Деймос. Спектр силы (СИ)

Постепенно тренировки переходили на более высокий уровень. Совсем скоро каждая команда группы раз в неделю как минимум оказывалась в роли флотского экипажа, отрабатывая различные аварийные, чрезвычайные или боевые ситуации. Как правило, на первый взгляд безвыходные — в первый раз испытание происходило в условиях, когда наш потерявший маневренность корвет медленно дрейфовал к планете-газовому гиганту, в то время как два вражеских фрегата вели методичный обстрел с целью уничтожить щиты и взять наш корабль как неповрежденный приз.
  
В другом, первом и самом запомнившемся случае общей тренировки, наши четыре команды оказались экипажами корвета, двух эсминцев и грузового судна, случайно оказавшихся на орбитальной ремонтной верфи в момент внезапной атаки вражеской эскадры. Еще из запомнившегося — высадка на вражескую космическую станцию с жестким лимитом времени, чтобы не дать противнику запустить программу самоуничтожения. Задачу мы тогда не выполнили, все игровые аватары были уничтожены — и только получив счет на восстановление имущества мы узнали, что симуляция не была виртуальной.
Однажды задача, несмотря на отсутствие сражений, оказалась невероятно сложной — нам нужно было, наладив логистику, скрытно собрать боевой кулак из отряда кораблей в поясе астероидов. Как оказалось, это задание мы выполняли, управляя реальными кораблями патрульных сил Арагона, причем выполнили его блестяще — впервые за всю историю военных игр сделав это, не вызвав подозрений у сил противокосмической обороны.
На этом масштабном фоне инкубаторские стратагемы с эскадронами казались мелочью — до того момента, как впервые мы начали управлять реальными людьми. Грифоны, василиски, ламии, гарпии, церберы и минотавры — множество подразделений территориальной армии, собранной из бывших выпускников инкубаторов оказывались под нашим началом. Одну из таких операций мы проводили в Черноводье, изолируя район с уличными беспорядками, и как потом оказалось снова действовали в реальности, управляя настоящими подразделениями.
Успехи в тактических задачах на третий год обучения открыли нам путь к испытаниям типа «Стратегия» — мы начали фокусироваться на масштабном планировании, управлении ресурсами и маневрировании крупными силами. Первое испытание у нас заняло две недели, проведенных без сна на стимуляторах — я был назначен командиром республиканских сил на мятежной промышленной планете, а противостояли мне не регулярные войска, а сеть партизанских ячеек, пользующихся поддержкой населения, еще и при условии саботажа внутри подчиненных мне сил.
Опираться и доверять я мог только четырнадцати менторам своей группы, расставляя их на ключевые позиции на планете. Основной задачей было не допустить быстрого поражения, сработав в роли пожарной команды и разработать кампанию по умиротворению планеты — по мере прибытия распределять выделенные республиканским центром войска для защиты критической инфраструктуры, параллельно уничтожать лидеров повстанцев и налаживать госпропаганду.
Сразу после почти успешно проведенного испытания — всего лишь потерял треть исполнителей и провел две ковровые бомбардировки, я со своими василисками Седьмого отряда отправился на Сарагосу на планетарный турнир среди эскадронов, впервые за несколько лет встретившись с Ритой вживую. Мы заняли третье место — среди третьих-четвертых ступеней, а Бенджамин выиграл турнир дуэлянтов, победив в финале патрицианку из клана Альтафулья. Ходили слухи, что после она пыталась покончить жизнь самоубийством. Демоны мне потом нашептывали сделать заявление, что ни в финале победить не смогла, ни потом сделать нормально ничего не сумела. Но я погасил этот нечеловеческий порыв, вновь остро почувствовав ту самую грань, за которой демоническая кровь как инструмент может начать подавление и превратить в свой инструмент уже меня.
После планетарного турнира по стратагемам мы всей группой во главе с Анной отправились на астероидный пояс, разрабатывая стратегию патрулирования для пресечения контрабанды в промышленном секторе. Нам было заявлено, что это виртуальная симуляция, а оказалось по итогу все вполне реальным. Особенно интересно было, когда на середине испытания мы узнали, что по итогу организации нами системы перехвата и точечных рейдов несколько больших начальников на местах по итогу «покончили жизнь самоубийством». Одному потом по заданию Анны я и вовсе помогал лично, выкинув его в пространство через шлюз — а в Арагонском вестнике потом написали, что произошел несчастный случай. Какая трагедия.
Четвертый год Пути Мудрости начался для нас с испытания-задачи по коррекции терраформирования планеты, ошибочно заселенной агрессивной фауной. Нам нужно было исправлять ситуацию с просчетами, сталкиваясь при этом не только с вышедшей из-под контроля фауной, но и с саботажем и уменьшением финансирования из-за экологических протестов в Земной метрополии. Мы даже не слишком удивились, что испытание не было виртуальной симуляцией, а наша группа была привлечена как сторонний исполнитель из-за конфликта интересов двух влиятельных кланов в Звездном пути Луизитания, одной из внутренних провинций Республики.
Я потом спрашивал Анну, почему нам доверили настолько серьезное испытание. Она не сразу, но призналась, что на Земле было принято решение проводить терраформирование планеты заново, обнулив предыдущий прогресс, а нам просто дали показать себя в сложных условиях. Еще Анна рассказала, что несколько соперничающих с нами групп местного населения возглавляли другие группы из идущих по Пути Чести патрициев, то есть вообще вся планета была превращена в испытательный полигон.
Следующим нашим испытанием оказались масштабные учения на галактической карте. Каждая из команд группы получила в распоряжение по флоту все в той же провинции Луизитания, при этом с разными целями — Фабиана Гарсия должна была захватить промышленные планеты, Диего Трастамара уничтожить промышленный потенциал провинции, Изабелла де лас Ньевес выполняла задачу защитить торговые пути, а Анабель Сангуэса должна была дестабилизировать регион. Лично я в соревновании уже не участвовал, а выступал вместе с Анной в роли арбитра. Причем даже не знаю, чем закончилось, потому что все время этой флотской симуляции мы с Анной провели на курорте Уэски — несколько раз в год она устраивала нам возобновление отношений, длящееся как правило не дольше недели, раз за разом вновь обрываемое по ее инициативе.
Но этот раз был особенным — постепенно подходило к концу время, отведенное нашим соглашением. В самом начале импровизированного отпуска Анна была бодра и весела, ни разу не намекнув мне на это, но постепенно я замечал прорывающееся напряжение. До завершения срока — когда я должен был отдать «Сабину» Анне, оставалось несколько месяцев и мне казалось дело в этом, но все оказалось совершенно иначе.
— Ты знаешь, что Корпус Марса в Республике — один из самых слабых по бумажной силе? — неожиданно спросила Анна, любуясь закатом в один из вечеров.
— Теперь знаю.
— В Совете Богов Марс представлен клоном-заглушкой, а ресурсы веры тщательно распределены по другим богам-военачальникам — Аресу, Тору, Перуну и Морриган.
— Почему так?
— Изначально среди ковенантов избранником Марса был Максим Суворов, впоследствии ставший лидером Капитолийской триады и живой инкарнацией Юпитера. Его места так никто и не занял.
— Даже попыток не было?
— Были.
— И чем закончились?
— Самая успешная закончилась тем, что кандидат на место Марса оказался в одном из захолустных протекторатов.
  
— Хм, — кивнул я, вроде бы понимая.
Потом, еще более понимая, посмотрел на Анну расширенными глазами.
— Да, — кивнула она. — После этой самой успешной, но неудавшейся попытки, кандидат на место Марса стал лордом-протектором Арагона.
Однако, вот это совсем неожиданно было услышать — хотя именно это многое объясняет.
— Почему место Марса в Совете пусто? Капитолийская триада опасается конкуренции?
— Да, — довольно странно посмотрела на меня Анна. — Капитолийская триада опасается конкуренции. Именно поэтому Корпус Марса раскидан по двум галактикам, в частности по таким захолустьям как Арагон.