс со мной был отвлекающим. — Он слегка укусил меня, заставив мое дыхание прерваться, а тело выгнуться ему навстречу. — Если я не могу полностью завладеть твоим вниманием, когда трахаю тебя, значит, я делаю это неправильно.
Грязный мальчик Стоун.
В этот момент мне следовало бы улыбнуться. Однако вместо этого я стала отмахиваться от жжения, мгновенно вспыхнувшего в глазах. Как только я взяла себя в руки, я спросила: — Это и есть план? Ты собираешься изнурить меня сексом, чтобы я сразу уснула?
Кольт отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо. С обожанием он заправил мои волосы за ухо. — Как мне это сделать? — Он снова поцеловал меня в губы. — Мне взять тебя жестко или медленно?
Он уклонился от ответа, потому что то, что я сказала, было правдой. Я положила руку ему на грудь, останавливая его. — Если ты займешься со мной любовью прямо сейчас, я, наверное, начну плакать.
Он задумчиво нахмурился, его глаза искали мои. — Это еще почему?
Потому что я не заслуживаю тебя.
А ты не заслуживаешь того, что я навлекла на тебя и твоих братьев.
И мне приходится выкладываться на полную, чтобы не дать чувству вины за это сокрушить меня.
Как я могла сказать любимому человеку, что его любовь делает мою вину невыносимой?
Я не солгала в голосовом сообщении, которое оставила Логану. Я была куском дерьма. Мне не следовало находиться на заднем сиденье с Кольтом, но не быть рядом с ним, не принимать его прикосновения, особенно после того, как я почти потеряла его, было бы все равно, что лишить себя воздуха. Казалось, я была проклята в любом случае. Все, что можно было сейчас сделать, это выбрать, насколько сильно страдать.
Но признаться ему в этом я не могла. Поэтому я сказала: — Спроси меня завтра.
Что-то промелькнуло в его глазах, и у меня возникло такое неприятное чувство, что он знал. Каждая мысль, которая проносилась через меня, борьба, которую я отчаянно пыталась не дать ему увидеть, он знал, и я приготовилась к его ответу до такой степени, что все мое тело напряглось.
Его пальцы слегка сжались на моей шее. — Завтра. — Его голос был ровным и твердым. Он произнес всего одно слово, но этого было достаточно, чтобы у меня возникло дурное предчувствия. Он дал мне время до завтра, но его это не радовало, и это подтверждало тот факт, что он знал.
— Ложись, Шайлох, — приказал он, схватив меня за колено другой рукой.
Шайлох? Похоже, что я вывела наружу его Халка. Мурашки побежали по моей коже, когда я легла на спину поперек сиденья.
Кольт приспособился так, что его колени оказались между моими бедрами. Его руки скользили по моим голым ногам, пока не добрались до моих туфель. Он стянул их с моих ног и позволил им упасть на пол. В животе запорхали бабочки, когда он расстегнул мои шорты и запустил пальцы в их верхнюю часть и нижнее белье. — Приподнимись. — Его тон был резким.
Повинуясь его приказу, я приподняла бедра, чтобы он мог раздеть меня ниже пояса. Он бросил мои шорты и нижнее белье рядом с туфлями. Его глаза не отрывались от моих, а руки обхватили меня сзади за бедра. Я втянула воздух, когда он раздвинул меня. Наблюдала, затаив дыхание, как его взгляд опускается между моих ног.