Тихоня (СИ)

— Давай заниматься, тихоня, или я затащу тебя к себе домой и трахну на любой ровной поверхности, какую только найду.
Она издает сдавленный звук и тянется к своим книгам, блокноту, а затем и к ручке.
— Заниматься, да? Давай заниматься. В конце концов, я должна заработать эти деньги.
  
Глава 26
 
БЕЛ
Давненько я не ходила в магазин за продуктами для мамы не беспокоиться о том, что моя дебетовая карта может быть отклонена. За те пару недель, что работаю на Дрю, вместе с десятью тысячами, которые он дал мне ранее, мой банковский счет пополнился, и жизнь стала более стабильной. Я, конечно же, ничего ему об этом не скажу. Дрю незачем тешить свое эго, но в глубине души я благодарна.
Мою маму выписали из больницы, и, помимо занятий в университете и репетиторства, я помогаю ей по дому. Она не слишком требовательна и терпеть не может, когда я этим занимаюсь, но в данный момент других вариантов нет.
Я ставлю пакеты на столешницу и перемещаюсь по кухне, чтобы разложить все продукты. Супы, овощи, протеиновые коктейли. То, что можно быстро съесть и легко приготовить.
— Детка, тебе не обязательно это делать. Я сама могу о себе позаботиться, — кричит мама из гостиной, где лежит на диване.
Я закатываю глаза, улыбаясь про себя. И она еще удивляется, откуда у меня такое упрямство.
— Мам, никто не говорил, что ты не можешь о себе позаботиться. Я твоя дочь. Это моя обязанность — делать такие вещи. Кроме того, я не против помочь, хорошо? Ты заботилась обо мне двадцать лет, я могу…
— Это была моя обязанность, а сейчас твоя задача — закончить учебу и позаботиться о себе.
Вздохнув, комкаю бумажный пакет и бросаю его в мусорное ведро.
— Не волнуйся об этом, мам. Когда ты снова встанешь на ноги, сможешь сама заниматься покупкой продуктов.
Повисает долгая пауза, и я высовываю голову из-за стены, чтобы проверить ее.
Она хмурится и встречается со мной взглядом.
— Ты взяла клубничный протеин или шоколадный?
Не могу сдержать улыбку, проскальзывающую на моем лице, когда опускаюсь в кресло напротив дивана.
— На этот раз шоколадный.
Какое-то время мы сидим в тишине, и я пользуюсь возможностью рассмотреть ее. Она похудела, лицо стало угловатым и немного морщинистым. Мама по-прежнему красива, но выглядит слишком худой, высохшей и хрупкой.
Каждую неделю приходит медсестра, чтобы ввести лекарства и быстро поставить капельницу с обезболивающим, но я все равно хочу, чтобы она прибавила в весе.
Возвращаюсь на кухню и приношу один из холодных протеиновых коктейлей.
— Вот, выпей это.
Она морщит нос от отвращения, но берет его. Я помогаю ей сесть поудобнее и перекладываю подушки для поддержки. Когда снова сажусь на свое место, она медленно, по чуть-чуть, потягивает напиток. Ей потребуется целая вечность, чтобы справиться с ним, но к тому времени шоколадные коктейли остынут, и, возможно, мне удастся заставить ее выпить еще.
— Детка, — говорит она, вырывав меня из размышлений, которые я провожу в своей голове. — Где ты берешь деньги на все это?
Она не в первый раз спрашивает меня об этом, но впервые так прямолинейна, встречаясь со мной взглядом и озабоченно морща лоб.
Я откидываюсь на спинку кресла и вздыхаю.
— Репетиторство, случайные подработки, все как всегда.
Она наклоняет голову, и на ее губах появляется язвительная улыбка.
— Когда ты занимаешься репетиторством, если проводишь здесь больше времени, чем в университете? Я знаю, что эти протеиновые коктейли недешевые, так что…
Я пожимаю плечами.
— Что ты хочешь, чтобы я сказала, мам? Я занимаюсь репетиторством с одним высокопоставленным студентом. Он специально обратился ко мне за услугами, и этим я и занимаюсь. Я беру больше за то, чтобы просто заниматься с ним. По сути, это почти полный рабочий день за большую плату, чем за недельную подработку.
— Зачем кому-то платить такие деньги за твои индивидуальные услуги репетитора? Чего он на самом деле от тебя хочет?
Я вскидываю руки и позволяю им упасть на колени.
  
— Я не знаю. Он богат. Ему нравится проводить время в уединении, и, не знаю, может, он избалован и думает, что будет лучше, если я буду полностью в его распоряжении.
Ее глаза сужаются.
— Итак, он хочет…
— Сдать экзамены по химии, только и всего.
Она отводит взгляд.
— Такие мужчины… всегда чего-то хотят. Ты ясно дала ему понять, чего он может хотеть? Подожди… Как его зовут?
Его голос в моей голове произносит: Ты. Принадлежишь. Мне.
Я сглатываю и широко улыбаюсь. Может быть, даже слишком широко.
— Он ничего не хочет, кроме репетиторства, мам. Правда. Давай поговорим о тебе и о новых лекарствах, которые они собираются тебе прописать. Я хочу быть уверена, что буду рядом, что бы тебе ни понадобилось. О, и его зовут Дрю. Не думаю, что ты его знаешь или что-то в этом роде.
Ее плечи опускаются, как всегда, когда я заговариваю о новых препаратах. Не могу вынести выражения поражения на ее лице, поэтому встаю, беру на кухне тряпку для пыли и начинаю протирать ею полки с безделушками.
— Все хорошо, мам. Все будет хорошо.
Я болтаю и отказываюсь смотреть в ее сторону. Как только с ее лица исчезнет это выражение, снова смогу смотреть на нее.
Я продолжаю убираться, поскольку в ближайшее время не смогу нанять уборщицу. Это еще одна простая вещь, которую я легко могу делать, пока она поправляется, сосредоточившись на том, чтобы выздороветь
— Ты с кем-нибудь встречаешься? — ее вопрос возникает из ниоткуда, заставляя меня уронить тряпку и безделушку, которую я полировала. — Может быть, с Дрю?
— Что? — бормочу я, поднимая их с пола. — Откуда это взялось?
Когда оглядываюсь через плечо, ее глаза сверкают, а улыбка обнажает зубы. Она снова похожа на маму, и мое сердце сильно бьется о ребра.
— Я хочу, чтобы когда-нибудь у меня были внуки. А чтобы это произошло, нужно встретить кого-то. Многие женщины знакомятся с мистером "Подходящий" в колледже.
Я фыркаю и бормочу себе под нос.
— Скорее, с мистером "Не Принимаю Нет В качестве Ответа".
— Что это значит?
— Ничего. Нет, на самом деле я ни с кем не встречаюсь. Во всяком случае, не на постоянной основе. Недавно я ходила на свидание, но все прошло не так, как планировалось, так что… да.
Ей определенно не нужно знать, что я чуть не попала под действие наркотиков… или чего похуже.
— Что ж, может быть, следующее пройдет лучше, но, наверное, лучше держаться подальше от того мальчика, с которым ты занимаешься. Не самая лучшая идея — совмещать работу и романтику.
Я заканчиваю уборку и поворачиваюсь к ней лицом.
— Мне нужно возвращаться в кампус. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я уйду?
Она качает головой.
— Я поняла. Спасибо.
— Серьезно, если ты хочешь, чтобы я вернулась, просто напиши мне сообщение или позвони. Сейчас у меня нет большой нагрузки на занятиях.
Ее глаза на мгновение сужаются, но она кивает и протягивает руки для объятий.
— Нам все еще нужно кое-что обсудить, детка. Знаю, ты не готова, но это все равно должно произойти. Мы должны подготовиться, на всякий случай.
На языке так и вертится еще раз возразить и сказать "нет", но если ей будет легче от того, что она подготовиться, то мы сделаем это.
Я крепко обнимаю ее и направляюсь обратно в кампус. Благодаря небольшому количеству машин, возвращаюсь в общежитие в рекордно короткие сроки.
В кармане звонит телефон, но я не обращаю на это внимания, взбегая по лестнице в комнату.
Джеки собирает свою сумку у стола и замирает, когда я вхожу.
— Ой! Я думала, ты проведешь весь день со своей мамой?
— Она уже устала от меня, поэтому я решила дать ей немного пространства. Видимо, существует тонкая грань между навязчивостью и заботой.
Джеки садится за стол, и я стараюсь не смотреть на поцарапанное дерево, чтобы не вспоминать, что чувствовала, когда руки Дрю держали меня на нем.