Проклятый Лекарь. Том 5 (СИ)

— Мечтайте! — она выпорхнула из палаты, бросив на него теплый взгляд через плечо.
Обаяшка. Даже с начисто стертой памятью умудряется очаровывать женщин. Это явно врожденная способность, а не приобретенный навык.
— Как самочувствие? — спросил я, доставая стетоскоп из кармана.
— Превосходно! — Кирилл расстегнул больничную пижаму. — Честно говоря, я никогда… то есть, насколько я помню… а я ничего не помню… в общем, я чувствую себя потрясающе!
  
— Это хорошо. Давайте послушаем.
Я приложил стетоскоп к его груди. Сердце билось ровно — шестьдесят два удара в минуту. Ритм правильный, тоны чистые. В легких — нормальное дыхание, хрипов нет.
— Глубоко вдохните. Задержите. Выдохните, — велел я.
Он послушно выполнил команды.
— Теперь покашляйте.
— Кхе-кхе.
С точки зрения обычной медицины — абсолютно здоров. Можно выписывать. Но есть нюанс…
— Кирилл, закройте глаза на минуту. Хочу проверить неврологические рефлексы, — попросил я.
— Как скажете, док.
Он закрыл глаза и расслабился. Я быстро оглянулся — дверь закрыта, в коридоре тихо. Активировал некромантское зрение.
Жива Кирилла не просто присутствовала — она сияла. Если у обычного человека жизненная сила выглядит как ровное свечение, то у Кирилла это был настоящий фейерверк.
Потоки Живы циркулировали по его телу с невероятной скоростью, создавая сложные узоры. А в области сердца пульсировало нечто вроде… ядра? Сгустка концентрированной жизненной энергии размером с кулак.
Я влил в него Живу две недели назад. Она должна была рассеяться за пару дней максимум. Организм не может удерживать чужую жизненную силу долго — это базовый закон некромантии.
А тут она не только сохранилась, но и увеличилась раза в три!
Более того — структура изменилась. Это уже не моя Жива. Она трансформировалась, адаптировалась, стала частью его организма. Как будто его тело научилось производить жизненную силу самостоятельно.
— Можно уже открыть глаза? — спросил Кирилл.
— Да, конечно, — я деактивировал зрение. — Все в порядке. Рефлексы в норме.
— Отлично! А то я уже начал беспокоиться — вдруг вы уснули, наблюдая за моими закрытыми веками.
— Очень смешно. Скажите, Кирилл, не замечали за собой чего-нибудь… необычного в последнее время?
— Необычного? — он задумался, почесав затылок. — Ну, кроме того, что я проснулся в больнице без единого воспоминания о прошлой жизни? Не знаю своего полного имени, адреса? Не помню родителей, друзей, любимых?
— Я имею в виду физические ощущения. Или… как бы это сказать… интуитивные озарения?
— А, вы об этом! — он оживился. — Да, есть такое. Странные вещи происходят.
— Например?
— Ну, во-первых, я как будто чувствую эмоции людей. Не читаю мысли, нет, но эмоциональное состояние определяю безошибочно.
— И как это проявляется?
— Вчера медсестра Катя пришла на обход. Улыбается, шутит, все как обычно. А я смотрю на нее и чувствую — грусть. Прямо волнами от нее исходит. Спросил, что случилось. Она сначала отнекивалась, а потом расплакалась. Оказывается, ее кот умер. Двенадцать лет прожил.
Эмпатия. Способность чувствовать чужие эмоции. Базовый признак пробуждающихся магических способностей.
— Что еще?
— Силы прибавилось. Серьезно! Санитар Демид — вы его знаете? Двухметровый шкаф, бывший грузчик. Предложил поармрестлить от скуки. Я согласился, думал, он меня как щенка уделает. А я его положил! Три раза подряд! Он потом полчаса руку растирал, говорил, что у меня хватка как у гидравлического пресса.
Усиление физических параметров. Избыток Живы повышает мышечную силу и выносливость.
— А со сном как? — спросил я.
— Сплю по четыре часа и высыпаюсь полностью. Больше не могу — энергия прямо распирает. Хочется бегать, прыгать, что-то делать.
— Аппетит?
— Зверский! Ем три полные порции и через час опять голодный. Медсестры уже шутят, что я не пациент, а утилизатор пищевых отходов.
Ускоренный метаболизм. Организм сжигает калории с бешеной скоростью, превращая их в Живу. Феноменально.
— Но почему вы спрашиваете? — удивился Кирилл. — Вы что-то обнаружили?
Умный парень. Быстро соображает.
— Скажем так — ваше восстановление идет нестандартно. Слишком быстро и слишком… качественно.
— Это плохо?
— Это необычно. И с медицинской точки зрения крайне интересно.
— Я подопытный кролик? — он улыбнулся.
— В каком-то смысле. Но кролик уникальный. Кирилл, хотите поучаствовать в медицинском эксперименте?
— Зависит от эксперимента. Если нужно будет глотать радиоактивные пилюли или позволить вживить мне второе сердце — пас.
— Ничего такого, — я рассмеялся. — Просто специальные упражнения. Медитация, дыхательные практики, концентрация внимания. Совершенно безопасно.
— Медитация? Как у буддистов?
— Примерно. Только адаптированная для медицинских целей. Поможет контролировать ваше состояние, направлять энергию в нужное русло.
На самом деле я собираюсь учить его базовым техникам управления Живой. Если он способен ее генерировать, нужно научить контролировать. Иначе может случиться спонтанный выброс. А это опасно и для него, и для окружающих.
— Звучит интересно, — кивнул Кирилл. — Я согласен. Когда начнем?
— Завтра. Сегодня я принесу необходимую литературу, вы почитаете основы.
— Литературу по медитации, — удивился Красников
— По восточным практикам работы с внутренней энергией, — как ни в чем ни бывало, ответил я. — Ци, прана, жизненная сила — разные названия одного явления.
— А это не шарлатанство? — засомневался он.
— В исполнении шарлатанов — да, — кивнул я. — В руках специалиста — рабочий инструмент. Вопрос в подходе и понимании механизмов.
И в наличии реальной Живы. Без нее все эти практики — просто гимнастика для успокоения нервов.
— Хорошо, доверяю вам, док. Вы меня из комы вытащили, не дадите помереть от медитации.
— Вот и отлично. Отдыхайте пока. Завтра начнем.
Интересный эксперимент получается. Если удастся развить его способности, он станет первым известным мне генератором Живы. Не вампиром, как некроманты, а именно генератором. Это может изменить все представления о магии жизни.
А для меня это потенциальный источник энергии. Не нужно будет постоянно спасать людей — достаточно помогать Кириллу развиваться. Обучение ведь тоже своего рода спасение. Спасение потенциала.
Дверь палаты распахнулась без стука. В проеме стояла Ольга Полякова — моей коллеги, которую я недавно избавил от проклятия. И почему у нее вечно озабоченное выражение лица?
Сейчас озабоченность достигла максимума.
— Доктор Пирогов! Наконец-то я вас нашла! — улыбнулась она.
— Что-то срочное? — приподнял бровь я.
— Очень! — ее глаза молили о помощи. — Мне нужно с вами поговорить. Немедленно. И желательно наедине.
Я посмотрел на Кирилла:
— Простите, долг зовет.
— Без проблем, док. Я почитаю пока, — он взял с тумбочки книгу. — «Философия Канта». Увлекательное чтиво для амнезика.
Мы с Ольгой вышли в коридор. Она огляделась по сторонам, убеждаясь, что никого нет, потом подошла ближе и понизила голос до шепота:
— Это касается Николая.
— Что с ним? — нахмурился я.
— Доктор, он ничего не понял из той ситуации. Абсолютно ничего!
Не удивлен. Дурак редко делает правильные выводы из своих ошибок. Проще обвинить других.
— И что он натворил теперь?
— Пока ничего, но… Мне кажется, он что-то затевает. Что-то плохое. И направлено это против тебя.
— Против меня? — я удивился. — С чего ты взяла?
— Он звонил мне вчера вечером. Часов в одиннадцать. Был пьян — я по голосу слышала.
— И?
— Сначала нес всякую чушь — что любит меня, что я единственная, что без меня жизнь не мила. Обычный пьяный бред отвергнутого мужчины.
  
— Логично. Ты его отвергла? — и когда только успела…
— Еще как! Между нами намечался роман, но я не собираюсь связывать себя с таким… В общем, сказала, чтобы не звонил больше. Но он не унимался. Начал говорить, что ты меня околдовал, что ты опасный человек, что используешь черную магию.