Дважды одаренный. Том VI (СИ)

И оказался прав!
Алхимия не может заменить кровавый ритуал. Но она может впитать в себя последствия ритуала. Или любого другого магического воздействия.
Иными словами, эссенция хранения — это зелье, которое может впитывать в себя заклинания. Даже те, что нацелены на конкретное тело — вроде кровавого ритуала. Полагаю, что, когда создают «Отвар Душекрада», эссенцию хранения ставят в кровавый круг вместо основной жертвы. В итоге эссенция запечатывает в себе последствия ритуала, а попав в тело человека — распечатывает, и человек становится жертвой.
  
Правда, эффект чуть ослабляется, если верить наблюдениям. Но это, скорее всего, за счёт пилюль, которые можно насыпать сразу в «Отвар Душекрада». Иначе бы жертвы умирали практически мгновенно, едва выпив зелье.
— Да, даже представить страшно, где Александр взял этот образец. — Распутины продолжали обсуждать эссенцию, но я слушал их вполуха.
Потянувшись к своему Второму Дару и найдя в нём Печать Близнеца, я активировал сложнейшее заклинание и провёл его по каналам до пальцев правой руки.
— Аркх… — тихо прорычал я, морщась от боли и напряжения. Я только что использовал заклинание неестественным для него образом и едва смог удержать его. Оно чуть не активировалось заранее!
— Александр, что с то…? — начал было Велеслав, но осёкся на полуслове, когда я окунул ладонь в эссенцию и с кончиков пальцев высвободил сложнейшее заклинание.
Одно из самых важных моих заклинаний.
Прозрачная водная гладь пошла рябью и начала менять цвет. В какой-то момент она заискрилась так, будто бы в чашке с водой оказались тысячи миниатюрных звёздочек.
Я тяжело задышал, но почти сразу смог справиться с этим и взять эмоции под контроль. Не привык я показывать слабости на людях. А вот брать всё в свои руки — очень даже по мне.
— Это, — указал я на чашу, — демонстрация моего вам доверия.
Я обвёл Распутиных предельно серьёзным взглядом. Оба графа тоже посерьёзнели. Велеслав первым кивнул, принимая мои слова.
Конечно, я мог бы активировать заклинание на эссенции хранения тайно. Но после этого на ноги встал бы неизлечимо больной, и…
Всем причастным было и так всё ясно. Кроме деталей… а так пусть знают, что тайное умение есть лично у меня. Это не какой-то там артефакт Резановых или что-то в этом роде.
В глазах Распутиных я решил замкнуть исцеление неизлечимо больного только на себе и на эссенции. В худшем случае, они сдадут врагам меня, что напрямую отгородит Резановых.
Однако же в худший случай я не верю. Я в самом деле считаю, что больше Распутины против меня и Резановых не пойдут, и просто подкидываю им пищу для размышлений — чем ещё сотрудничество со мной может быть им полезно.
— Полагаю, теперь «это», — кивнул глава рода Распутиных на чашу, — нужно доставить в больницу Резановых?
— Верно, — улыбнулся я.
— Сына, — повернулся он к наследнику. — Лети с Александром на вертолёте. Так будет быстрее. И охрану возьми посолиднее. А я пока отдохну… — потянулся дед и зевнул. — Забегался что-то в последнее время.
* * *
К вопросу доверия мы вернулись спустя час, когда летели над лесами на границе Ярославской и Московской губерний. У Велеслава вдруг зазвонил телефон, извинившись, он приложил трубку к уху и ответил:
— Слушаю.
В вертолёте была неплохая звукоизоляция, но даже с ней графу пришлось чуть повысить голос.
У меня самого вдруг запищал телефон. Взглянув на экран и прочитав сообщение, я поморщился:
«Привет. У твоего лесозаготавливающего предприятия проблемы. Сейчас скину видео».
Писал, разумеется, Коптер. Я хоть до сих пор не доехал до самого предприятия, попросил его подсоединиться к их системам наблюдения. Ну а сам я по телефону поговорил с начальником участка — тем, кто руководил предприятием непосредственно на месте. Более того, Марина даже успела провести онлайн-совещание с ним и ещё парочкой важных шишек компании.
О, вспомни солнце, вот и лучик — телефон запел, и по одним лишь первым нотам я понял, что звонит моя управляющая. Да что ж такое-то, а? Я даже видео от барона Прозорова загрузить не успел.
— Александр! — зачастила девушка, едва я принял вызов. — Мне сейчас звонила Маргарита Павловна — это главный бухгалтер на нашем лесозаготавливающем предприятии. Она говорит, что сегодня на участок прибыли какие-то вооружённые люди и требуют деньги! Охрана сразу не стала с ними конфликтовать, потому что…
Телефон захрипел — помехи из-за высоты не давали поговорить спокойно.
Но и так понятно, что хотела сказать Марина. Охрана там немногочисленная и явно испугалась вымогателей.
— Алло! — произнёс я в трубку.
Блин… связь совсем прервалась.
О, а чего так дядька на меня смотрит виновато? Кто ему там звонил?
— Только не говори, что тебе начальник участка из моей компании только что докладывал? — усмехнулся я.
— Да, — выдохнул он обречённо. — Связь прервалась, прежде чем я успел его хорошенько отругать и напомнить, на кого он теперь работает.
— Запахло жареным, и побежал он к прошлым хозяевам, — задумчиво произнёс я.
Эх… а ведь этот мужик по телефону мне едва ли не в вечной верности клялся.
— Что за вымогатели? — быстро спросил я.
Дядька поморщился и ответил:
— Прости. Я думал, мы всем там дали понять, что не стоит подходить к нашему лесу. Но, видимо, осмелели, гады, за время.
— Или узнали, что вы участок вместе с компанией мне передали…
Граф Распутин поморщился ещё сильнее и покачал головой.
— Прости ещё раз. Не очень красиво вышло. Сейчас рать подниму и разберёмся.
Он поднял телефон, чтобы кому-то звонить, но я поспешил его остановить:
— Нет уж. Теперь это мои заботы.
Я попытался дозвониться до Марины, но связь стала ещё хуже. Поэтому я написал сообщение:
«Пусть Бородин узнает подробности, а Секачёв разберётся. Разрешаю использовать все необходимые силы».
О, а сообщение ушло без проблем!
И даже ответ пришёл:
«Поняла! Работаю!»
Я улыбнулся: ничуть не сомневаюсь в Марине и своих ребятах. С такими проблемами они должны в дальнейшем вообще справляться без меня.
Я расслабленно растянулся на удобном кресле и смерил взглядом своего унылого дядьку. Хотел уж было его подбодрить…
Как вдруг поисковое заклинание, которое я по привычке поддерживал даже во время полёта, сообщило мне о сильнейших колебаниях ветра слева от нас.
Я повернул голову и через иллюминатор успел увидеть летящую нам в бочину ракету.
А через секунду раздался оглушительный грохот.
  
Глава 21
 
То же самое время. Москва. Больница, частично принадлежащая роду Резановых.
Графиня Алиса Ярославна Резанова сидела возле кровати своего деда и нежно держала его за руку.
— Всё хорошо, деда, — приговаривала она. — Скоро ты поправишься. Обязательно поправишься, вот увидишь… Саша сказал, что зелье уже готово, и он вместе с дядей летит в Москву. Представляешь? С дядей! Ты столько лет не мог простить Распутиных, а он, у кого должно быть к ним претензий больше, чем у других, смог принять их. Он даже спас дяде жизнь прошлой ночью…
Алиса мило улыбнулась, глядя на лицо своего мирно спящего деда.
— С Сашей наш род будет непобедим, — произнесла она твёрдо. — Так что, как только проснёшься, поговори уже с ним откровенно. Расскажи ему всё, что он хочет услышать. Уверена, он поймёт тебя, и…
Дверь в палату отворилась, и девушка быстро обернулась. На мгновенье она обрадовалась, думая, что прилетел её брат. Правда, почти сразу поняла, что прошло ещё слишком мало времени для этого.
  
А затем она увидела ту, кто потревожил её покой. Свою кузину Младу Распутину, которая в больнице Резановых проведывала ратников рода, пострадавших во время битвы с Эпштейнами.
Лицо Млады было бледным. Гораздо бледнее, чем обычно! А взгляд крайне обеспокоенный.
Алиса быстро поднялась с места и вышла из палаты. Взглядом она велела кузине отойти от ратников. Когда графини остановились у дальнего окна в коридоре, Млада не выдержала и шёпотом произнесла: