Проклятый Лекарь. Том 5 (СИ)

— Второй вариант — это тест на честность. Вы хотели посмотреть, стану ли я покрывать очевидное воровство в надежде на долю. Или попытаюсь шантажировать вас этой информацией.
— И вы не стали. Это о многом говорит.
— Третий и самый вероятный вариант — вы хотите поручить мне управление каким-то медицинским проектом и проверяете, способен ли я видеть не только медицинские, но и экономические аспекты. Врач, который не понимает экономику клиники, не сможет ею эффективно управлять.
  
Граф встал из кресла и подошел к бару в углу кабинета.
— Все именно так, как я и задумывал! — он открыл дверцу, демонстрируя коллекцию бутылок, от которой у любого сомелье потекли бы слюни. — Вы оказались даже умнее, чем я думал. И это прекрасно! Умные подчиненные — проблема, умные партнеры — находка. Давайте выпьем за наше знакомство!
Он достал хрустальный графин с янтарной жидкостью:
— Виски, односолодовый, шотландский. Тридцатилетней выдержки. Бутылка стоит триста тысяч рублей. Как раз та сумма, которую я якобы ворую ежемесячно. Символично, не правда ли? — улыбнулся он.
— Я лучше чай, если можно, — холодно ответил я.
Граф замер с графином в руке:
— Чай? Серьезно? Я предлагаю вам напиток богов, а вы хотите чай?
— Не в рабочее время. Мне еще пациентов смотреть. Алкоголь притупляет реакцию и искажает восприятие.
А еще снижает уровень магической концентрации, но об этом графу знать необязательно.
— Вы всегда такой правильный? — буркнул Бестужев.
— Только когда дело касается работы. В свободное время у меня есть свои слабости.
— Например?
— Это уже личное.
На самом деле некромантия очень плохо сочетается с алкоголем. Энергетические потоки искажаются, контроль ослабевает.
— Похвально. Профессиональная этика — редкость в наше время, — граф с сожалением поставил графин обратно.
Он нажал кнопку селектора на столе — серебряная панель с перламутровыми кнопками, ручная работа. Бестужев произнес:
— Марина, принесите чай. Хороший. Из моей личной коллекции. Тот, что прислал китайский посол. И печенье. Французское.
— Сейчас будет, Алексей Петрович, — ответил мелодичный женский голос.
Пока мы ждали чай, граф налил себе виски — движения были отточенными, словно ритуальными. Понюхал, сделал маленький глоток, закрыл глаза, наслаждаясь.
Принесли чай. Секретарша действительно была хороша. Высокая блондинка с фигурой модели и движениями танцовщицы. Она поставила поднос и ушла, виляя бедрами, но граф на них даже бровью не повел.
Чай оказался превосходным — китайский улун с нежным ароматом жасмина и едва уловимыми нотками меда.
Даже чай у него элитный. Интересно, туалетная бумага у него тоже с золотыми нитями?
— Итак, — граф вернулся в кресло, устраиваясь с комфортом олигарха на яхте, — раз вы блестяще прошли мою маленькую проверку, перейдем к сути. У меня есть проблема. Настоящая проблема.
— Слушаю.
Теперь мне стало гораздо интереснее.
— У меня есть одна клиника. Небольшая, на тридцать коек. Называется «Новая заря». Купил я ее год назад на аукционе по банкротству. Думал — выгодное вложение. Отремонтирую, найму персонал, выведу на прибыль.
— Оптимистичное название для клиники-банкрота, — хмыкнул я.
— Ирония в том, что для нее больше подошло бы название «Закат» или вообще «Полный мрак». Клиника убыточная, как черная дыра. Я вложил в нее пять миллионов за последний год — ремонт, оборудование, зарплаты. А отдачи — абсолютный ноль.
— Почему? Нет пациентов? Плохая локация? Конкуренция?
— Как раз наоборот! — граф сделал глоток виски. — Пациентов полно! Очереди по две недели! Локация отличная — рядом три спальных района. Конкурентов в радиусе пяти километров нет. Но!
Где-то я это уже слышал…
Он сделал театральную паузу. А затем продолжил:
— Но все пациенты по ОМС. Обязательное медицинское страхование платит копейки. Тариф за прием терапевта — двести рублей. А реальная себестоимость — пятьсот. Операция по удалению аппендицита — государство платит пятнадцать тысяч, а реально она обходится в тридцать. И так по всем позициям.
Классическая проблема российского здравоохранения. Имперское финансирование не покрывает даже базовые расходы. Поэтому государственные больницы экономят на всем, а частные не хотят работать с ОМС.
— А платные услуги?
— Какие платные услуги? — граф развел руками. — Район рабочий. Люди еле концы с концами сводят. Максимум, что могут себе позволить — платный анализ за пятьсот рублей. Да и то раз в год.
Очень странно. Зачем проводить прием по ОМС в такой клинике?
— Тогда зачем вам эта клиника? Проще закрыть и списать убытки.
— Вот тут начинается самое интересное, — граф наклонился вперед, понизив голос, словно сообщал государственную тайну. — Земля под клиникой стоит раз в десять больше, чем сама клиника. Гектар в черте города, рядом метро планируют построить. Через пять лет этот участок будет стоить не пять, а пятьдесят миллионов.
— Понятно. Инвестиция в землю, а не в медицину.
— Именно! Но есть нюанс. По закону, если клиника закрывается, земля возвращается городу. Такое условие приватизации. А если клиника работает и приносит прибыль — земля остается за владельцем. Хитрый ход городских властей — хотели гарантировать, что медучреждения не будут закрываться.
Умно. И теперь он в ловушке. Закрыть нельзя, не то потеряет землю. Держать убыточной — разорится. Классическая дилемма. Видимо, у них такие условия, что и отказаться от пациентов по ОМС нельзя. В подобных случаях государство может диктовать свои требования.
— И что вы от меня хотите? — спросил я.
— Я уже отчаялся найти решение. Менял главврачей — трех за год. Один спился, второй сбежал с деньгами, третьего я уволил месяц назад за полную некомпетентность. Не могу найти нормального управленца — никто не хочет браться за это болото.
Граф встал, подошел к окну, глядя на московские улицы:
— Поэтому я решил пойти ва-банк. Предлагаю вам кое-что совершенно безумное.
Он повернулся ко мне, и в его глазах горел азарт игрока, поставившего все на красное:
— Я предлагаю вам возглавить клинику как управляющему. Не как главврачу — это медицинская должность. А именно как управляющему. Полная власть. Найдете главврача, наберете персонал, организуете работу, выведете на прибыль.
— Вы предлагаете мне бросить медицинскую практику ради административной работы? — я нахмурился. — Увольте. Я врач, а не менеджер.
— Нет-нет, вы не поняли! — граф замахал руками как дирижер перед оркестром. — Вы можете совмещать! Принимать пациентов и управлять одновременно! Но это еще не все!
Он вернулся к столу, навис надо мной как скала:
— Если вы согласитесь и выведете клинику на прибыль в течение года, она станет ВАШЕЙ!
Я чуть не поперхнулся чаем. Горячая жидкость обожгла горло, я закашлялся:
— Простите, что⁈
— Вы меня правильно услышали. Клиника станет вашей собственностью. Полностью. Вместе с зданием, лицензией, всем оборудованием. Единственное условие — вы должны вернуть мне вложенные пять миллионов. Можете частями, за пять лет. Без процентов. Но все, что сверх этого, будете забирать себе.
Он серьезно?
Я изучал лицо графа, пытаясь найти признаки розыгрыша. Не похоже на шутку. Клиника — это актив. Даже убыточная. Земля стоит миллионы, здание — тоже, лицензия на медицинскую деятельность — бесценна, получить новую почти невозможно.
— Почему такая щедрость? Что за подвох? — нахмурился я.
— Никакого подвоха. Чистая математика и психология. Я уже поставил на этой клинике крест. Списал пять миллионов как безвозвратные потери. Морально я с ними уже попрощался. Если вы сможете реанимировать этот труп — честь вам и хвала. И клиника в придачу. Если нет — я ничего не теряю, что уже не потерял.
  
— Но земля же будет стоить в десять раз больше!
— Через пять лет. ЕСЛИ построят метро. ЕСЛИ не случится кризис. ЕСЛИ власть не поменяется. Слишком много «если» для моего возраста. Мне шестьдесят два, Святослав. Я хочу жить здесь и сейчас, а не ждать журавля в небе.