Part of the Sky (СИ)
- Что голубки планируют делать вечером? Кино? Столик на двоих в уютном ресторанчике? Или прогулка по парку при свете звёзд...
- Иди на хуй, Эм, - перебил его Брайан. - Мы собираемся навестить Майки в магазине. Ему пришла огромная партия комиксов, которую, похоже, придётся разбирать до утра.
- Бедный Майкл! Я и Тедди с удовольствием присоединились бы к вам, но мы уже договорились пойти в «Вавилон» сегодня...
- Вот дьявол... - пробормотал Шмидт, быстро переворачивая страницу.
Эммет нахмурился.
- Что-то случилось?
- Почему случилось? Ничего не случилось, - Тэд поднял взгляд на друзей и улыбнулся какой-то неестественной улыбкой. - Так о чём ты там говорил, Эм?
- Ты только что сказал «Вот дьявол».
- Тебе показалось.
- Нет, не показалось, - повысил голос Ханикатт.
Несколько человек удивлённо повернули головы в сторону их столика и даже Джастин, доселе витавший в облаках, настороженно прислушался к перепалке.
- Уверен, что это так, - Шмидт поставил на газету пиво, тут же оставившее на бумаге мокрый круг, и для верности прижал сверху локтем.
Брайан первым понял, в чём дело.
- Что там написано, Тэодор?
- Где? Здесь? О, сам знаешь на чём специализируются подобные издания — вульгарные сплетни, раздутые сенсации... Ничего интересного.
Кинни молча сверлил Шмидта взглядом исподлобья, и тот в конце концов сдался.
- В колонке Кевина Стюарта написано о тебе, - пробормотал он, сочувственно поджимая губы.
- Я догадался, - Брайан откинулся на спинку диванчика и сделал глоток пива. - И о каких же удивительных подробностях моей жизни этот мудак поведал миру на этот раз?
Джастин нахмурился.
- Кто такой этот Стюарт?
- Известный в Питтсбурге журналист, Солнышко, - пояснил Эммет. - Он получил известность благодаря своей колонке про гей-сообщество. Когда-то её ещё можно было читать, но последнее время она сплошь состоит из каких-то грязных слухов, которые Стюарт собирает бог знает где, да ещё и приплетает кое-что от себя. Лично мне после прочтения подобного всегда хочется хорошенько вымыться...
- Я как-то отказался его трахнуть и теперь он мне мстит... - закатил глаза Брайан. - Ну а теперь, когда все в курсе кто такой Кевин Стюарт, прочти нам, Тэодор, его очередной шедевр.
Покачав головой и издав очередной обречённый вздох, Шмидт начал читать — если можно было так назвать его монотонное, лишённое какого-либо выражения бормотание. Речь шла в основном об изменениях, произошедших на Либерти-авеню за последнее время - в особенности, о закрытии нескольких популярных клубов, а так же пресловутых «Бань». Джастину статья показалась откровенно бестолковой, хоть и пропитанной ядовитым юмором, который автор похоже поставил себе целью вложить в каждое предложение. Эммет периодически даже смеялся, однако, когда Тэд дошёл до последнего абзаца, всем стало не до смеха.
- «Без сомнения, Либерти-авеню и её обитатели уже не те, что были раньше. Всё больше однополых пар покидает этот квартал, переезжая в более престижные спальные районы в надежде смешаться там с толпой натуралов и завести добрососедские отношения с благопристойными американскими семьями...»
Шмидт запнулся и умоляюще уставился на сидящих за столом.
- Тэдди? А дальше? - похлопал глазами Эммет.
Но тот только покачал головой, отодвигая от себя статью с такой брезгливостью, словно перед ним лежала по меньшей мере ядовитая змея. Раздражённо фыркнув, Кинни схватил со стола газету и удерживая её на весу быстро прочитал.
- «...Взять хотя бы широко известного Брайана Кинни. Успешный бизнесмен и самый горячий жеребец Либерти (впрочем, возьму на себя смелость добавить к этому эпитет «бывший») по слухам готовится покинуть ряды вечных холостяков и обзавестись постоянным партнёром. Ещё более шокирующим стало известие, что выбор Кинни пал на душевнобольного парня, который к тому же значительно моложе его. Что это? Акт благотворительной помощи со стороны 32-летнего Кинни или очередной эксперимент пресытившегося всем ловеласа?...»
Джастину показалось что его в сердце ткнули чем-то острым. Так вот, значит, как он выглядит со стороны?... Душевнобольной парень. Что ж, возможно автор был не так уж далёк от истины. Конечно, он выразил её в довольно грубой форме, но смысл от этого не менялся.
Вспомнить хотя бы вчерашний день. После затяжных снегопадов и пришедшей за ними слякоти в Питтсбург наконец заглянуло солнце, и Брайан даже пожертвовал своим обеденным перерывом, чтобы отправится с Джастином на прогулку. На улице было непривычно многолюдно и шумно - два фактора, которые всегда пугали парня и, оказавшись в людском потоке, он невольно жался к Брайану, то и дело цепляясь за его локоть и всеми силами стараясь избежать столкновения с прохожими. Каким, наверное, жалким идиотом он выглядел! Не удивительно, что кто-то мог посчитать его душевнобольным.
- ...Джастин! - рявкнул Кинни, и парень вздрогнул, осознав, что трое друзей уже несколько минут смотрят на него в повисшей тишине. В их взглядах читались беспокойство и смутный страх. Страх непредсказуемой реакции Джастина, очередного приступа паники, возможно, даже слёз...
- Солнышко, пожалуйста, это всего лишь грёбаный Кевин Стюарт, - взмолился Эммет, прижимая руки к груди. - Он получает кайф от того, что смешивает людей с дерьмом...
Однако парень почти не слушал утешения Ханикатта и неуклюжее поддакивание Тэда. Джастин сконцентрировался на руке Брайана, которая лежала на спинке диванчика и невесомо щекотала ему шею у линии роста волос.
Кинни не делал никаких попыток успокоить парня, жалеть его или красноречиво расписывать, какая скотина этот журналист, и Джас был благодарен мужчине за это. Как и сам Брайан, он придерживался мнения, что слова иногда только мешают.