Проклятый Лекарь. Том 5 (СИ)

— Медицина и бизнес — разные вещи.
— Чушь! — он махнул рукой. — И то, и другое требуют умения видеть то, что не видят другие! Находить нестандартные решения! Думать на три шага вперед! У вас все это есть!
Он придвинул договор ко мне:
— Условия прежние. Клиника переходит в вашу полную собственность после года успешной работы. Мои пять миллионов возвращаете в течение пяти лет, без процентов. Полная автономия в управлении — нанимаете и увольняете кого хотите. Начальный бюджет: миллион на реорганизацию и ремонт.
  
— Миллион? Вы же говорили пятьсот тысяч, — напомнил я.
— Это было до того, как вы спасли Лилию. Теперь миллион. Не спорьте — я не отступлю.
Я взял ручку, но не торопился подписывать:
— У меня есть условие.
— Какое? Два миллиона? Три?
— Нет. Лилия Ростова становится еще и моим медицинским консультантом. С сохранением ее зарплаты от вас.
— Согласен! Конечно! Она прекрасный специалист! Что еще?
— Еще… — я задумался. — Право привлекать любых специалистов по моему выбору. Без согласования с вами.
— Да хоть Папу Римского привлекайте, если он в медицине разбирается! Согласен на все!
Это. Было. Максимально. Странно.
Однако такой карт-бланш был огромным соблазном. И я не был бы Архиличем, если бы не проверил, куда он ведет. А вдруг Бестужев — в чем я сильно сомневаюсь — все-таки искренен в своих словах?
Но ничего, главное, что я буду готов к любому развитию событий. Уж очень интересно знать, куда ведет эта дорожка.
Взял ручку и размашисто подписал договор.
Граф просиял, как ребенок на Рождество:
— Отлично! Прекрасно! Завтра с утра мой нотариус оформит все юридически! А сейчас это надо отметить!
— У меня еще пациенты в больнице… — напомнил я.
— Они могут подождать, — усмехнулся Бестужев.
— Вы уверены, что хотите, чтобы будущий руководитель «Новой Зари» так относился к пациентам?
— Да вы парень не промах! — расхохотался Бестужев. — Прошли проверку. Что ж, не смею задерживать.
Через пять минут черный седан, за рулем которого был Сергей, плавно мчал меня по улицам Москвы в «Белый Покров».
Виски графа тридцатилетней выдержки все еще циркулировал в моей крови. Я чувствовал характерное тепло в желудке, легкую расслабленность в мышцах и едва заметное замедление реакций. Алкоголь делал свое дело, растворяя напряжение прошедшего дня.
— Святослав Игоревич, — Сергей посмотрел в зеркало заднего вида, — к больнице подъезжаем. Минут пять, и будем на месте.
— Хорошо, Сергей. Спасибо за предупреждение.
Пять минут. Не могу же я заявиться в больницу, разя перегаром, как последний алкаш. Особенно после сегодняшнего триумфа.
Репутация полетит к чертям быстрее, чем Костомар разберется на части.
Я прикрыл глаза и сосредоточился на внутренних ощущениях. Активировал некромантское зрение, обратив его внутрь себя.
Картина была интересной — золотистые потоки Живы текли по венам и артериям, но в них плавали темные сгустки. Молекулы этанола — C₂H₅OH — выглядели как черные точки в золотой реке.
Нужно их расщепить. Превратить в воду и углекислый газ. По сути, провести ускоренное окисление без участия печеночных ферментов — алкогольдегидрогеназы и ацетальдегиддегидрогеназы.
Я призвал некромантскую энергию из Сосуда. Совсем немного — полпроцента. Больше не требовалось для такой деликатной работы.
Черные нити энергии смерти потекли из центра груди, распространяясь по кровеносной системе. Я визуализировал процесс — некромантская энергия обволакивает каждую молекулу спирта, разрывает химические связи, перестраивает атомы.
Ощущение было необычным. Словно по венам пробежал холодный ветер, выдувая алкогольный туман из мозга.
Тепло в желудке сменилось прохладой, расслабленность — трезвой собранностью.
Процесс занял около тридцати секунд. Я открыл глаза и глубоко вдохнул. Никакого запаха алкоголя. Проверил пульс — ровные семьдесят два удара в минуту, как у трезвого человека.
Семьдесят процентов в Сосуде. Ничего не потратил на отрезвление. Неплохая цена за мгновенную детоксикацию. Интересно, сколько бы алкоголики заплатили за такую услугу?
— Святослав Игоревич, — Сергей снова посмотрел в зеркало, — вам нехорошо? Вы как-то резко побледнели.
— Все в порядке, Сергей, — я улыбнулся. — Просто прокручиваю в голове события дня. Многое произошло.
Клиника «Новая заря». Тридцать два койко-места. Текущие убытки — триста тысяч рублей в месяц. Это три миллиона шестьсот тысяч в год. Граф вложил пять миллионов и не смог вывести в плюс.
Но граф — бизнесмен, а не медик. Он не понимает специфики. Для него клиника — это просто бизнес-единица. Для меня же — источник Живы.
Посчитаем. Тридцать две койки, средняя занятость в клиниках — семьдесят процентов. Это двадцать два пациента постоянно. Средний срок госпитализации — десять дней. Значит, оборот — шестьдесят шесть пациентов в месяц.
Если хотя бы половина будет искренне благодарна за лечение — это тридцать три порции Живы ежемесячно. По три процента каждая в среднем — сто процентов в месяц. Полный Сосуд каждый месяц гарантированно.
— Приехали, Святослав Игоревич, — Сергей остановил машину у главного входа больницы.
— Спасибо, Сергей.
Больница «Белый Покров» встретила меня привычной атмосферой — гул голосов, скрип каталок по кафелю. Вечерняя смена уже заступила, в коридорах было относительно спокойно.
Я едва успел сделать три шага от входа, как телефон взорвался трелью. На экране высветилось фото Анны Бестужевой — профессиональный портрет, где она выглядела как модель из глянцевого журнала.
Не теряет времени.
Я принял вызов.
— Свят! — ее голос был полон энтузиазма, как у ребенка, получившего долгожданный подарок. — Папа рассказал! Ты согласился! Клиника теперь твоя! Это же потрясающе!
— Технически она станет моей только через год, — педантично поправил я. — Если я выполню условия договора и выведу ее на самоокупаемость.
— Ой, да брось! — она явно махнула рукой, хотя я этого не видел. — Это же формальности! Главное — мы теперь деловые партнеры! А деловые партнеры обязаны обсуждать дела за ужином!
— Анна, я же уже говорил, что у меня…
— Стоп-стоп-стоп! — перебила она. — Никаких отговорок! Слушай внимательно и запоминай. Пункт первый — ты теперь совладелец бизнеса моего отца. Пункт второй — деловой этикет требует совместного ужина для обсуждения деталей. Пункт третий — отказ будет воспринят как неуважение к семье Бестужевых. Вопросы?
Манипулятивная стерва. Превратила личное желание в деловую необходимость. И это… восхищало. Да и формально она права. Протокол действительно предполагает совместную трапезу деловых партнеров.
— Деловая встреча в ресторане «Золотой фазан»? — скептически уточнил я. — Это же одно из самых дорогих и романтичных мест в Москве. Ты же там захочешь встречаться.
— А что такого? — невинно спросила она. — Отличное место для конфиденциальных переговоров! Отдельные кабинеты, никто не подслушает, официанты вышколены. Плюс кухня — мишленовская звезда! Ты же не ел нормально весь день?
Она была права. После завтрака я употреблял только виски графа. Желудок уже начинал выражать недовольство урчанием.
— С чего ты взяла? Шпионишь за мной? — чуть усмехнулся я.
— Папа рассказал! Говорит, ты отказался от закусок, только виски пил — всего стаканчик! Пьяный на работу поехал…
Проницательная девочка. И информирована отлично. Папаша ей все докладывает.
— Нет, я весь его выветрил, — усмехнулся я.
— Да ладно! Как? — удивилась Анна.
— Профессиональный секрет, — уклончиво ответил я.
— О, обожаю секреты! Расскажешь за ужином! И кстати, Свят… — ее голос стал серьезнее. — Мне действительно нужно обсудить с тобой кое-какие детали по клинике. Папа не все тебе рассказал. Есть… нюансы.
  
— Что за нюансы? — насторожился я.
— При встрече расскажу, — тут же сказала Анна.
Шантаж информацией. Умная девочка. Знает, как заставить мужчину прийти на свидание — пообещать важные сведения.