Деймос. Спектр силы (СИ)

— Я тебя как-то обидел?
Анна едва заметно вздрогнула — мой вопрос определенно застал ее врасплох.
— Как ты можешь меня обидеть? — взметнула она брови с удивлением.
— Твои действия за последнее время буквально наполнены пассивной агрессией, за которой определенно кроется обида…
Обида непонятно на что, хотел сказать я, но думая как изящнее сформулировать сделал короткую паузу и нарвался на пренебрежительную реакцию.
  
— Пфф, нужен ты мне больно… — Анна еще и глаза закатила, неожиданно дав мне ответ. Да она просто обиделась, что для удовлетворения сексуальных желаний — вернувшись после путешествия из никуда в ниоткуда, я выбрал Лолу!
Если бы я рос и взрослел в нормальном обществе, для меня это сразу было бы очевидно, но я ведь девять лет провел в железной коробке посреди бескрайнего ничего, так что столь элементарная мысль меня даже намеком не посетила.
— Я просто не надеялся на то, что у меня есть хотя бы призрачный шанс. Моя вина, — пожал я плечами, говоря так как будто не заметил пренебрежения.
Анна глянула на меня в выверенном показном удивлении, а после вернула лицу бесстрастное выражение.
— Я ничего такого не имела в виду.
— Почему тогда ты совершенно изменила свое отношение ко мне, стараясь как можно чаще уязвить и при каждом удобном случае показать, насколько я тебе безразличен?
На вопрос Анна не ответила. Отвернулась и довольно долгое время — в которое уложилось еще два бокала вина, мы снова просидели в молчании.
— Зачем ты меня сюда позвала?
— Хотела задать тебе пару вопросов.
— Или хотела показать, насколько много я потерял? — демонстративно скользнул я взглядом по ее обтянутой плотной тканью груди.
— Вот поэтому я и не люблю демонов, — усмехнулась Анна, похоже капитулируя в своем отрицании.
— Но ведь это ты сама меня создала. Ну, не лично меня, а меня как продукт социального эксперимента в составе арагонской агломерации звездного пути. Как можно ненавидеть дело рук своих?
— Факт, — неожиданно покладисто согласилась Анна, перекинув ноги, давая мне возможность полюбоваться идеальными формами. У другой женщины они могли бы выглядеть полными, но при такой тонкой талии столь широкие бедра сейчас показались мне грубым нарушением закона о допустимых границах привлекательности.
— Мы еще можем сделать попытку узнать друг друга поближе, — осторожно произнес я, не отрывая взгляда от слегка задравшегося края юбки.
Видно было, что Анна едва не фыркнула снова, выказывая показательное пренебрежение, но сдержалась. Дернув уголком губ, она так и продолжила смотреть на неоновые небоскребы в проекции вместо оконного проема.
Не факт, что я ей нравлюсь, но у нее определенно в голове пульсирует пунктик отвергнутой женщины — такое не прощают. При этом отомстить мне она не может — мы связаны на ближайшие несколько лет, будучи зависимыми друг от друга. К тому же она женщина так или иначе со своими желаниями и потребностями, а кандидатов для развлечения кроме меня у нее здесь просто нет; и в некоторой степени — проведя девять лет в одиночестве, я ее прекрасно сейчас понимаю.
— В данный момент мне неинтересно твое предложение, но я подумаю над этим, — совсем негромко и с некоторой долей скуки произнесла Анна еще через один бокал вина.
«Мое предложение», надо же как оно повернулось.
— Ты сейчас хочешь заставить меня ощутить эффект потери?
Не моргая, Анна смотрела мне в глаза.
— Мальчик, ты себя переоцениваешь.
— Сколько тебе нужно времени подумать о моем предложении, — выделил я два последних слова интонацией, — чтобы твое согласие не казалось очередной капитуляцией?
Анна прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.
— Я тебя ненавижу, — совсем негромко произнесла она, вновь отворачиваясь.
— Это единственное чувство?
— Нет.
Еще посидели некоторое время. Анна на меня не смотрела, явно ожидая каких-то действий. Подумав — очень хорошо подумав, я заговорил.
— Для возвращения паритета предлагаю вариант. Я ведь, если мы сблизимся, действительно не смогу устоять перед твоими чарами, и когда моя привязанность станет наиболее сильной, ты в одностороннем порядке прекратишь наши отношения.
— Ты не настолько глуп, как я предполагала изначально, — с наигранным уважением поджала губы Анна.
— Мы договорились?
— Договорились.
Ответив, она допила вино и отставив пустой бокал на столик вновь направила взгляд на живое изображение неонового мегаполиса.
— Мне сейчас надо попрощаться, и зайти в другой раз? — не совсем понял я ее реакцию. Не отрывая взгляда от горящей неоном проекции, Анна вдруг подняла руку и принялась медленно расстегивать пуговицы, отчего китель сразу начал расходиться в стороны, освобождая туго стянутую до этого момента великолепную грудь.
  
Глава 19
 
Деймос
 
Испытание: Тип «Адаптация»
Участник: Деймос Рамиро
Локация: Особый протекторат «Черноводье»
Условия: Сознание помещено в незарегистрированное тело; полная социальная и правовая изоляция
Задача: Улучшить статус в условиях враждебного окружения
⅓ Базовое выживание: избежать криминального насилия и произвола местных властей; оценить и создать неформальную карту власти района.
⅔ Декодирование среды: освоить местный сленг и правила поведения; найти точки доступа к информации.
3/3 Создать новую личность: установить контакты с местными членами криминального мира иерархии низкого уровня, завоевать репутацию.
Едва пробежал глазами последнюю строку, как надпись исчезла, а реальность навалилась на тело всей тяжестью восприятия. Глаза широко распахнулись, и я почувствовал, что падаю. Мягко осев на пол, с большим трудом надсадно вздохнул и часто-часто задышал. Кислородный голод никак не прекращался — неприятное чувство недостаточности после каждого вдоха, словно на высокогорье. Но это не высокогорье, а всего лишь отдельный доминион Черноводье, где я появился в теле игрового аватара, соответствующего уровню развития обычному представителю уличной молодежной банды.
Пришел в себя я не в капсуле, а вывалился из узкой стенной ниши — выданная мне оболочка была подготовленной для тренировок консервой, так что чувствовал я сейчас себя соответствующе. Со стоном попытался подняться, но руки и ноги просто не повиновались, скрючиваясь от боли — уже приходившей следом за недавним полным онемением.
Несколько минут я провел почти не двигаясь, безвольно ткнувшись лицом в грязный пол. Легкие, чужие и слабые, с трудом втягивали густой спертый воздух — системы вентиляции в помещении точно не работают, что усугубляло общее и так нездоровое состояние моего организма. Идея, казавшаяся отличной совсем недавно, таковой уже не выглядела — нахождение в оболочке с ограниченным для охлоса уровнем здоровья и физического развития показалось настоящей пыткой. Ощущение такое, как будто кто-то просто взял и провел бегунок настройки моего организма процентов на пять от привычных параметров.
Еще раз глубоко вздохнув, усилием преодолевая усталость и давящее на плечи ощущение полной безнадеги, я с трудом перекатился на спину и осмотрелся. Оболочка-консерва находилась в индивидуальном жилом помещении блочного дома для охлоса. Тесная, неприглядная каморка — рядом заляпанная бурым кровать-капсула, на стене грязное зеркало с лентой новостей, сводкой погоды и данными об актуальном загрязнении воздуха. У входной двери душевой распылитель, которым не пользовались с момента установки — вода дорогая, рядом пакет с использованными влажными салфетками.
  
Поднявшись с большим трудом, двигаясь словно на деревянных ходулях, я покинул конуру и по грязному темному коридору, переступая через кучи мусора, добрался до лифта. Это была металлическая решетчатая коробка, в которую я просто не решился зайти — предпочел находящуюся неподалеку лестницу. Спускаться пришлось семнадцать этажей, и по ощущениям уже к середине доставшийся мне организм был готов умереть. Неужели именно так живет охлос в городах-ульях?