Царство Страха

Зависть шагал рядом со мной, поглядывая на меня, пока я делала вид, что не замечаю. Если он собирался спросить, почему я взяла на память сувенир о нашей кровавой битве, то отказался от этой затеи.
И это заставило смертную часть меня задуматься, действительно ли я напугала принца Ада.
  
Одиннадцать
 
После долгих споров – в основном из-за моей не слишком достойной дворцовой одежды – и частично благодаря небольшой демонстрации моей огненной магии мы были представлены ко двору Гордыни. Тронный зал был свидетельством его греха. В первый раз, когда меня задержали в его доме после блужданий по полям дремоты, я увидела только одну комнату. Она была богато украшена позолотой, в стиле «короля-солнца». Возможно, Людовик XIV вдохновлялся этим принцем.
Пол из белого мрамора с тонкими золотыми прожилками. Высокие потолки с красочными фресками были позолочены в местах примыкания к стене. Огромные хрустальные люстры висели через равные промежутки по всей длине комнаты, излучая теплое солнечное сияние.
Декоративная лепнина использовалась в качестве отделки по всей стене. Слева и справа вдоль стен висели арочные зеркала, создавая зеркальный путь к принцу. Конечно, такому гордому человеку, как он, потребуется как можно больше возможностей взглянуть на свое великолепное «я».
В конце очень длинного зеркального зала на троне восседал Гордыня в темно-синем с золотом парчовом жилете, узких угольно-черных брюках и блестящих темно-коричневых сапогах. Он выглядел как принц, с головы до ног одетый по самой высокой моде. Я понимала, что в своей поношенной одежде с пятнами крови (и после невозможности посетить купальни) выгляжу дико неуместно, но мне было все равно. В данный момент я думала лишь об одном: о портале.
Мы с Завистью прошли сквозь расступившуюся толпу ухмыляющихся придворных, одетых безукоризненно, как и в каждом демоническом дворе, где я бывала. У каждого из демонов были почти идеальные черты лица, что заставило меня задаться вопросом, что их жуткое совершенство было результатом магических улучшений, а не дарованным природой. Я также подумала о шраме на губах их принца; как он, вероятно, мог скрыть его, но предпочел этого не делать. Что заставило меня вновь задаться вопросом, как именно он его заработал.
– Некоторые из нас гордятся своей внешностью, – сказал принц, почти отвечая моим мыслям. Я превратила свое лицо в непроницаемую маску. Гордыня посмотрел на меня свысока, его губы скривились либо от вида крови, либо, что более вероятно, из-за моего рваного платья. – Но, как очевидно, далеко не все. Хотя я полагаю, как неофициальный член двора Гнева ты не в счет.
– Я тоже рада снова тебя видеть. Спасибо за теплый прием. – Я бросила отрубленную голову на пол, наслаждаясь неодобрительным шипением придворных, когда она покатилась к основанию трона и с грохотом остановилась. – А некоторые из нас тратят свое время не только на то, чтобы сидеть в причудливых креслах, притворяясь пьяными и красивыми.
– Я не просто красивый. Я великолепный, – высокомерно сказал он. Я боролась с желанием закатить глаза от его тщеславия. – Чем обязан этому необъявленному визиту?
– Мне нужен доступ к порталу на окраине твоих земель.
– И зачем же?
– Чтобы вернуть моего мужа в Дом его Греха.
Гордыня взглянул на мою руку; если он и заметил татуировку SEMPER TVVS на моем пальце или понял, что она значит, то не подал виду.
– Возможно, ему лучше оставаться на месте.
Моя ярость начала расти, стирая все другие эмоции вроде дипломатии и вежливости. Зависть откашлялся, но я не вняла его предупреждению. Я устала, рана от когтя ужасно горела, и я находилась на грани того, чтобы заплакать, закричать, или, что более вероятно, выполнить какое-то безумное сочетание того и другого.
– Если ты не позволишь мне пройти, я вернусь. И когда я вернусь, со мной будет мощь армии Дома Гнева. Никто не удержит меня от него. Ни ты. Ни моя сестра. Ни какое-либо другое проклятое существо в этом мире или любом другом. Если я вернусь, я высвобожу свою силу. Я сожгу все, что тебе дорого. И обещаю, это не угроза. – Я провела лезвием по ладони, позволив крови закапать его прекрасные полы. Он смотрел, слегка приподняв брови. – Это клятва.
 
– Давать кровную клятву в этом мире – дело серьезное.
– Я в курсе.
– Сомневаюсь…
Голова Гордыни метнулась к двери тронного зала, и секунду спустя я услышала это. Звук надвигающейся бури. Шаги эхом отдавались, словно гром. Температура резко упала. Туфли на каблуках стучали по мраморному полу, когда несколько придворных поспешили к выходу, их шаги отдавались эхом под звуки мокрого снега, внезапно ударившего в окна.
Я взглянула на арочное окно позади Гордыни, отметив, что небо стало чернильно-черным. Ветер завывал так угрожающе, что ни одному оборотню и не снилось. Сами стены содрогнулись от очередного порыва ветра снаружи. Зеркало треснуло от внезапного обледенения.
Мое сердцебиение участилось, надежда зажглась глубоко внутри, и я медленно повернулась. В отличие от остальной части этого двора в моей груди колотился отнюдь не страх. К возвышению подбежал придворный с золотой короной на смятой бархатной подушке. Он надел ее на Гордыню, затем попятился, чуть не споткнувшись о собственные ноги, когда двери с грохотом распахнулись, разбившись о стену.
Дым и снег ворвались в комнату. А потом появился Гнев. Вошел в комнату с убийственным выражением на красивом лице. Его внимание метнулось ко мне, на мгновение смягчившись, прежде чем он заметил следы когтей на моей груди, выглядевшие так же плохо, если не хуже, как и в последний раз, когда он их видел. Он снова перевел свой холодный взгляд на своих братьев, и еще один ледяной порыв пронесся по комнате. Мне хотелось броситься к нему, притянуть к себе и бесцельно целовать. Однако я решила сдержаться. Хотя внутри я боролась с желанием убедиться, что он так же невредим, как кажется.
– Объяснись. – В голосе Гнева слышалась жестокость. – Сейчас же.
Я хотела объяснений, как именно мой принц оказался здесь, но этот разговор можно отложить до тех пор, пока мы не окажемся наедине. Остатки двора Гордыни сбежали из зала, не удосужившись остаться и стать свидетелями того, что обещало стать настоящим зрелищем. Принц этого круга смотрел, как последний его подданный помчался прочь, оставив меня и трех принцев демонов для наших личных разборок. Гордыня бросил на брата надменный взгляд.
– Ты же не думал, что я просто поприветствую королеву, не проверив ее верность, да? – сказал Гордыня, не обращая внимания на волну гнева. – Когда дело касалось ее, твоя способность рассуждать обычно давала сбой. На этот раз мы все имеем право знать ее истинные мотивы.
На этот раз? Проверить мою верность? Я все еще не знала, что произошло до заклинания, но чем больше узнавала, тем больше понимала, что в прошлом мы с Витторией строили планы против Гордыни и Гнева.
– Это была проверка? – спросила я, переводя взгляд с Гордыни на Зависть. – С самого начала?
– Не совсем. Я же тебе говорил, что в первую очередь забочусь о себе. И это пошло мне на пользу. – Зависть пожал плечами. – Это была его идея. Только вот все немного пошло не по плану. Тем не менее проверка была необходима, учитывая то, что произошло… раньше.
– Спасибо, успокоил. – Я сжала губы, разъяренная тем, что проклятие не позволяет узнать подробности и что мои воспоминания все еще скрыты. – Какой была первоначальная «проверка»? И Виттория к этому причастна? Она тебя вообще похищала или это тоже выдумка?
Зависть не стал смотреть на Гордыню или Гнева, а вместо этого встретил мой обиженный взгляд.
– Как только ваша карета покинула Жадность, мы снова собирались послать демонов Умбра за Гневом. Наш план состоял в том, чтобы посмотреть, как далеко ты зайдешь ради его спасения. Сейчас ты утверждаешь, что любишь его, но исторически твои мотивы не были столь… благородными. В прошлый раз демоны Умбры сработали неплохо. Я собирал силы, когда появилась твоя сестра и вырвала мне сердце. Я оказался в клетке, и вот мы здесь. Воссоединились.