Тихоня (СИ)

— Прости? Кажется, мне в ухо попала вода, потому что я ни хрена не расслышал. Ты сказала "ходить на свидания с кем-то еще"?
У кого, черт возьми, хватит смелости, или, еще лучше, глупости, чтобы пойти с ней на свидание? Только у того, кто хочет быть похороненным на шесть футов под землей.
Джеки мотает головой и зажимает рот рукой, словно боится сказать что-то лишнее.
— Я ничего не говорила, — бормочет она сквозь пальцы. Собираюсь соскользнуть со скамейки в воду, чтобы схватить ее, но она отскакивает назад, а затем бросается прочь.
Смотрю, как она убегает, не в силах что-либо сделать.
— Блядь, — бормочу я.
В плечах нарастает напряжение, а под кожей усиливается зуд. Мне нужно убираться отсюда к чертовой матери. Лучше бы Джеки пошутила, или Мэйбел что-то напутала, потому что… В данный момент даже думать не могу о том, чтобы потерять самообладание. К бочке подходит новая группа людей, и я с усилием выдыхаю воздух через нос, а затем втягиваю его обратно. Это самый плохой способ чтобы успокоиться, но либо так, либо выйду из себя и превращусь в дикое животное. Я бы предпочел не выставлять себя огромной задницей… пока. Я скоро найду Мэйбел. Это дерьмовое шоу почти закончилось.
Считаю в уме: десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один… Уже собираюсь начать сначала, когда один из баскетбольных придурков смеется с друзьями, ставя ноги на линию. Узнаю в этом придурке одного из парней, которого обучает Мэйбел. Кажется, Стюарта. Я полностью изучил его жизнь, как только увидел его номер в ее телефоне.
Себ передает ему три мяча. Парень высокий, с большими руками, и легко удерживает все три мяча в одной. Я свирепо смотрю на него, желая, чтобы он поторопился, а я мог покончить с этим дерьмом. Он бросает первый мяч и, конечно же, промахивается. Именно в этот момент замечаю маленькую тень, стоящую рядом с ним. Сердцебиение учащается. Кровь в жилах начинает закипать.
Все, о чем я могу думать, это как она сказала, что это ничего не значит, что он просто друг. Хах, друг, который хочет трахнуть тебя пятью разными способами. Я в нескольких секундах от того, чтобы сорваться. Мне следует отвернуться. Она не заслуживает моего внимания или желания, но я не могу заставить себя это сделать.
Стискиваю зубы и смотрю на нее сверху вниз. Волосы распущены, светлые волны заканчиваются чуть выше груди. Задержав взгляд, замечаю, что на ней платье. Чертово платье, когда на улице холодно. Я бы никогда не позволил ей выйти из своей комнаты на холод в гребаном платье. Она осторожно касается руки баскетболиста, и во мне закипает ярость.
Я кричу.
— Йоу, Дебил. Ты собираешься попасть в цель? Я не могу сидеть здесь весь день.
Несколько человек в толпе хихикают. Он бросает еще один мяч. Снова промах.
Бел убирает свою руку с его плеча, и я немного расслабляюсь. Это не имеет значения. Этому маленькому ублюдку все равно конец, но… то, что она не прикасается к нему, удерживает меня от того, чтобы наброситься на него прямо сейчас.
Она моя. МОЯ.
Стискиваю зубы и пристально смотрю на него.
— У тебя небольшие проблемы с попаданием, Дебил? Хочешь, чтобы я позаботился о твоей девушке вместо тебя?
Она вздрагивает, и ее глаза широко распахиваются, встречаясь с моими. Я улыбаюсь ей во все зубы, чтобы убедиться, что она понимает, в какую чертову передрягу вляпалась. Она знает, что к чему, и все же стоит здесь с другим парнем, ведя себя так, будто не принадлежит мне. Она позволила ему целовать ее, прикасаться к ней? Если так, то его гребаные руки будут сломаны.
Стюарт бросает последний мяч и снова промахивается.
Я смеюсь.
— Все в порядке, милая. Иди сюда. Я позабочусь о тебе, пока Дебил действительно не сможет попасть.
Она хмурится, глядя на меня, и скрещивает руки на груди, ее волосы теперь больше похожи на нимб. Хочу запустить в них пальцы, натянуть их потуже и посмотреть, как приоткрываются ее губы. Она принадлежит мне, и я не уйду с этого карнавала без нее. Стюарт смеется, бросая яростный взгляд в мою сторону. Себастьян передает ему еще три мяча, а я зеваю и покачиваю ногой в ожидании.
  
Он пробует еще два раза и оба раза промахивается. Жалкий тип, и он называет себя баскетболистом? Бел подходит к нему и забирает последний мяч.
Он кланяется, словно уступая приз, и отходит в сторону.
Что ты задумала, цветочек…
Я не свожу с нее глаз, пока она поднимает руку и прицеливается. Выдыхаю и считаю в обратном порядке от десяти, наблюдая за ней. Десять. Девять. Восемь. Семь. Шесть. Пять. Четыре. Мяч вылетает из ее руки и ударяется о мишень, отправляя мою задницу в воду. Я заглатываю почти галлон воды из-за улыбки, которая растягивается на моих губах, и поднимаюсь на поверхность, кашляя. Сквозь плеск воды пробивается смех, когда я выныриваю, но обнаруживаю, что смеются все, кроме Бел. Вместо этого она бросает виноватый взгляд в мою сторону и следует за Стюартом, гребаным дебилом, прочь. Ничего, блядь, не происходит.
— На сегодня с меня хватит, — объявляю я, вылезая из бочки. Хватаю сумку с сухой одеждой, которую Себастьян припрятал для меня ранее.
— Ты в моем распоряжении на четыре часа, — отвечает Себастьян.
— Похоже, это твоя проблема.
Моя единственная задача на данный момент — убедиться, что Мэйбел знает свое место. Если она думает, что я буду сидеть здесь и позволять другому мужчине водить ее по этому месту, то она, черт возьми, не в своем уме. Я не отрываю взгляда от ее спины, пока вытираюсь и натягиваю чистую футболку.
— У этой девчонки хороший бросок. — Подходит Ариес, скрестив мускулистые руки на груди. Он как обычно хмурится, хотя в тоне сквозит любопытство.
Прежде чем успеваю ему что-либо сказать, вмешивается Себастьян угрожающим шепотом:
— Неужели наш разговор в библиотеке ничего для тебя не значил?
Я проскальзываю в самодельную кабинку для переодевания, меняю боксеры на сухие, натягиваю рубашку и джинсы. Засовываю ноги в ботинки и выхожу из раздевалки, сталкиваясь лицом к лицу с Себастьяном. Выражение его лица непроницаемо, но мне плевать, что он думает. По крайней мере сейчас.
— Твое мнение ни хрена для меня не значит, Себ. Она моя, и я буду делать с ней все, что захочу. Отвали от меня, иначе у нас будут проблемы. Ты один из моих лучших друзей, но не тебе указывать мне, что делать. — Я наклоняюсь так, что мои губы оказываются у его уха. — Даже если мой отец платит тебе за то, чтобы все было иначе.
Я не даю ему возможности ответить. Время и так тратится впустую. Вернувшись к стойке, Ли дразнит зевак непристойными комментариями, раздавая билеты вместо Себастьяна. Им это нравится, и у него это получается гораздо лучше, чем у меня. Меня охватывает беспокойство. Оглядываю толпу в поисках Бел и ее… кавалера.
Если Бел хочет поиграть в игры, то мы можем поиграть, но она должна знать лучше других, что я не играю честно, и когда доберусь до нее, ей придется здорово поплатиться. Думал, что ясно дал ей понять, что она принадлежит мне, но, похоже, мне придется предпринять что-то радикальное, чтобы доказать ей обратное.
— Ариес! Ли! За мной!
  
Глава 20
 
БЕЛ
Знаю, что не должна быть так довольна собой из-за того, что обыграла его, но ухмылка на его лице, когда я схватила мяч, просто вывела меня из себя. Как обычно, он меня недооценил.
Он заставит меня заплатить за это, когда освободится и перестанет быть волонтером, но сейчас я чувствую себя немного победителем. И мне действительно нужна победа, как в этой жизни, так и в борьбе с Дрю.
Отчасти, думаю, он видит во мне маленького испуганного кролика, и только поэтому продолжает возиться со мной. Может, это и правда так. Он, конечно, не говорил ничего, кроме как гребаного ты принадлежишь мне, так что я не знаю, что творится у него в голове.
Может, в этом все и дело. У него сотрясение, и эта его одержимость, похоже, пройдет, как только мозг встанет на место. В любом случае, ему не понравилось, что я его окунула, поэтому хочу держаться как можно дальше от него.