Тихоня (СИ)

Он склоняет голову набок, когда двое его огромных друзей окружают нас. Один, чья яростная энергия сравнима с энергией Дрю, кружит справа, а другой, которого я раньше не видела, черт, я даже не знаю его имени, кружит слева.
Дрю указывает на Стюарта.
— Ариес, подойди сюда, пожалуйста.
Значит, это Ариес.
Парень, которого я не знаю, обходит нас сзади, и Стюарт смещается, чтобы Ариес не оказался прямо у него за спиной.
— Какого хрена тебе нужно?
— Дрю, пожалуйста, мы можем поговорить об этом где-нибудь наедине? — пытаюсь я.
Он не сводит глаз со Стюарта, и его ноздри раздуваются при каждом вдохе. Держу пари, он даже не замечает меня. Делаю шаг вперед, но чья-то рука обхватывает меня за талию и тянет назад. Я ударяюсь о чью-то твердую грудь и немедленно начинаю вырываться. Это бесполезно, особенно когда парень, который меня держит, в два раза больше. Кажется, его зовут Ли.
— Успокойся. Ты же не хочешь пропустить самое интересное.
— О чем ты говоришь? — спрашиваю я, не сводя взгляда с Дрю и Стюарта.
Дрю делает шаг вперед, словно собираясь ударить, и выбивает пиво у него из рук, затем сует ему мое.
— Хочешь пить, Членорыл? На, пей.
В его словах нет ничего, кроме угрозы, и я сглатываю, что вызывает смешок у Ли, который прижимается к моей спине. Думаю, я должна испытывать облегчение от того, что он просто удерживает меня на месте. Никаких блуждающих прикосновений.… Он явно знаком с Дрю.
— Давай рассуждать разумно. Мы можем поговорить? Он ничего не сделал, и я не хочу, чтобы ты делал что-то, из-за чего у тебя могут быть неприятности.
Кого я обманываю? Никто не посмеет тронуть этих элитных засранцев.
Дрю даже не смотрит в мою сторону, а, прищурившись, смотрит на Стюарта.
— Разумно? Если думаешь, что это разумно, то ты ни черта не заметила. А неприятности? Я не волнуюсь. Ни капельки. Если этот идиот воспользуется хотя бы одной из последних оставшихся клеток своего мозга, он никому об этом не расскажет.
Румянец пробегает по шее Стюарта к лицу.
— В чем, черт возьми, твоя проблема, чувак? Она не твоя девушка.
— Кто это сказал? Не то чтобы это имеет значение. Я заявил на нее права, и это, конечно, не оправдывает того факта, что ты бесполезный кусок дерьма, который следует убрать, особенно после того, чему я только что стал свидетелем
— О чем ты говоришь? Что он сделал? — я вырываюсь из объятий Ли.
— Полегче, Бел. Он уже подходит к сути. Просто подожди, — шепчет Ли мне на ухо.
Я осторожно отклоняю голову, чтобы его теплое дыхание не касалось чувствительной кожи уха. Что-то мне подсказывает, что я вот-вот потеряю клиента. Испускаю долгий вздох, и мои плечи опускаются.
Парни стоят грудь к груди, пока Дрю практически не рычит:
— Выпей это. Сейчас же.
Стюарт делает движение рукой, будто собираясь выплеснуть напиток Дрю в лицо, но Дрю хватает его за запястье, удерживая на месте, прилагая, как кажется, минимум усилий. Поскольку мы находимся далеко от многолюдного карнавала, а темнота быстро надвигается, никто нас толком не видит и не слышит, так что привлечь для помощи что-то внимание не удастся.
— Пей, — приказывает Ариес из-за спины Стюарта. — Или мы заставим тебя пить.
В его тоне столько же угрозы, сколько и в тоне Дрю. Мне это не нравится, совсем не нравится.
— Что такого особенного в пиве? Если он не хочет пить, то не обязан, — вмешиваюсь я.
Глаза Стюарта наполняются паникой, и он пытается дернуться, но Ариес хватает его за плечи и прижимает к своей груди. Дрю выхватывает пиво, хватает Стюарта за нос, зажимает его и вливает напиток ему в рот.
Я дрожу всем телом.
— Какого черта? Зачем ты это сделал?
Стюарт издает булькающий звук, как будто задыхается, и все, что я могу сделать, это закричать.
— Помогите ему! Он задыхается.
Ни Дрю, ни Ариес не делают никаких попыток помочь ему. Вместо этого они отпускают его и смотрят, как он падает на колени, его рубашка пропитывается пивом.
Перекатившись на бок, он начинает кашлять, и я слышу, как он судорожно втягивает воздух в легкие. Меня охватывает облегчение, но оно оказывается недолговечным, когда Дрю садится перед ним на корточки. Не могу стоять и смотреть, как он издевается над кем-то, кто понятия не имел, во что ввязывается. Какая разница, прикасался ли он ко мне или приглашал на свидание? Все равно ведь ничего особенного не произошло.
  
Я пытаюсь вырваться из хватки Ли, но безуспешно. Он сжимает еще сильнее, почти до синяков.
— Отпусти меня!
— Потерпи, — настаивает он, его тон становится мягче, ласковее, как будто он уговаривает маленького зверька.
Я в двух секундах от того, чтобы ударить его по яйцам, когда подходит Ариес, зажав пакетик между указательным и большим пальцами.
— Интересно, сколько нужно времени, чтобы он начал действовать? Я чертовски уверен, что мне никогда не приходилось этим пользоваться. Что скажешь, Стью? Как скоро ты не сможешь вспомнить даже собственное имя?
Я перевожу взгляд с Ариеса на Стюарта и обратно, смотрю на пакетик, сбитая с толку тем, что вижу. Раздаются ругательства, когда Стюарт пытается встать на ноги. Дрю не дает ему сдвинуться ни на дюйм, возвышаясь над ним.
— Ты не только положил глаз на мою девчонку, но и пытался накачать ее наркотой. Неа. Не смотри на нее, не разговаривай с ней, и ты точно будешь продолжать платить за репетиторство, которого не получишь, или я найду тебя, и обещаю, что не буду вызывать полицию. Не буду жаловаться в университет. Я поступлю с тобой так, как и следовало бы поступить. Убью. Закопаю на шесть футов в чертовой земле.
Никакой отсрочки. Никаких поблажек. В каждом его слове лишь холодная сталь. Реальность того, что могло произойти, давит на меня. Неужели я ожидала слишком многого, того, что он действительно захочет пойти со мной на свидание? А не накачать меня наркотиками и переспать со мной? Смаргиваю с глаз навернувшиеся слезы. Я поняла. Не то чтобы я была честна, принимая его приглашение, но его намерением было причинить мне боль.
Дрю отходит к своему другу, даже не глядя на меня. Стыд захлестывает изнутри, когда Ли убирает хватку. Кожа становится чувствительной, и я стараюсь не потирать руки, чтобы не выдать своего дискомфорта. С этими парнями я словно в крови среди акул. Вместо этого обхватываю себя руками и не обращаю внимания на холод, пробирающий до костей.
Как я могла настолько сглупить? Я должна была догадаться, что это подстава.
— Я должен убить тебя прямо сейчас, — усмехается Дрю, его тело — стена чистой ярости. — Что скажешь в свое оправдание? Не можешь найти себе кого-нибудь другим способом?
— Нет, могу. Просто хотел узнать, из-за чего вся эта суета. — Его взгляд скользит по моему телу, и он облизывает губы, словно готовясь откусить от меня кусочек. Исчез тот непринужденный, добрый джентльмен, которого он показывал в библиотеке на протяжении последнего месяца. Все это было ложью. Маской, которую он носил, чтобы заставить меня делать то, что он хочет. Во мне вспыхивает ярость, я крепко сжимаю кулак и делаю шаг к нему.
— Не могу поверить, что считала тебя хорошим парнем, — рычу я и отвожу кулак назад, чтобы ударить его по щеке.
Руку пронзает боль, костяшки пальцев горят от удара, но я не обращаю на это внимания. Удар по нему того стоит. Он отшатывается в сторону, его тело теряет равновесие не только от удара, но и из-за наркотиков, которые, вероятно, сейчас действуют в его организме.
Ли и Ариес подходят и подхватывают его под руки. Дрю встает между нами, словно защищая, и впервые за все это время смотрит на меня. В его глазах светится то, что я могу описать только как разочарование и удивление.
— Отведите его в подвал. Мы разберемся с ним позже.
— Договорились, — говорят Ли и Ариес в унисон.
Как только Стюарта уводят, я остаюсь наедине с Дрю, его серая рубашка от Хенли с длинными рукавами покрыта мокрыми пятнами и прилипла к широким плечам, как будто он не потрудился полностью вытереться, прежде чем прийти за мной. Мы смотрим друг на друга, и между нами тянется долгая пауза, полная невысказанных вещей.