Царство Страха

– Да. Я готова стать принцессой Гнева. Официально.
  
Двадцать девять
 
– У тебя божественный вкус. – Я сомкнула губы над тупым концом и втянула в рот столько, сколько смогла. Я пыталась сохранить хоть какое-то подобие достоинства, но, черт меня побери, как же было хорошо. Я отпрянула назад, с наградой в руке, наслаждаясь своим творением. – Хочу облизать каждый дюйм твоего тела.
– Как и я, – пробормотал Гнев из дверного проема.
Я уронила полную ложку начинки для канноли и расхохоталась, когда заметила, на что он уставился. Демон определенно говорил о своем любимом десерте, а не о жене. Мой звонкий смех вызвал у мужа широкую ухмылку, когда он полностью вошел в кухню. У нас оставалось чуть меньше часа, и скоро предстояло отправиться к Похоти, однако, как отметили Гнев и Зависть, почетная пара имела полное право слегка припоздниться.
Мы решили вернуться домой, и, пока Гнев занимался адскими гончими, я пошла на кухню, чтобы приготовить угощение к нашей победе. Мы раскрыли «убийство» Весты, очистили имя моей сестры и сняли проклятие. Я была на седьмом небе.
– Чревоугодие послал за нами пятерых демонов. Если мы не появимся на вечеринке в ближайшее время, он угрожает прийти сюда сам. Со всеми. И поклялся, что лично приведет журналистку.
По выражению лица Гнева стало ясно, что он предпочтет снова сразиться с ордой оборотней, нежели устроить вечеринку и пригласить всех своих развратных братьев в наш Дом Греха. Я протянула ему тарелку с подслащенной рикоттой.
– Ты успеешь хотя бы попробовать.
– В этом ты права. – Он отставил тарелку в сторону и притянул меня для поцелуя. Я растаяла в его руках, полностью отдавшись сладким объятиям. Как по мне, он слишком быстро отпрянул, его взгляд потемнел от плотского желания, которое соответствовало моему. – Как бы мне ни хотелось уложить тебя и сию же минуту облизать каждый дюйм твоего тела, нам пора идти.
Голос у него был глубокий, бархатный, что намекало на всевозможные фантазии и желания. Те, которые я бы с радостью воплотила в жизнь. Я с тоской взглянула на столешницу, вспоминая последний раз, когда нас прервали, а затем вырвалась из его рук, увеличив расстояние между нами.
– Конечно, будет неприемлемо, если король и королева греха и порока слишком опоздают.
Гнев прошел за мной по кухне, не отводя своих глаз от моих, медленно прижал меня к столу и чуть наклонился, обхватив пальцами подол моего платья и быстро потянув его вверх. Он раздвинул мои ноги и встал между ними.
– Я сказал, нам пора идти, миледи. Но я не говорил, что мы уже уходим. – С помощью своих ловких пальцев Гнев обнаружил, что я не лгала о нижнем белье, и его внимание сосредоточилось на тайном месте, которое так истосковалось по нему. Он медленно потирал гладкость моего возбуждения, пока я не застонала от растущего желания. – По крайней мере, пока.
Мой король преклонил колени передо мной, его взгляд стал темным и распутным, когда он начал выполнять свое обещание, облизывая каждый дюйм моего тела.
Принц Похоти правил всеми видами удовольствий, но внешняя часть его Дома Греха была посвящена тому, чем он был наиболее известен, – похоти. Наша карета остановилась у кольцевой дороги, и сразу стало ясно, кто правит этим двором.
Мраморные статуи влюбленных пар стояли вдоль парадной лестницы, ведущей к огромным деревянным дверям. Мое внимание привлек фриз  [2] с изображением оргии над входом, на нем было вырезано слово ПРОНИКАЙТЕ.
Я слегка улыбнулась двоякому смыслу. Тонкость оставалась искусством, которому Похоть отказывался учиться.
 
Нас с Гневом провели внутрь и тут же объявили о нашем прибытии. Мы вошли в большой бальный зал, где все лорды и дамы низко поклонились – первый и последний раз, когда соперничающий двор демонов поступал так в присутствии их собственного правящего принца.
– Поднимитесь, – сказал Гнев. – Сегодня мы чествуем Ее Величество королеву Эмилию. Спасибо моему брату, принцу Похоти, за гостеприимство.
Струнный квартет заиграл мелодию, и завсегдатаи вернулись к своему веселью.
Бальный зал не был похож на грубое проявление похоти снаружи: помещение отличалось изысканной чувственностью. От темно-сливового оттенка парчовых обоев до бархатных и шелковых тканей, призванных доставлять тактильное удовольствие, было легко определить, как его грех влиял на обстановку. В углах были свалены набитые подушки, приглашая лордов и дам этого круга откинуться и отдохнуть. Предаться простым удовольствиям, таким как еда, вино и разговоры.
Разумеется, это был Дом Греха и разврата, поэтому хватало и более буквальных проявлений похоти. Гости разбивались на пары как наедине, так и публично, подчиняясь физическому удовольствию. С потолка свисали качели, и еще более предприимчивые демоны катались друг на друге над танцорами, кружащимися по пестрому полу из белого камня и мрамора.
Я не посещала этот круг до заклинания-замка, так что для меня это все было в новинку.
В отличие от излишеств, демонстрируемых Чревоугодием, бальный зал Похоти и все демоны его двора излучали ту же самую вездесущую похотливость.
От выбранных Похотью картин до одежды и соблазнительных взглядов, трепетания ресниц и… охоты. Члены этого двора были в восторге от игры обольщения почти так же сильно, как и от самого удовольствия. Дамы носили прозрачные платья, которые намекали на наготу. Одежда лордов была соткана из того же материала – все предназначалось для того, чтобы возбуждать похоть и желание.
Мы шли через зал вежливо болтающих демонов, впитывая все великолепие приема. Одна секция была занавешена, и я заглянула внутрь. Там скрывалась гораздо более смелая секция. Лорды и дамы во время танца там носили только маски.
Двое обнимались, растворившись во взглядах друг друга. Вокруг внешней части этого закрытого помещения на полу лежали матрасы. Парочки переходили от танцев к постелям, не прекращая соблазнений.
– Если вам нужна маска, ваше величество, это легко устроить. – Похоть ухмыльнулся, когда я задернула занавеску. – Также требуется пароль для подтверждения согласия. Кому-нибудь из вас это интересно?
Гнев сделал глоток из бокала, который он подхватил ранее, и небрежно сказал:
– Я бы предпочел быть дома с моей королевой, а не терпеть твои жалкие выпады.
– Ясненько, – голос Похоти стал насмешливым. – Злишься, потому что хочешь быть дома и делать выпады в сторону жены.
– Возможно, братишка, ты потому и одинок, что считаешь, будто кому-то нравятся такие «тычки».
Я заметила Зависть в толпе, и он поднял бокал в мою сторону. Порой помощь приходит, откуда не ждешь, но мне было все равно.
– Простите, мне надо отойти.
Я бросилась прочь, оставив спорящих братьев, и подхватила бокал вина из черники. Я чокнулась с Завистью.
– Спасибо, что вытащил меня из этой ссоры.
– Как я понял, они завязали очередной детский спор о своих членах.
– Ты не ошибся.
При этом он ухмыльнулся.
– Как обычно.
– Да и скромняга, к тому же.
– Я принц. Нам не пристало беспокоиться о такой заурядности, как скромность.
Я усмехнулась, и этот звук снова вызвал улыбку на губах принца. Невероятно, что после всего случившегося мы можем просто стоять здесь, добровольно, вместе улыбаясь.
– Осторожнее с эмоциями, иначе кто-то может подумать, что вам действительно нравится ваша королева.
– Я не буду специально пытаться заколоть тебя, – заверил он. – Уже прогресс.
Теперь настала моя очередь улыбаться.
– А я не буду специально пытаться испепелить тебя.
– Разумеется, ты больше не владеешь огненной магией, но спасибо. – Его брови приподнялись. – Мы теперь… друзья?